Покажи мне любовь (СИ)

Но даже тогда ни одни из нас не догадался, что это проделки горячо любимого нами товарища Владимира Торопова. Мы даже начали ссориться и дуться друг на друга. Но списывали все на нервы, недосыпы и совместный быт, к которому мы едва начали приспосабливаться.
И только после того, как моя задумка со спортивным центром для детей-сирот начала трещать по швам, я понял откуда растут ноги у наших проблем. Отказы поставщиков, возмущения рабочих и их забастовки без уважительных причин, блокировка моих счетов в банке и незапланированные проверки различных органов. Я думал сойду с ума. А когда сложил два плюс два, картина сама встала на место. И я готов был поаплодировать Катиному отцу. Так мастерски и без особых усилий посеять между нами непонимание и раздор, просто отобрав у каждого из нас мечту, сделав нас слабыми и уязвимыми, - ну, тут без оваций никак.
И самое страшное, я не знал, как помочь себе. Тягаться с многомилионной компанией Торопова, его известным именем и юристами-акулами у меня не было сил и возможностей. Он стер бы меня в порошок за несколько дней. И я бы снова оказался на улице.
Расчет Торопова был прост. Я разоренный, раздавленный, без жилья и Катя без своего универа - мы вряд ли бы удержались вместе. Нас отнесло бы в разные стороны так, что вряд ли бы мы решились приблизиться вновь друг к другу. Но Владимир Торопов ошибся. Он просчитал все, кроме одного. Он совсем не учел, что наши чувства с Катей - это не блажь. Это по-настоящему и на всю жизнь. И никакая разрушенная мечта, или две, три, а тем более он, не разлучит нас.
О проделках отца Катя узнала одновременно со мной. И ревела потом полночи. Решила, что все мои проблемы из-за нее. И ей будет лучше уйти. Только вот найдет куда. К отцу возвращаться она не хотела. Не смогла находиться рядом с ним и делать вид, что все в порядке. А я испугался снова. Я был не готов потерять Катю. Тем более так глупо. Но, ничего сделать не мог.
Ни мои старые связи в криминальном мире, ни бесполезные разговоры с Тороповым, ни Влад - ничего не помогало. А Катя продолжала гаснуть на моих глазах, переживая за меня и мой новый бизнес, не понимая, что без нее мне белый свет не мил.
Это были тяжелые несколько месяцев. Катя ругала себя, плакала по ночам, а я до чертиков боялся, что, вернувшись однажды домой - не застану ее в нашей съемной квартире. Не знаю, сколько бы все это продолжалось, но я понял, что пора завязывать со всем этим, пока Торопов не добился своего.
Катя была дома, когда я вернулся. В моих шортах и майке, со своей любимой гулькой на голове, она жарила картошку. Попробовав однажды ее в моем исполнении, она просто влюбилась в это блюдо и, если честно, натаскала свои навыки по жарке почти до моего уровня. И не только картофеля. Медленно, но уверено Катя осваивала кулинарию и нашу кухню, и вполне сносно. Будь у нее немного больше свободного времени и душевного спокойствия, она стала бы отличным поваром.
- Блин, Матвей, ты уже вернулся? Я еще ничего не успела приготовить. Если ты потерпишь немного, то все скоро будет готово. - Она даже не повернулась. Снова плакала.
Я подошел и обнял ее за талию, крепко прижимая к себе. Барби напряглась, но не отошла. Выдохнула, а затем расслабилась в моих руках. Это был идеальный момент.
- Кать, давай поженимся?
Она обернулась так резко, что едва не сбила меня с ног. Ее бездонно-голубые глаза расширились в удивлении, а рот приоткрылся в изумлении. Я улыбнулся. Уже столько времени мы вместе, и провели не одну ночь, а я до сих пор заводился с полпинка. И только серьезность ситуации и вопроса не позволила мне притянуть Катю к себе и забыть обо всем, что происходило в последнее время в нашей жизни.
- Нет.
Ее ответ был настолько неожиданным, что мне даже пришлось помотать головой и убедиться, что я не ослышался.
- Не понял.
- Нет.
- Почему?
Катя грустно улыбнулась, склонилась к моей шее, медленно втянула воздух, а затем снова посмотрела на меня:
- Ты очень хороший, Соколов, и я очень тебя люблю, но не хочу, чтобы ты женился на мне, чтобы потерять все. Мой отец не отступится и лишит тебя всего. Пока я рядом, у тебя не получится ничего.
 
Я не ошибался. Катя действительно решила, что все мои проблемы из-за нее и решить их можно, только уйдя от меня. Этого я допустить не мог.
- У меня не будет ничего, если тебя не будет рядом. И ты это знаешь, госпожа будущий доктор. Так что давай обдумаем все плюсы, минусы, выберем дату, я тебя похищу, и мы тайно поженимся.
Катя поджала губы, а ее глаза заблестели от набежавших, но еще не пролитых слез. А меня передернуло. Мне так хотелось, чтобы она улыбалась, как можно чаще, но в последнее время это желание перешло в разряд практически неисполнимых.
- Барби, только не плачь! Ради Бога! Если ты хочешь предложение в Париже и королевскую свадьбу, то обещаю, что все будет. И даже курорт с белым песочком и церемония бракосочетания по местным традициям, а потом еще и целый альбом фотографий. Но немного позже. Правда. Обещаю.
Все-таки она заплакала. Сквозь смех. Стукнула меня кулачком по плечу и просипела:
- Дурак, ты Соколов! Я согласна с тобой на что угодно, просто мне страшно. И больше всего за тебя!
- Ну, это решаемо! Я буду всегда рядом, чтоб было не страшно. Хочешь в универ, буду с тобой ходить? Стройка у меня все равно заморожена.
Теперь Барби смеялась. Плакала и смеялась одновременно. А потом целовала меня и весь вечер признавалась в любви. А я урчал от удовольствия. Это был еще один самый лучший момент в наших отношениях, который хотелось запомнить.
Барби согласилась стать моей женой. Это было просто из области фантастики. И мне действительно хотелось сделать ей красивое предложение и свадьбу, о которой мечтает каждая девочка. Но выхода сейчас не было. Чтобы Торопов-старший не разлучил нас окончательно, пришлось играть по его правилам.
Мы расписались тихо и без огласки. О нашем бракосочетании никто не знал. Только мы и проверенный человек, который организовал нам тайную роспись. Правда пришлось отвалить ему неплохую кучку денег, которую я занял у Макса, но это того стоило. Катя от счастья просто порхала.
Она целых две недели не находила себе места, пытаясь придумать, в чем мы пойдем. В классических нарядах мы не рискнули, но все же хотелось, чтобы этот день запомнился. Барби перелопатила весь интернет. Шотландский килт, костюм Шрека и Фионы, Мальвины и Пьеро - ее кидало из стороны в сторону. Но все же мы остановились на обычных голубых джинсах и белых футболках, на которых были напечатаны рисунки о любви с вкладышей от жвачки, популярной в девяностые годы прошлого века.
Церемония была короткой, но волнительной. Руки у Барби дрожали, когда я одевал простое золотое колечко на ее палец. Но все же она справилась с эмоциями и даже смогла с первого раза окольцевать меня, чему я был безумно счастлив.
Из здания дворца бракосочетаний мы вышли счастливые и свободные, как птицы. Соколовы.
Я даже о таком и не мечтал. Но самое главное, я был уверен, что в этот раз я поступил правильно. Сделал все, так как надо и теперь у нас с женой все наладится.
Для Кати я приготовил сюрприз. Вместо того, чтобы вернуться домой, мы поехали в клуб. Там нас ждали заранее приглашенные Влад с Машей, Головины, Яроцкие и даже Лиза. Они не знали по какому поводу праздник, но пришли все. И Катя не знала, что все придут. Поэтому сначала она была немного ошарашена. С Машей у нее были прохладные ровные отношения, а с Лизой они не виделись очень давно. Но девчонки были искренне за нее рады и день нашей свадьбы стал еще и днем примирения лучших подруг. За этот день было пережито много разных эмоций. Страх, волнение, удивление и конечно, нескончаемый поток безграничного счастья. Были слезы, смех, разговоры по душам, поздравления, алкоголь и танцы до упаду. Я никогда не видел Катю такой довольной. Ее глаза просто полыхали от счастья. И это видел даже ее брат. Который, к нашему счастью, вел себя достойно и даже не только порадовался за нас, но и искренне пожелал совет да любовь нашей семье