В тени престола. Компиляция 1-12 книга (СИ)
Он и два рыцаря проехали пару десятков туазов и остановились. Ги кивнул головой и один из рыцарей трижды протрубил в рог. После небольшой заминки из-за спин противника прозвучала ответным ревом труба и им навстречу выехала группа рыцарей.
Когда они приблизились, Ги громко произнес:
– По какому праву вы преследуете и готовитесь к нападению на эскорт принца и наследника престола Франции, его королевского высочества Филиппа, совершающего вооруженное паломничество?!..
Высокий рыцарь в черном шлеме и сюркоте выехал вперед и, сняв с головы шлем, произнес:
– Я, Конрадин, принц и наследник престола, похищенного у меня вероломным Шарлем де Анжу!..
Ги крепко сжал поводья, да так сильно, что, если бы на нем не были надеты кольчужные рукавицы, стали видны побелевшие от напряжения кисти рук.
– Я не готов вступать в споры, мессир Конрадин! Если у вас есть желание атаковать принца-наследника и получить ответный удар со стороны его царственного родителя – пожалуйста! Нам не о чем больше разговаривать!..
Конрадин побледнел, на его лице заходили крупные шишки желваков, лоб нахмурился, но он сдержался и с улыбкой, которую еле-еле выдавил из себя, произнес:
– И куда, если не секрет, движется его высочество Филипп де Франс?..
– В Неаполь! Куда же еще! Его дядя – король Шарль де Анжу любезно предоставил свои порты и флот для нужд крестоносцев! Разве вы еще не в курсе, что король Людовик объявил начало святого паломничества! Крестоносцы собираются в Эг-Морте, Марселе и портах королевства Обеих Сицилий!..
Конрадин еще раз нахмурился, плюнул на землю и громко крикнул:
– Дайте мне слово, что вы не станете участвовать в битвах на стороне Шарля де Анжу, тогда я прикажу своим воинам с почетом проводить вас до границ с Неаполем!..
Ги снял с головы шлем и, передав его рыцарю, пристально посмотрел на собеседника, оценивая серьезность его последних слов.
– Его высочество ни перед кем не отчитывается и никому не приносит ни клятв, ни обещаний! Франция и ее принцы вольны делать то, что им пожелается! Коли нам не о чем больше говорить, – де Леви с усмешкой посмотрел на бледное лицо Конрадина, – так позвольте мне возвратиться в ряды рыцарей, вернуть авангард и приготовиться к битве! Обещаю, что мы не отнимем у вас много времени! Не пройдет и получаса, как мы атакуем ваши ряды, мессир Конрадин! Франции, ее принцу и французскому рыцарству еще никто и никогда не смел указывать, как и что они обязаны делать!..
В это время к принцу подъехала какая-то дама, лицо которой было скрыто большим капюшоном. Она что-то прошептала Конрадину, тот едва заметно улыбнулся и, в это момент Ги де Леви остолбенел, увидев лицо незнакомки. На него смотрела Беатрис!..
– Тогда, мессир де Леви, я предлагаю вам остаться в качестве заложника! Надеюсь, что ваш принц Филипп прекрасно понимает, на чьей стороне сейчас сила?!..
Он достаточно громко кричал и обрывки последней фразы каким-то чудом порыв ветра донес до ушей Филиппа. Он грязно выругался и, поддав шпорами своего декстриера, буквально вылетел из рядов французов и. пролетев несколько десятков туазов, с трудом остановил своего коня возле Конрадина.
– Как смеешь ты, жалкий бастард, указывать мне, принцу крови, что и как делать?! Как смеешь ты, германский пес, требовать в заложники самого отважного и верного из моих вассалов?! – Филипп сбросил на землю свой шлем и, выхватив трубу, трижды протрубил, давая сигнал к немедленной атаке. – Я изволю немедленно атаковать вас, мессир отлученный от церкви!..
Конрадин побледнел еще больше и стал растерянно шарить глазами по сторонам, несколько раз выдохнул и, запинаясь, ответил:
– Вы… вы меня неправильно поняли, ваше высочество… Я только желал засвидетельствовать вам свое почтение…
Филипп поставил своего коня рядом с де Леви и, окидывая Конрадина уничтожающим взглядом, произнес:
– Французы, как и я, их будущий сюзерен, в последнее время стали плохо понимать любые шутки…
Беатрис схватила Конрадина рукой за рукав его кольчуги и, подтянувшись в седле, что-то тихо шепнула ему, тот резко отдернул свою руку и, бледнея еще больше, выдавил из себя:
– Мы милостиво пропускаем вас через наши владения. Но, принц, мы повелеваем, чтобы ни один из ваших рыцарей или людей, состоящих в войске, не покупал ничего у населения!
Филипп понял, что выиграл этот поединок нервов и силы воли, своим напором, наглостью и смелостью подавив противника, усмехнулся и, сдерживая трубящую в нем гордость, ответил:
– Нам, как вооруженным паломникам христовым, позволено покупать все, что потребуется! Согласно Булле его святейшества папы, Римского…
– Папа Климент позорно бежал из Рима, испугавшись гнева обманутого им народа Италии! – Не удержавшись, выпалила разъяренная Беатрис.
Филипп смерил ее презрительным взглядом, посмотрел на Ги де Леви, сидящего в седле с вытянутым от неожиданной встречи лицом, бросил уничтожающий взгляд на Конрадина и, словно, не слыша выпада девушки, произнес:
– Принц, с каких, простите, пор позволяется встревать грязным девкам в разговор благородных сеньоров?!..
– Это… это… – замялся Конрадин, смущенно отводя глаза от Филиппа. – Это синьорина Беатрис де Анибальди…
– Да мне плевать, кто она такая! – Филипп начал расходиться, реально чувствуя свое моральное превосходство над собеседником. – Я – принц крови! Чтобы произнести хоть звук в моем присутствии, для начала, слезают с коня и преклоняют колени!..
Беатрис резко ударила шпорами по бокам своего коня, тот взвился на дыбы и резкими скачками понесся прочь. Конрадин тоскливыми глазами проводил ее, резко повернулся к Филиппу и ломающимся от волнения голосом сказал:
– Принц, кузен мой, Беатрис не просто девушка! Она моя подруга!..
– А я и не знал, что это сейчас так называется… – Филипп деланно расхохотался и похлопал растерявшегося Конрадина по плечу. – Кузен! Ох, поверьте мне на слово, сколько их еще будет в вашей жизни! У вас, насколько мне известно, есть практически готовая жена, к тому же, королевских кровей! Принцесса Елена Греческая, если я не ошибаюсь?!..
Конрадин молча закивал головой.
– Не надо переживать из-за истерики вашей взбалмошной подружки! – Филипп сменил интонации своего голоса на доверительные и слегка снисходительные нотки. – Девица исполнила свой долг – ну и вы не будьте простаком! Зачем вам эта глупая конфронтация с папой Климентом и римской курией?! Повинитесь и отправляйтесь со мной в крестовый поход! Вместе мы, клянусь, отвоюем Иерусалим, и я переговорю с батюшкой, чтобы он поставил именно вас королем в Святом Граде!..
– Мне надо подумать… – растерянно ответил Конрадин, у которого голова пошла кругом от резкой смены событий и напора принца Филиппа, раздавившего его своим внушительным и величественным видом, мощью голоса и боевым нахрапом бешено скачущего жеребца.
– Тогда, Конрадин, позвольте нам откланяться… – принц незаметно подмигнул Ги де Леви. – К несчастью для нас всех, мне надо торопиться в Неаполь…
Конрадин молча кивнул головой и, развернув своего коня, медленно поехал к рядам своего войска, застывшего в ожидании приказа к началу боя.
Филипп наклонился к де Леви и тихо прошептал:
– Спешно переходим на другой берег… – Он кивнул в сторону Конрадина. – Когда этот дурень поймет, что мы его облапошили и обвели вокруг пальца, как ребенка, нам надо прикрыться рекой…
– Вы, Филипп, станете великим королем! – Ги восхищенно посмотрел на него.
– А вы, мой наставник, как я понял, давненько без ума от этой белокурой бестии?.. – Филипп вспомнил о Беатрис. – Ничего не скажу – красивая, чертовка!.. – Он толкнул рыцаря локтем в бок и, подмигнув, произнес. – Сладкая, небось, в постели?..
Ги густо покраснел. Принц понял, что ляпнул лишнего, смутился и сказал:
– Простите, если позволил себе затронуть что-то личное и дорогое для вас, мессир Ги…
– Ничего, ваше высочество. Вы совершенно правы… – Ги понуро покачал головой. – Она до сих пор живет в моем сердце…