Падение "ангелов" (СИ)

  
Глава 18. Спасательная операция
 
Глава 18. Спасательная операция
Этим временем. В четырёх километрах к северу от Великого Коринфа.
Под небом летит один-единственный таинственный объект — длинный вытянутый объект на краях крыльев которого большие двигатели, способные нести машину на большой скорости, либо могут заставить её зависнуть на одном месте, вывернув сопла. Сам конвертоплан окрашен в тёмные тона мрачнейшей синевы и тихо гудит в поднебесье, приближаясь к своей цели с востока. На борту пара десятков бойцов — десять воинов с триколорами и десять без опознавательных знаков, именуемые штурмовиками. Вместе с ними ещё двое и один из них выделяется формой — это монохромная тёмно-зелёная куртка, утянутая серым бронежилетом, ноги укрыты за плотными штанами цвета бурой травы и высокими берцами. Верхняя часть лица пропала в тени, кидаемой от панамы, видна лишь борода с усами. В пальцах зажата незажжённая сигара, которую нервно подёргивает мужчина, держась за поручень в транспортнике.
— Надеюсь ты её прямо тут не закуришь, — сказал один из воинов, отличавшийся тем, что на его правой руке жёлтая повязка с орлом. — О’Прайс.
— Нет, это когда всё закончится, — капитан убрал её в карман.
— Как же ты любишь эти сигары. — Комаров на секунду умолк. — Ты не забыл про своё обещание? — спросил среднего роста крупный воин, натянувший на лицо маску с синими визирами и перезарядивший АК-7447.
— Конечно нет, Комаров, ты за кого меня принимаешь?
— Как ты вообще смог выследить детей?
— Я перехватил несколько передач. Сепаратисты из того региона вещали в Афины, что у них есть товар из Коринфа для храмового жречества. Сверив эту информацию с тем, что все дети, которых удалось эвакуировать из Великого Коринфа, были отправлены на север, я понял, что их всех схватили. До Перехоры слишком далеко, и она наверняка была занята конфедератами, а власти Рейха надеялись, что Писсия оказалась неинтересна мятежникам. Ошибка вышла. Теперь эти дети могут попасть в руки жрецам.
— Проклятье, нужно быстрее их вызволять.
— Ладно, готовь своих людей, скоро будем высаживаться, — капитан повернулся к окну и взялся за рацию, задержав на ней глубокий взгляд и задумавшись — «Как же это всё до одури похоже», и активировав её. — База, мы находимся в километре от руин населённого пункта Писсия. Мы высаживаемся в полукилометре и начинаем продвижение.
— Стрела-1, помните — вы должны захватить вражеский ракетный комплекс «Апокалипсис», пока он не произвёл пуск ядерной ракеты, не повредив его. В случае, если они выпустят ракету, вам будут переданы коды для уничтожения её в воздухе с пункта запуска.
— База, мы всё помним. Если станет слишком жарко нам нужна поддержка с воздуха или артиллерия.
— У нас в ста пятидесяти километрах от ваших позиций в Ливадии у нас высадились три десантных артиллерийских отделений. Передадите нам координаты ваших целей, и мы передами их артгруппе.
— Так точно, база.
— Стрела-1, мы санкционировали высадку десантных подразделений по всей территории возле Великого Коринфа, Ливадии и Афин, так что будьте осторожны.
— Хорошо, конец связи, — Капитан убрал рацию и обернулся к группе бойцов, взглянув на двадцатку воинов,
— Бойцы, готовность три минуты. Мы должны сделать всё быстро. Группа штурмовиков, вы займёте позиции на склоне, в лесистой местности и прикрываете нас сверху, — на новоимперском объяснил капитан. — Так же, наблюдайте за местностью и предупреждайте о любом телодвижении врага.
— Так точно.
— Комаров, мы с твоими бойцами идём первыми и зачищаем населённый пункт, — продолжил О’Прайс. — Судя по данным беспилотников, их не менее пяти десятков при поддержке одного БТРа. Кажется, они не ждут нападения, что ж, это нам на руку.
— Капитан, говорят, они держат детей в поселении.
— Да, так и есть. Предварительная разведка установила, что в северной части есть отдельное строение, у которого припаркован автобус, думаю именно там их могут содержать. Комаров, возьмёшь на себя их освобождение, а мы вас прикроем. Затем объединяемся и наносим удар по месту расположения комплекса.
 
— Так точно, капитан.
— После этого зачищаем зону и вызываем транспорт. Мы должны сделать всё быстро, иначе противник может подтянуть дополнительные силы. Всё понятно?
— Так точно, капитан, — все ответили и приготовились к высадке — проверили оружие, экипировку и ждали момента выхода.
Тем временем капитан подошёл к русскому, цепляя магазин к штурмовому карабину обойму с патронами повышенной пробиваемости и тихо спросил:
— Комаров, зачем они занимают Ливадию? Пытаются отрезать столицу от центральной Греции? А зачем, если они могут пойти окольными путями через мост у города Антонио? — после вопросов О’Прайс прицепил устройство связи.
— К его штурму уже приступили передовые части Рейха. Судя по всему, Канцлер разделит северную и южную часть Конфедерации, не давая машинами и ЖД транспортом доставить оружие и солдат с севера на юг. Когда столица будет взята, а командование схвачено, сам понимаешь, что конфедератам придёт конец.
— Не думаю, — закинув карабин за спину капитан бросил. — Ладно, пошли. Нас ждёт война… снова.
Конвертоплан тихо завис над лесистой местностью, покрытый специальными панелями слабо имитирующими эффект невидимости. Капитан по тросу спустился на землю и берцами приземлился на мягкую траву, растущую подле южного леса, упирающегося в склоны и возвышенности.
Выставив перед собой автомат он начал медленное продвижение вперёд, смотря по сторонам в поисках врага. Никого не оказалось и дождавшись
— Штурмовики, быстро на возвышенность. Остальные, цепью за мной. Наша цель — большое серое здание на северной окраине города.
Отряд двинулся с востока в сторону небольшого поселения, которое во время Великого Кризиса было практически уничтожено, превращено в убежище одной из преступно-политических группировок, которые прятались в руинах, словно крысы в норах. Но во время пришествия Рейха в эти земли город как-то пытались восстанавливать, и даже создали в нём администрацию, магазин, отделение полиции и несколько жилых домов, а также два завода, где могла работать часть сельчан. Однако большая часть поселения и поныне находится в руинах, обросшая травой.
При подходе к селению стали всё отчётливее доноситься редкие крики и вопли, не хватает только выстрелов им всё ограничивается резкими вскриками женщин и ором мужчин.
О’Прайс не поморщил лица, когда услышал то, как сепаратисты начали терроризировать гражданских. Отряд сблизился с поселением и тут же остановился и присел по бесславному приказу капитана, скрывшись в средней траве. В пятидесяти метрах двое солдат в чёрной форме расхаживают у руин.
— Патруль, — тихо сказал О’Прайс и обратился к устройству связи. — Мрамор-1, что у вас? Есть что-нибудь интересное?
— Да, в близи вас находится патруль из двух человек. В двадцати метрах, в глубине поселения есть наблюдательный пункт — башня.
— Вас поняли, штурмовики, конец связи, — капитан указал на двух бойцов. — По моей команде.
Как только они встали возле стенки из-за которой их не было бы видно, капитан опустил руку и два автомата русских издали выстрел — глушители скрыли залп. Два противника моментально, как подкошенные колосья, упали на землю.
Отряд продолжил тенью «ползти» к нужным позициям и начал заходить в селение. Всюду остова одноэтажных зданий и поросшая в них трава скрыла полы и остатки внутреннего убранства. Они вышли на одну из улиц и стрелок со снайперской винтовкой тихо убрал наблюдателя, который закрепился на втором этаже.
 
— Стрела-1, - раздалось в ухе О’Прайса. — Говорит Мрамор-1. Осторожнее. В пятидесяти метрах от вас большое скопление противников. Они во дворе. По-видимому, крайний лагерь.
— Спасибо, Мрамор-1, дальше мы сами, — капитан повернулся к бойцам и на русском заговорил. — Тихо их убрать всё равно не получится, так что обходим. Иначе переполошим это осиное гнездо раньше времени.