Старшеклассник без клана. Апелляция кибер аутсайдера 3 (СИ)

Рыжий чуть было не "передавил" (его собственным языком): ещё бы немного — и его полноценная иконка загорелась бы в беседе там, где натурала по определению быть не могло.
"Чего ты?!" — от Виктора пахнуло нешуточной обидой.
Он явно возгордился заслуженным достижением и сейчас сожалел, что ему не дали его эффектно продемонстрировать другим.
"Она права!" — Эрнандес бесцеремонно пресекла зарождающийся бунт товарища. — "Сиди тихо! Потом объясню 🙏. Читай тихо со своего второго яруса!".
Рыжий, мгновенно надувшись, шмыгнул носом: "Это мои разборки! Брысь с дороги!".
Эрнандес, не глядя, протянула левую руку назад, схватила его за рубашку, подгребла под себя и взяла его шею в захват локтем, как до урока — китаянку: "Постой тихо, ради Иисуса! Айя, дай ему по печени со своей стороны?! 😡".
"Охрана тоже бежит. Сюда не транслирую" — лаконично сообщила Мартинес. — "Я вызвала их сама, через кнопку на центральном школьном пульте. Свин, похоже, решил изобразить футбольного судью".
— Это как? — выдал Виктор голосом.
В общей суматохе его ремарке никто значения не придал, поскольку смотрелось естественно. Могло касаться и инцидента в целом: Седьков — тормоз, реагирует с опозданием. Известно всем и давно.
"Это когда нарушение правил уже произошло, а футбольный судья только набирает воздух в лёгкие. Потом держит паузу — даёт чуток поиграть по инерции, хотя мог бы свистнуть и сразу, намного раньше" — со скоростью автомата пояснила Айя.
***
Такое классное утро неожиданно становится острым углом, причём куда не надо.
Вначале мы классно поговорили с Миру. Наладили общий язык, эмоциональный контакт, кучу важных нюансов проговорили.
Даже на урок опоздали вместе и сели рядом — впору танцевать от радости. Меня, если честно, угнетали подвешенные отношения с ней.
А после химии начинается полный трэш, на каждый этап которого я несколько раз подряд реагирую с опозданием.
Во-первых, едва не сбив с ног препода, в классное помещение врывается родитель Рашида.
Я хоть где-то и ожидал чего-то такого, но не рассчитывал, что оно произойдёт так стремительно и в момент, когда я расслабился после общения с японкой.
Я уж не знаю, защищать ли сына полез отец Жирного на эмоциях, высказать ли мне своё фи накоротке — но дорогу ему без согласования со мной неожиданно преграждают Мартинес и Эрнандес.
Слово за слово, трали-вали — и папаша Рашида улетает спиной вперёд почти что к учителю химии (Ана его ногой двинула).
А его пальцы остаются в руке Айи! Я первые секунд десять даже поверить не мог своим глазам: думал, со зрением нелады и мерещится что-то непонятное.
Оказалось, реальность. Кстати, я пока чисто физически представить не могу, как такое возможно. Или у него и внутренности всмятку? Так вроде вон, шевелится, даже встать пытается. Кровь течёт.
В двух чатах почти одновременно со всем этим со скоростью звука разгорается обмен мнениями, следить за которым моих скромных способностей натурала не хватает.
Сконцентрировавшись на нашем внутреннем разговоре на четверых, у меня случайно получается выдать собственную фразу. Оказывается, не нужно ничего выписывать или вырисовывать: просто бросаешь сгусток, потом обозначаешь слепок фразы — и ага.
Не успеваю я порадоваться собственному прорыву на ниве нейроконтроля (а что, зря тренировался столько, что ли?), как мне затыкают рот и не дают толком даже насладиться результатом.
А затем в класс врываются охранники отца Рашида и история заходит на второй виток: по лицам южан проносится целая буря по мере того, как до них доходит состояние шефа.
Латиноамериканки вовсю обсуждают с Миру нашу линию в одной ветке, с остальным классом — в другой, плюс каждая из них общается ещё с кем-то в параллель.
Миру вызыванивает Тику, тоже по закрытому каналу: губами шевелит, звука не слышно.
А дальше следом за охраной в кабинет химии влетают латиносы, японцы, китайцы — и ситуация окончательно летит в тартарары.
   
Глава 7
 
"Отпусти мен!!! 😠" — слабо ворочающийся в захвате Рыжий ухитрился при этом написать в чат.
"С условием, что не лезешь ☝" — Ана убрала локоть с его шеи.
Пара охранников-южан, запнувшись на пороге из-за того, что обнаружили, первым делом бросилась спасать шефа.
Какое-то время Фархат Али ничего внятно не отвечал им, и лишь усердно пытался подняться на ноги.
Затем в класс влетели латинос из параллели, которых она позвала лично по вполне понятной внутри диаспоры причине: охрана не чешется, им уже напрямую угрожают, а во время любых социальных катаклизмов своим нужно держаться кучкой.
О том, что вся эта ботва из-за Рыжего, даже сейчас никто не помнит (на то и расчёт) — Виктор был лишь частью бурлящих процессов. А вот что бородатая престарелая обезьяна (по совместительству — отец Лысого) тянула к ним свои руки, пыталась указывать — с этим никто из hermanos мириться не будет. Особенно в свете грядущих выборов в школьное самоуправление.
Был и ещё один момент, но о нём можно после.
Али-старший наконец взделся с энной попытки на ноги и ткнул пальцем в направлении Седькова:
— Мыр-мыр-мыр-мыр-мыр.
Переводчик неожиданно затупил. Сказано было по-ихнему, суть осталась за кадром. Впрочем, контекст был понятен.
Охрана бородатого какое-то время колебалась: на ногах их шеф стоял нетвёрдо, а для исполнения команды его нужно было оставить одного.
— МЫР-МЫР-МЫР-МЫР-МЫР! — видимо, расширения южанина переварили травматическую ампутацию на программном уровне и впрыснули в кровь всё, что полагается.
Фархат ожил и даже лицо из бледного стало розовым.
— К бою! — Мартинес, объединившая с ней концентраторы (и с точки зрения мышления представлявшая сейчас сиамского близнеца) коротко махнула рукой.
— Как договаривались, — подтвердила Эрнандес, поскольку взгляды земляков скрестились на ней в ожидании команды.
Если выгорит дело с перехватом школьной власти — значит, у латонос всё получилось. Все довольны, интересы нетитульных будут идти в первом списке.
Если же затея с выборами не оправдается, остаётся запасная договорённость — материальное стимулирование.
Ладно. Свадьба сорочку справит.
Среди своих как назло не хватало Мануэля и Диего, бойцов из топа. Но после утренней дуэли с Ченем и Онодой они на весь первый урок загремели в медпункт, а связь оттуда есть не всегда.Видимо, придётся обходиться тем, что есть.
Впрочем, справились и так: охранники отца Лысого мгновенно оказались заблокированными в углу.
"Не до конца понятно, что они собирались делать с Рыжим, но оно в любом случае пока откладывается". — Только Мартинес успела это выдать в чат, как в дверях показались Саджо и пара китайцев из параллели на год младше.
Едва оглядевшись, азиаты бросились со спины на латиносов.
От окна из-за своей парты по-японски им что-то закричала Хамасаки — но кто бы её слушал.
Виктор сориентировался на удивление здраво: на его кулаке неизвестно откуда появилась половина собачьего ошейника — и ближайший китаец улетел в тот угол, откуда только что выбрался старший Али.
"Расширения!" — долго писать в чате было некогда, да и адресовано было подруге.
Мартинес синхронно с ней выбросила вперёд каблук: Саджо и второй хань получили по пинку ниже талии и вместо атаки латиносов со спины последовали вслед за своим первым товарищем.
"Е*учий завуч. Где долбаная школьная охрана 😫" — Миру явно определилась со стороной конфликта и теперь поддерживала избранную сторону, как могла. — "Мама в новом офисе. Скоро будет здесь лично!".
Похоже, титульные рассчитывали на что-то иное: судя по тому, с каким удивлением они обозрели Рыжего и Айю с ней (и не стали торопиться подниматься), их планы резко изменились.
"Всё занятнее и занятнее. Южане и Чень явно сговорились. Молодых хань используют втёмную. Дальше пока не разобралась" — подруга дисциплинированно реализовала момент и выдала апдейт для пары натуралов.