"Фантастика 2024-40". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
– Ну как положено. Я великолепно готовлю. Великолепно вышиваю и…
Тут его трогательная речь была прервана весьма неординарным событием. Открылась балконная дверь, и в комнату шагнул жгучий брюнет. Если не принимать во внимание тот факт, что Ксения жила на седьмом этаже и в руке брюнета был револьвер, парень производил очень даже приятное впечатление.
– Ангел? Что ты тут делаешь в столь неподходящий момент? Неужели трудно было выбрать другое время для визита? – простонал лягушка-царевич.
Мрачный юноша поднял пистолет и три раза выстрелил в грудь суженому Ксении.
– Ну зачем? – заныл суженый Ксении, слегка поморщившись. – Ведь ты же знаешь, что оборотня нельзя ранить твоим оружием!
– Мне скучно, – печально ответил юноша и сел в кресло, стоявшее у окна.
– Так, хватит, я вызываю милицию. Этот кошмар мне просто осточертел! – взорвалась Ксения.
– Ну и что ты им скажешь? Что Ангел только что стрелял в лягушку-оборотня, с которым ты провела ночь и который собирается на тебе жениться? Боюсь, душа моя, тебе могут не поверить! – попытался отговорить ее суженый.
– Нет, я скажу, что два бандита залезли ко мне в квартиру и хотят меня ограбить и изнасиловать.
– Но почему? Мы же не взяли ничего чужого, и, хотя мы провели последние часы в объятиях друг друга, я не причинил тебе вреда! – В глазах царевича стояли слезы, подбородок нервно подрагивал.
– Знаете что, мне надо подумать. Давайте пару минут помолчим, – простонала Ксения и с надеждой поглядела на своих незваных гостей.
Молодые люди синхронно утвердительно качнули головой и уставились на часы. Время пошло. Ксения взяла себя в руки и до мелочей восстановила в памяти вчерашний вечер. Так: странное тело, странный хирург, ассистент, которого не дозовешься в полнолуние, скальпель, который нельзя облизывать, лучший в мире клей «Момент», лягушка в аквариуме, «мальчик озорной, но очень хороший», кровь в уголках рта… Да, все это попахивало психушкой, а эта мысль совсем не радовала. «Ну ладно, сейчас я отправлюсь в гостиную, обнаружу там лягушку в аквариуме, и все станет хорошо», – решила Ксения. Молча она пришла в гостиную и увидела пустой аквариум и валяющуюся рядом лягушачью кожу. С тоской Ксения вернулась в спальню, забралась под одеяло, обхватила колени руками, и на ее глазах выступили слезы.
– Две минуты истекло, – тихо промолвил лягушка-царевич.
– Я беру дополнительное время, – буркнула Ксения.
– Может, все-таки воспользуетесь помощью зала? – спросил Ангел.
Ксения вспомнила про Ангела и постаралась рассмотреть его получше. Ну если в жизни существует ходячие искушение, то оно было прямо перед ней. Белой у этого парня была только кожа. Все остальное было черным. И не просто черным, а бархатно-черным. Глаза были черными, как маслины. Длинные тонкие реснички переплетались своими кончиками между собой и были чернее южной ночи. Черные волосы чуть выше плеч прекрасной волной обрамляли его тонкое и нежное лицо. Одет он был в черные кожаные штаны и кожаный пиджак на голое тело. Создавалось впечатление, что грех сочится через его кожу и выступает алыми капельками крови на его губах, ибо губы были именно цвета алой крови. У него были очень красивые тонкие руки с изящной кистью и длинными пальцами. И в данный момент эти руки играли барабаном револьвера.
– Ты ангел смерти? – спросила Ксения осипшим голосом.
– Ой нет, конечно! – пропел ее суженый – Он ангел любви! Он же амур!
– Странно, я всегда считала, что амур – это такой маленький голубоглазый златокудрый пупсик с крылышками, с золотым луком и стрелой в руках.
– Да-а-а, это трагедия всей их семьи! Он альбинос. Своеобразный черный лебедь в белой стае, или белая ворона в черной стае, или…
– Ну, может, хватит? – спросил с болью в голосе Ангел и снова уставился на барабан револьвера.
Ксении стало жутко жалко этого странного Ангела, и она поспешила его успокоить:
– Послушай, стоит ли переживать, что не родился мелким вредным коротышкой, а оказался таким ослепительным красавцем! Женщинам не нужны слюнявые пупсики! Нам подавай горячих перцев с искрой греха в глазах!
Глядя на Ангела, она поняла, что сказала что-то несусветно грустное. Ибо его прекрасное лицо буквально исказилось от боли. Она перевела вопросительный взгляд на своего царевича. Он с трагизмом пожал плечами:
– Понимаешь, дорогая, он еще девственник.
– Слушай, – устало произнесла Ксения – я готова поверить во все что угодно. Даже в то, что ты та самая лягушка, которую всучил мне этот чертов хирург, но в то, что эта ходячая сексоисточающая субстанция девственник, я не поверю никогда. Хотя, если это так, я готова исправить эту мировую несправедливость сию секунду! – на одном дыхании выпалила Ксения и алчным взглядом впилась в Ангела.
– Если бы все было так просто! Понимаешь, он девственник не по своей воле.
– Стой! Ничего не говори! Дай я угадаю! Его возжелала злая ведьма-нимфоманка, он отказал ей, а она его заколдовала! Правильно?
– Боже, фу, ну и фантазии! Нет, конечно. Просто в клане амуров свой кодекс чести и свод правил. Так вот, пока амур не подстрелит свою тысячу первую жертву, он не может иметь сексуальных связей. Обычно амуры достигают этой цифры в достаточно раннем возрасте, годам к десяти. Но наш Ангел оказался и в этом вопросе особенный.
– Он что, мазила? – с интересом спросила Ксения.
– Нет, душа моя, он самый меткий амур за последние двести пятьдесят лет. Но он слишком обременен моральными принципами. Наш Ангел не выносит односторонней любви. У него на нее аллергия. С подъемом температуры, слезящимися глазами и ломкой костей. Так что этот малый стреляет только тогда, когда может подловить заведомо счастливую пару. На его счету шестьсот восемьдесят семь выстрелов, ни одного промаха, из них десять – с аллергической реакцией. Найти взаимную любовь очень трудно.
– Слушай, ты меня совсем запутал. Что значит найти? Он же сам стреляет! Стрельнул в юношу, стрельнул в девушку, и вот они уже любят друг друга, – возмутилась Ксения.
– Откуда такая дикая теория? Да будет тебе известно, амур может стрелять только в одного. Или в юношу, или в девушку. Если он стреляет в девушку, то она влюбляется в первую особь мужского пола, которую увидит после выстрела. А дальше уже все зависит от девушки. Так же и с юношей, только он влюбляется в девушку и все уже зависит от него. При этом условие такое: нельзя стрелять в уже влюбленных. Даже если эта любовь несчастна. Вот такая история. Вот и блуждает наш Ангел по миру в поисках возможного счастья. Только где оно, счастье?
– Да. Сочувствую, – вздохнула Ксения. – Ну а здесь-то он что делает? Пришел выстрелить мне в сердце, чтобы я в тебя влюбилась?
– Нет, это невозможно. Я оборотень. На меня их магия не действует.
– Да, похоже, на этот раз мне повезло.
– Послушай, я понимаю, что я не куча ходячего секса, как Ангел, но тебе не кажется, что я тоже достаточно мил, чтобы не отзываться обо мне в таком неприятном тоне? И к тому же не забывай, что я твой суженый и нам предстоит провести вместе сотни лет! – обиженно произнес царевич.
Ксения загрустила и подумала, что если в ближайшие пять минут не найдет выхода из этой бредовой истории, то просто разрыдается.
– Милая, я думаю, что причина твоей печали – это банальный голод. И если ты будешь милостива и позволишь накормить тебя, то я утолю твою печаль.
– Ты меня накормишь? – заинтересованно приподнялась Ксения. У всей этой истории, похоже, появился первый положительный момент. – А я-то боялась, что мне придется начинать утро с готовки завтрака.
– О звезда моя, как могла ты подумать, что я позволю тебе твоими нежными ручками готовить земную пищу! Я все сделаю сам, если ты позволишь мне временно оккупировать твою кухню. – Суженый преданно смотрел ей в глаза, лучась любовью.
– Знаешь, может, ты мне в итоге и понравишься. Ну ладно, царевич, пошли на кухню.
Ксения встала с кровати, накинула поверх ночной рубашки халат, повернулась и обомлела. Ее суженый выбрался из кровати и проходил мимо нее абсолютно голый. Надо признать, сложен он был прекрасно, но, как казалось Ксении, это был не повод идти полностью обнаженным готовить завтрак.