"Фантастика 2024-87". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

— Хорошая машина, главное, что высокая.
Голос оказался красивым, с контральто. Я повёл Нинель к передней двери автомобиля, как вдруг услышал бешеный рёв двигателей и визг резины со стороны улицы.
На парковку влетел, развернулся и закрыл нам проезд яркий, жёлто-красный спорт-кар, из которого резво выпрыгнула троица бритых парней в чёрных кожанках. Глядя на биты и стволы в их руках, я понял, что свидание будет безвозвратно испорчено.
  
Глава 13
 
Я инстинктивно и немного грубо нажал на плечо Нинель, заставляя её нырнуть внутрь машины и пригнуться. Захлопнул дверь.
Все трое были похожими друг на друга — крепкими ребятами с короткими стрижками. Один был кавказцем, второй походил на азиата, а третий, высокий, был подозрительно безоружным и остался стоять у машины.
— Какие-то проблемы? — спросил я, но в ответ кавказец замахнулся битой и пошёл на меня.
— За Игоря! — рявкнули из спорткара — получается, там был четвертый.
Рука легла на ствол. В машине у Осипа переключилась песня, вокалист запел зычным гроулингом под глухой бласт-бит на барабанах с неизменным саксофоном на фоне — до чего же музыка в параллельных мирах бывает похожей! Откуда-то сбоку вынырнула Альбина и словно шар боулинга снесла идущего на меня кавказца с битой.
Я включился в игру. Пистолет вынырнул из кобуры, перевернулся в руке, и движением снизу вверх я въехал прикладом по подбородку азиата, увернувшись от дубинки. Удар отозвался болью в руке. Все же, стычка с ультрас и драка в туалете аэропорта были совсем недавно. Рядом возник Осип, из голенища его сапога показалась короткая телескопическая дубинка. Похоже, приятель Сида тоже был не промах и повидал всякое. Взмах — и пошатнувшийся от удара азиат схватился за руку с перебитым запястьем.
В этот момент стоящий поодаль высокий выстрелил, пуля просвистела в паре сантиметров от глаз. По звуку я определил, что это пневматика, оглянулся: боковое стекло машины Осипа пошло мелкой сеткой, но не разбилось. Хорошо, что не огнестрел, промелькнула мысль, но расслабляться не стоило. Мне приходилось в прошлых жизнях терять зрение, и повторять этот опыт не хотелось.
Осип увидел в чем дело, отступил за машину и рявкнул:
— Швайн, у него ствол!
Альбина сидела верхом на кавказце, вбивая его голову в асфальт и не замечала угрозы. Я увидел, как стреляющий целится ей в голову и не раздумывая выстрелил в него.
— А! Твою мать! Он меня ранил! — высокий схватился за бедро, из которого хлестала кровь. — Огнестрел!
Признаться, я был одновременно и рад, и огорчён, что не убил его. И удивился, что в принципе попал. Видимо, минимальных мышечных навыков стрельбы у реципиента хватило, чтобы успешно наложить на них мои. Азиат медленно отступал к машине. Похоже, они не предполагали, что я буду с оружием и не один. Нет, они не были бойцами, не были профессионалами, понял я. Все, на что хватило бюджета у Игоря — банда подмосковных недобандюганов, мелких рекетиров, не имевших дело с нормальными стрелками.
Я продолжал держать раненого на мушке, но он больше не думал стрелять. Доковылял до двери и рявкнул:
— Отступаем!
Азиат с перебитым запястьем пробормотал:
— Хозяин сказал: «надо»…
И снова попёр на меня, утерев кровь с носа и перехватив дубинку здоровой рукой. В этот миг Осип взобрался на багажник своего джипа, затем вспрыгнул на крышу, а затем словно пантера обрушился на идущего на меня азиата. Повис на плечах, молотя трубой по спине, затем, когда они оба повалились, резво поднялся и наподдал сапогами.
— Прекратить… — послышался ровный, но властный голос из спорткара.
Стекло опустилось, в окне показался лысый, сухой старик. Он держал в ладони блестящую безделушку, покачивая её из стороны в сторону.
— Вы отпустите наших людей. Ты подойдёшь к машине…
Я не запомнил, что ещё он бубнил под нос, но очнулся только тогда, когда стоял всего в метре от его двери, держа в руке мобильник. Трава и воздух вокруг меня словно расцвели, а протянутая рука старика с мерно-качающимся амулетом звала к себе, звала. Но я нашёл силы оторвать взгляд и обернуться. Вокруг меня стояли четверо — двое нападавших, Осип и Альбина. Все забыли о травмах и ссадинах и молча глядели в глаза старику, истекая кровью.
 
— Стой! — прорезался тонкий голосок позади, повторивший распевно. — Оторвись, оторвись…
Дальше всё закрутилось снова. Еще один мой выстрел — сам не понял, куда. Больше не стрелял, берёг патроны. Удары — ощутимые, но не причинившие большого вреда — в бока и плечи с обоих сторон, я молотил в ответ кулаками и прикладом, меня держали и толкали вниз, распахнутая дверь машины со вжавшимися в угол раненым стрелком, мощный кулак Альбины, пролетевший мимо меня и врезавшийся в окно, в морду старика. Выстрел из травмата, вскрик Осипа и в финале — свисток полицейского и рёв двигателя мотоцикла со стороны улицы. Двое недобитков запрыгнули на заднее сиденье, спорткар сорвался с места и помчал с парковки, едва не сбив спешащих на выстрелы жандармов. Один успел развернуться и отправился в погоню. Второй подъехал к нам.
Я оглянулся. Альбина помогла Нинель выбраться из машины. Бедная девушка всё ещё сжимала в руках изломанный букетик цветов, выглядела при этом ещё более измученной, чем её побитая компаньонка-телохранитель.
И тут до меня дошло, что произошло. Только второй сенситив мог прервать поток гипноза, который своим амулетом навёл на нас старик. И этим вторым сенситивом оказалась дражайшая Нинель Кирилловна.
— Спасибо… — проговорила она. — Я, похоже, раскрыла первый навык… Вы спасли меня, мой рыцарь, а я — вас. Жаль, что не получилось свидания…
На миг она остановилась и потянулась в мою сторону, не зная, обнять на прощание, или нет, но её удержали за плечи.
— Мы идём домой, Нинель Кирилловна, вы устали, — буркнула Альбина, оглянулась на Осипа и сказала, усмехнувшись. — С тобой, красавчик, я ещё повидаюсь. Больно хорошо дрался.
Они пошли обратно по дороге к поместью. Мотоцикл жандарма проехал мимо них, не обратив никакого внимания.
— Ни с места! — рявкнул полицейский на нас. — Документы!
Дальше была рутина: опрос, оформление, осмотр повреждений машины, страховщики… Выехали обратно мы спустя два с лишним часа. Более всего я волновался о том, не дошли ли новости до матери, но всё обошлось.
На обратной дороге Осип давал непрошенные советы по общению с девушками — я слышал их уже тысячу раз и знал всё не сильно хуже. А ещё мой водитель восхищался Альбиной и весело комментировал произошедшее.
— Какая крепкая, прекрасная женщина. Смуглая, горячая. Как прекрасно поставлен хук справа! Я почти влюбился. Ты же спросишь у своей зазнобы, барь, как у неё телефончик? Я даже с тебя ничего не возьму. Правда, ни копейки. Классное же приключение получилось, согласись? Ну и что, что свидание обломилось…
Не любил чувствовать себя сводником, но обещание выполнил и вечером спросил в переписке у Нинель Кирилловны. Она ответила со смайликом и телефон дала, но после выдала то, что мне вовсе не хотелось услышать — свою старую шарманку про необходимость учиться.
«Намъ пока стоитъ прекратить общение. Но только живьёмъ. Вы мне очень нравитесь и близки. Но я вижу, что рядомъ съ вами происходятъ какие-то неприятности, а мне нужно набраться силы для учёбы. Я буду счастлива продолжить переписку с вами, Эльдаръ Матвеевичъ. Пишите мне чаще…»
Мне ничего не оставалось, как писать.
Следующее утро меня разбудило шумом строительной техники прямо под окном. Выглянув, я обомлел. Над моим забором возвышалась стрела здоровенного передвижного крана, которая спустя пару минут подняла с погрузчика и плавно понесла через забор… домик Сида. Мой комардин уже крутился на земле в углу участка, подкладывая с рабочим какие-то блоки и подкидывая щебень. Пока я производил утренние процедуры и готовил завтрак, всё уже было закончено.
Накинув халат и нацепив уличные тапки, я почапал через целину к своему новому соседу.