Зацепить 13-го

Он стоял близко к двери, банкетный стол длиной в тридцать футов, и за ним умещались игроки нашей команды и кое-кто из их подружек.
Я всегда садился в конце, спиной к стене, и прекрасно видел всю столовую.
Мне нравилось это место, потому что тут можно было выдохнуть, девчонки не докапывались и не лапали меня за спину и ниже каждые пятнадцать секунд.
Как всегда, Гибс и Фили сидели напротив меня, а Хьюи — справа.
Однако сегодня Хьюи и Фили проштрафились, и их не было, а Гибси смотрел на меня и хмурился.
— Мог хотя бы пять долбаных минут не пялиться на нее и притвориться, что слушаешь меня, — прошипел Гибси. — Чел, я серьезно. — Он бросил сэндвич на стол и в отчаянии поднял руки. — Это уже крипово. Из-за тебя я нормально есть не могу.
— Я ничего не делаю, — угрюмо ответил я, откинулся на спинку стула и стал с отсутствующим видом катать в руках бутылку с водой.
Шаннон сидела в противоположном конце столовой с двумя подругами, улыбалась и смеялась чему-то, что говорила ей младшая сестра Хьюи.
На плечиках Шаннон лежали две длинные косы, и стоило ей намотать на палец кончик одной из них, я прикусывал язык, чтобы не застонать.
Серьезно, я сидел тут последние двадцать пять минут, не слыша ни единого слова Гибси, поскольку все мое хреново внимание занимала девчонка, которая явно не желала иметь со мной ничего общего.
Мысли о Шаннон все выходные всплывали где-то на заднем плане; ладно, на переднем.
Я дни напролет раздумывал о ее реакции на меня после матча в пятницу. Я помнил, как она убегала.
Сегодня утром после первого урока она встретилась мне в коридоре, и это взбудоражило.
Разумеется, она застенчиво улыбнулась, потом опустила голову и быстро прошла мимо, но она оказалась рядом.
Она оказалась в моем пространстве.
А это означало, что мое внимание и мысли целиком сосредоточились на ней.
Я жутко ненавидел это состояние.
Я вдруг понял, что хочу ее. Это вообще никуда не годилось и было чревато большими неприятностями, но желание никуда не исчезало.
Я хотел Шаннон Линч.
Хуже того, я не просто ее хотел, она всерьез мне нравилась.
Ее окружало что-то милое и приятное, и мне нравилось это ощущать, оказываясь рядом с нею.
Мне нравилось, как она смотрит, говорит, держится.
Мне нравилась целая куча всего, что было с нею связано, но странное дело: мои симпатии совершенно не касались того, что у нее под одеждой.
Вернее, не совсем так.
Я до одури думал о том, что нашел бы у нее под одеждой, и мне до одури нравилось это представлять.
Но это еще не все.
В том, что касалось ее, всегда было что-то большее.
Однако я был по горло занят и не мог тратить время на девчонок, а общение с этой конкретной втягивало меня в мир проблем.
Я знал, как все это действует: ты проводишь много времени с девчонкой, у тебя пробуждаются чувства, а там, где пробуждаются чувства, пробуждается и желание трахаться.
На таком карнизе долго не удержишься.
Я вообще не хотел на него вступать.
— Да, ты ничего не делаешь, — саркастически протянул Гибси и передвинулся. Теперь из-за него мне было плохо видно Шаннон. — Только мысленно раздеваешь ее у себя в голове.
— Ничего подобного, — прорычал я, сердито глядя на него.
Так оно и было.
Так оно, мать его, и было.
Черт, неужели это так очевидно?
— Именно так очевидно, — констатировал Гибси, явно прочитав мои мысли. — И еще кое-кто мне тоже очевиден, — добавил он, ткнув правой рукой себе за спину. — Эта демоническая сука.
Я, не глядя, знал, что он говорил о Белле.
Она сидела на противоположном конце нашего стола, с несколькими парнями-выпускниками из нашей команды. Бóльшую часть перемены она пыталась вывести меня из себя.
Не срабатывало.
Я не ловился на ее приманку.
— Забей на нее. — Открутив крышку на бутылке, я сделал большой глоток. — Она не стоит хлопот.
— Чел, я в курсе, что уже говорил, но, клянусь Богом, не знаю, как ты вообще к ней прикасался, — простонал Гибси.
— Я тоже не знаю, — признался я и, закрыв бутылку, снова стал смотреть на Шаннон.
 
Он откинулся на спинку стула и выгнул бровь.
— Пошел бы уже поговорил с ней.
— С Беллой? — нахмурился я. — Вот уж упаси Бог.
— Не с демоном. — Гибси скорчил гримасу. — С Шаннон.
— Нет, — покачал головой я.
— Ты ведь знаешь, она фригитка, — невозмутимо заявил Гибси. — Во всяком случае, была. — Он выразительно посмотрел на меня. — Ты ведь не совал язык ей в рот?
— Нет, — прошипел я.
— Ну тогда да, — задумчиво произнес он. — Она по-прежнему фригитка.
— Ты-то откуда это знаешь? — спросил я, угрюмо глядя на него.
— Я внимательно слушаю, — усмехнулся он, постучав себе по виску.
— Что?
— Я тут недавно подслушал разговор девчонок в комнате у Клэр, — признался Гибси. — Гадюка, которую окучивает Пирс, рассказывала, как плохо с ним трахаться. Слово за слово, Шаннон призналась, что она ни разу не целовалась с парнем. — Он замер и добавил: — А гадюка терпеть меня не может.
— Господи, — пробормотал я, — ты теперь подслушиваешь под дверями у девиц?
Гибси не стал отрицать.
— Гибс, у тебя проблема. Большая, — покачал я головой.
— Проблема существует, только если ты ее признаёшь, — заговорщически улыбнулся он. — Разве не так, Джонни?
— Отвали, — прорычал я, точно зная, к чему он клонит.
— Не упрямься, Джонни. Подойди и заговори с нею, — подзуживал он меня. — Ты сможешь.
— Нет, Гибс, — отмахнулся я. — Как есть, так есть.
— Ну почему? — раздраженно спросил он.
— Потому что не хочу, — огрызнулся я.
— Врешь.
— Знаешь что? Для парня, который называет себя моим лучшим другом, ты ведешь себя как говно, — прорычал я. — Я говорил, что не подойду к этой девчонке. Я говорил, что для меня она, блин, слишком мелкая.
— Но ты не можешь на нее не пялиться, — в тон мне рявкнул он.
— Так останови меня, — огрызнулся я. — А не подначивай подойти к ней.
— Я и пытался тебя остановить, — прошипел Гибси, раздражаясь все сильнее. — Не далее как две минуты назад. Говорил, чтобы ты не пялился на нее как последний идиот, а что толку? Ты уже отымел ее взглядом и при этом выглядишь так, словно кто-то надристал тебе в кашу. — Он поднял руки. — Ну что мне с тобой делать?
— Лучше бы ты вспомнил, что я тот идиот, который сегодня утром чуть не сдох, сопровождая твою ученическую задницу за рулем, — напомнил ему я. — Так что, вместо того чтобы подбивать меня на всякие глупости, хоть бы раз поддержал.
— Я хороший водитель!
Я закатил глаза:
— Да ты просто обуза.
— Я только и делаю, что поддерживаю тебя, — театрально засопел он. — Я твой номер один, чтоб тебя, Джонни Кавана! — Гибси привалился к спинке стула, сложил руки на груди и выразительно на меня посмотрел. — Вот сейчас реально было обидно.
— Тебе обидно? — удивился я. — И кто теперь сучка с вагиной?
— Извинись, — потребовал он.
— Уматывай с глаз моих, хмырь, — засмеялся я.
— Скажи, что извиняешься, — сердито глянул он на меня.
— За что?
— За оскорбление моих чувств, — засопел он. — Давай извиняйся.
— Извини, Гибс, — произнес я, решив, что будет проще дать этому дебилу, что он хочет.
— Мог бы сказать искренне.
— А ты мог бы научиться не искушать судьбу, — предостерег его я.
Секунд пятнадцать мы пристально смотрели друг другу в глаза, затем он улыбнулся и сказал:
— Я принимаю твои извинения.
— Отлично, — пробормотал я. — Рад за тебя.
— А поскольку тебе сейчас требуется ужасно много поддержки… — Гибси отодвинул стул, затем встал и подмигнул мне. — Я вместо тебя с ней поговорю.
— И не вздумай. — Я попытался схватить его за рукав, но он увернулся и неспешно зашагал в другой конец столовой. — Гибс!
— Расслабься, Кав. Я этим займусь. — Он остановился, театральным жестом поправляя галстук. — Смотри, как такие вещи делаются.