Скромная королева (ЛП)
— Снимите гребаную комнату. Господи! — ругаюсь я, возвращаясь на виллу и обнаруживая Лану и Алексея на диване. Голых. Голые на этом чертовом диване. Бл*дь! Некоторые вещи невозможно забыть. Белая русская задница Алексея — одна из них.
— Заткнись. Ты просто завидуешь, потому что у тебя нет секса. Что ты выяснил? — Шаги Ланы следуют за мной на кухню. Я не оборачиваюсь. — Пожалуйста, скажи мне, что ты хотя бы оделась, прежде чем пойти за мной.
— Конечно, она оделась. Думаешь, я позволю твоей развратной заднице увидеть ее голой? — рычит Алексей.
Повернувшись, я ухмыляюсь ему.
— С чего ты взял, что я этого еще не видел? Мы были помолвлены два года, знаешь ли. — Это не так и я никогда, бл*дь, этого не хотел, но ему не нужно знать. Секунду спустя я смотрю в дуло «Глока».
— Пошел ты. Грязный итальянский ублюдок, — рычит Алексей. Ухмылка не сходит с моего лица, и не потому, что я думаю, будто он не способен нажать на курок. Я знаю, что он способен. Нет, это потому, что я знаю, что он этого не сделает — Лана никогда не позволит ему навредить мне.
— Лана, будь куколкой и успокой своего парня, — говорю я ей, прежде чем развернуться и уйти. — И еще совет, товарищ: ты в Италии. Если планируешь выбраться отсюда живым, постарайся никогда не повторять эту фразу. — Я направляюсь в свою комнату и беру телефон. Я знаю, что разговаривал с Холли не так давно, но мне нужно услышать ее голос.
— Ти, ты в порядке? — Она говорит торопливо, задыхаясь, когда, наконец, берет трубку.
— Холли, что случилось? Почему ты задыхаешься? — спрашиваю я, уже набирая номер Нео на своем запасном телефоне.
— Я была в душе. Выбежала, когда услышала, что звонит телефон, — говорит она.
— Ты была в душе? Значит, прямо сейчас ты голая? Мокрая и голая для меня?
— На мне полотенце. Но да, кроме него, я везде мокрая.
— Где ты?
— В возмутительно огромном доме, который ты купил в Бонди. Мы переезжаем в Сидней? Зачем тебе понадобилось покупать такую вычурную недвижимость здесь, Ти?
— Я купил его для нас. Мы дорастем до него. Мы не переезжаем, Холли, но мы будем часто там бывать, как я подозреваю.
— О, хорошо.
— Ты в главной спальне?
— Да.
— Иди закрой дверь, — инструктирую я ее. Я слышу ее шаги, а затем щелчок.
— Холли, тебе нужно научиться запирать двери. Ты была в душе. Кто угодно мог войти.
— Ну, в последний раз, когда кто-то случайно влез в мое пространство, я в итоге вышла за него замуж, так что, думаю, это мне на руку. — Она смеется.
— Твоя безопасность — это не шутка. А теперь иди и ложись на кровать.
— Ну, большой босс? Почему я лежу на кровати? Я сейчас намочу все одеяла.
— Я куплю тебе новые одеяла. Просто сделай это.
— Хорошо, я на кровати, — говорит она.
— Развяжи полотенце, Dolcezza. Проведи руками по груди. — Я закрываю глаза, представляя, как она следует моим указаниям, так же ярко, как если бы я видел это воочию.
— Подожди, нет. Я не могу этого сделать, Ти. Я имею в виду, я… я никогда раньше не делала ничего подобного. Погоди, ты пытаешься заняться со мной сексом по телефону, да? О боже, просто убей меня. — Она нервно лепечет какую-то ерунду. Даже это меня чертовски заводит.
— Холли, расслабься. Ты можешь это сделать. Ты никогда раньше не мастурбировала? — спрашиваю я, прекрасно зная, что она это делала. Я видел содержимое ее прикроватных ящиков.
— Ну, конечно да, но это совсем другое. Я занималась этим в одиночестве. У меня никогда не было зрителей.
— У тебя нет зрителей, Dolcezza. Есть только ты и я. Закрой глаза и слушай мой голос. Позволь мне сделать так, чтобы тебе было хорошо.
— Ладно. Но чтобы ты знал, если я буду стесняться или что-то в этом роде, я все равно хорошо проведу время.
Я не могу удержаться от смеха. Она благодарит меня еще до того, как мы начали.
— Холли, закрой глаза, затем возьми правую руку и обведи пальцами свою грудь… легонько.
— Хорошо.
— Зажми свой сосок между пальцами, Dolcezza.
— Мммм… — Она издает легкий стон.
— Я хочу, чтобы ты представила, что это мои руки касаются тебя. Потянись еще ниже. Проведи кончиками пальцев по гладкой коже внутренней стороны бедра. Черт, я так хочу почувствовать твою кожу прямо сейчас. Я хочу зарыться головой между этими бедрами и есть тебя днями напролет.
— Я хочу этого. Всего этого. Я тоже этого хочу.
— Я хочу, чтобы ты медленно провела указательным пальцем по центру своей киски.
— О боже, — стонет она.
— Скажи мне… ты мокрая для меня, Холли? Вставь палец в свою тугую киску и скажи мне, насколько ты мокрая.
— О боже. Ах, мммм, — бормочет она.
— Скажи мне, Dolcezza, — приказываю я.
— Да, я мокрая, такая чертовски мокрая.
Я ухмыляюсь.
— Хорошая девочка. Я знал, что ты возбудишься. Как сильно ты хочешь, чтобы мои пальцы были в тебе прямо сейчас? Как сильно ты хочешь, чтобы мой язык ласкал тебя, Dolcezza? Хочешь ли ты, чтобы мой член заполнил тебя, входил и выходил, пока ты не кончишь? — Я сжимаю член в руке, и из кончика вытекает сперма.
— Я хочу все это, Ти. Черт возьми, я так чертовски возбуждена. — Ее голос хриплый, ее желание очевидно.
— Мой член принадлежит тебе, Dolcezza. Он твердый и весь твой. Я хочу, чтобы ты медленно провела пальцами по своему клитору.
— Ммм, Ти, мне нужно…
— Не смей пока кончать, Холли. Мы кончим вместе. Подожди. Вставь два пальца в мою киску.
— Ти, мне нужно… Я не могу… О боже.
— Я так близко. Слышать, как ты возбуждаешься из-за моих слов, чертовски приятно, Холли. Скажи мне, что тебе нужно?
— Мне нужен ты, черт возьми. Ты мне так чертовски нужен, — кричит она.
— Холли, я хочу, чтобы ты кончила сейчас! Кончи для меня. Отпусти себя и переступи через эту грань, Dolcezza. Черт! — рычу я, выплескивая собственную сперму себе на живот.
— Да! Святой ад, — шепчет она, прежде чем наступает тишина — единственное, что я слышу с другого конца линии, — ее тяжелое дыхание.
— Черт, я люблю тебя.
— И я тебя. Боже, если бы я знала, что секс по телефону может быть таким, я бы попробовала его гораздо раньше. — Я слышу улыбку в ее тоне.
— Я не против, Холли. Мне нравится быть у тебя первым. Может, в следующий раз мы перейдем к видео? — Мой член снова твердеет при этой мысли.
— Ммм, может, я подожду, пока ты не вернешься. Знаешь, это даст тебе стимул поторопиться домой.
— У меня достаточно стимулов, чтобы вернуться домой. Ты — единственный стимул, который мне нужен. — Черт, я никогда ни по кому не скучал так сильно, как по этой женщине. Я скучаю по всему, что связано с ней. Ее запаху, ее прикосновениям, ее голосу, ее смеху. Я скучаю по ее рыжим волосам, рассыпавшимся по подушкам, когда она спит. — Я чертовски скучаю по тебе, Dolcezza. Я люблю тебя.
— Я тоже тебя люблю. Я не думала, что можно так сильно по кому-то скучать. Но уже легче, когда знаешь, что ты жив. Когда я думала, что ты… — Она останавливается на полуслове.
— Я знаю. Мне жаль, что я так поступил с тобой. Я никогда больше так не поступлю. Но ты должна мне кое-что пообещать.
— Что?
— Если что-то случится… Я не хочу, чтобы ты страдала. Пообещай мне, что найдешь способ жить дальше и снова стать счастливой, что никогда не причинишь себе боль, как бы больно тебе ни было в тот момент. — Перед моими глазами все время стоит картина — она на полу с осколком стекла в руках… Какие мысли роились в ее голове в тот момент? Если бы Нео не успел к ней, сделала бы она это? Перерезала бы она свое запястье?
— Я не могу этого обещать. Я хочу, но я не могу жить без тебя, Тео. Просто заканчивай свои дела и возвращайся ко мне.
Черт! Она, бл*дь, повесила трубку. Я действительно хотел услышать это обещание.
Глава двенадцатая
Холли
Я швырнула телефон на кровать. Да пошел он! Кем он себя возомнил, пытаясь заставить меня дать такое глупое обещание? Мой телефон тут же начинает звонить. Я игнорирую его, и звонок прекращается, но затем раздаются звуки входящего сообщения. Я снова игнорирую его, встаю и ищу одежду. Я роюсь в чемодане в поисках чего-нибудь удобного. Нахожу пару джинсовых шорт и черную майку. Они подойдут. Затем я надеваю пару Converse — мне понадобится удобная обувь для шопинга, который я планирую устроить сегодня.