Наследник Глаза Дракона (СИ)
— Каргал, ты точно достаточно отдохнул? — спросил Аархил.
— Из-за прошлых сражений с големами я, великий Каргал, восстановился не полностью, но раз уж погоня прекратилась, то думаю, что дорога не будет проблемной.
— Доверюсь тебе, — сказал мальчишка, собирая в своих пальцах концентрированную огненную ауру.
Пух. Мгновенно вылетел залп вверх, поразив затаившегося паука. Буквально один выстрел, и голова огромного монстра была зажарена до хрустящей корочки. Бедное членистоногое даже не выпало со своей паутины, так и погибнув в своей позе ожидания.
— Даже я его не заметила.
— Я тоже не заметил — просто вовремя взглянул наверх, — пафосно дунул мальчишка на свои пальцы.
— Даже атакуя нас из засады — эта тварь всё равно бы ничего не сделала великому Каргалу!
— Так весь лес действительно сошел с ума из-за вас? — спросила Мириел.
— Да, тут всему виной мой особенный глаз.
— Когда-нибудь ты мне всё расскажешь, — ухмыльнулась эльфийка, ткнув плечо мальчишки.
— Когда-нибудь, — довольно меланхолично прозвучал ответ Аархила.
«Раз уж Каргал отдохнул, то теперь нужно поспешить. Надеюсь, добытые в этой гробнице вещи мне пригодятся»
— Всё в порядке?
— Мира, — отдавали глаза Аархила какой-то непреодолимой тяжестью.
— Да?
— Увидимся, — ловко прыгнул Аархил на тролля, элегантно усаживаясь на его плечо.
— Увидимся, — улыбнулась эльфийка.
— Своё дерьмовое оружие можешь оставить у себя. Поспешим, Каргал!
— С этими побрякушками ты стал тяжелее! — пожаловался тролль.
— Вперёд!
«Хоть бы с вами было всё в порядке!», — молча молился Аархил.
«Надеюсь, что я зря беспокоюсь за вас, ребята!»
***
Мало какое существо могло передвигаться по космосу, но для черноволосого мужчины это была словно прогулка в саду. Глаза человека горели ярким золотым светом, ну а из-за его могущества даже пространство буквально пыталось сбежать от него, создавая какие-то черные разломы.
— О? — обернулся мужчина. — За все эти годы — это первые признаки жизни.
Взглянув куда-то вдаль, глаза его начали сверкать ещё ярче, и ярко золотая аура, что для простых смертных была невидимой стала отчетливей.
— Знакомый, отвратительный цвет, — с неким отвращением закрыл он оба ока. — Мой недостойный сын…
Конец первой книги.