Дотянуться до небес (СИ)
– Выдвигаемся!
Глава 49
Остров Порто-Ролло, Пададрэ.
Сквозь заледеневший ров с водой, к стенам города ползла армия мертвецов: те, кто по всем законам мироздания, не должен был даже шевелиться, лишившись связок и мышц, кто ползком, кто враскорячку. Они наступали на живых. Мертвецы, так и не обретя покой, выползали из своих пристанищ, поднятые тёмной, могильной магией высших демонов, что сейчас откуда-то из-за кулис наблюдали за тем, как гибнет последний живой город на этом проклятом Богиней острове.
– Госпожа Питта! – приглушая голоса всех кричащих на стенах женщин, донесся вскрик посыльной. – Госпожа Питта, мертвецы встают на освещенном центральном кладбище города!
– Снимите со стен Ван Коф и её отряд, пусть займутся этой проблемой. – Без колебаний произнесла Финитта, запуская очередной магический сгусток очищенной энергии в скопление нежити, собравшейся возле стены.
– Госпожа Беатриса пропала! – В панике произнесла слуга.
– Как это произошло?! – Паладин помнила описания Брунхильды: инквизиторша была очень сильной личностью. Несмотря на подозрения в тёмных делах со стороны охотницы, она была назначена смотрящей весьма важного участка, и её исчезновение было большой проблемой.
– После того, как мёртвые восстали из водных пучин, а потом штурмовали нас со стороны Порта, она, взяв с собой горсту церковных воительниц, отправилась в самую гущу сражения, прорубая себе путь. Порт был отбит, мы отделались незначительными потерями и смогли укрепиться ко второй волне, но, к сожалению, ни Ван Коф, ни кого-то из её отряда, мы больше не видели.
– Выводите наш резерв, обратитесь к госпоже Брунхильде Одинадцатой и скажите, что я лично прошу её о помощи. Пастырь Густав и его приспешница Баки будут ей в помощь. Выполнять! – Отдав приказ, Финитта вновь вернулась к своим обязанностям.
Твари ползли по белому, едва выпавшему снегу, пачкая того своими потрохами и отваливающимися останками. Смрад от разлагающейся человеческой плоти повис над городом и за десятки километров за его пределами.
Мертвецы, ещё не успевшие позабыть, как дышать, хватали развороченными челюстями воздух, что впоследствии выходил через десятки прогнивших ран и отверстий на их телах: через разрезы на горле или проеденные червями дыры в лёгких. Все, кто впервые слышал это шипение и свист, утверждали, что это ничто иное, как язык мёртвых. Кого-то он сводил с ума, кто-то молился, кто-то никогда не верующий в Богиню тотчас начинал молиться, как умалишенный, вспоминая все святые слова, услышанные за не столь долгую жизнь, а кто-то, как сама Питта, игнорируя все звуки и то, от кого они исходили, продолжал умело и вымерено орудовать своим мечом. К сожалению, таких было меньшинство.
Где-то сбоку, лишь на секунду, мелькнула чёрная тень, вслед за которой в разные стороны полетели ошмётки подруг и соратниц Питты. Наматывая кишки на свои огромные когти, чёрный зверь продолжал рвать живую плоть, заставляя живых в панике и отчаянии бороться в атаку или попросту бежать, в надежде сохранить свои жизни.
– А вот и специально приглашенные гости пожаловали… – Сменив обычный клинок на серебренный, а следом полив тот святой водой, рванул в сторону чудовища Паладин.
Отголоски бушевавшего на стенах сражения доносились изо всех уголков города. Густав, больше других желавший проявить себя на поле боя, с досадой поглядывал на возвышающиеся вдали стены, в то время как Баки благодарила Богиню за то, что сегодня та уберегла их тела и души от того чистилища, развернувшегося в мире живых.
Удар увесистого клеймора на несколько частей рассек подошедшую к пастырю со спины нечисть, после чего воительница, поудобнее перехватив свой двуручный меч, гыркнула в сторону мальчишки.
– Не расслабляйся, Густав, или станешь такими же, как они. – Кинув недобрый взгляд в сторону мертвецов, произнесла мечница.
Вернувшись с небес на землю, парень с благодарностью кивнул своей спасительнице, после чего, создав пучок света, запустил тот в сторону скопившихся вокруг местных стражниц мертвецов.
Брунхильда, надеявшаяся спокойно отсидеться в стенах замка местной правительницы, всякий раз вздыхала, видя, как поднабравшая в последние дни смелости Алистина, стоя плечом к плечу со своими женщинами, гордо махала клинком, разя и без того ослабленную церковной магией нечисть. Она бы хотела сейчас сидеть в уютном замке, попивать чай и из окошка всё так же наблюдать, как корчатся в мучениях святоши, однако после просьбы подруги и столь неожиданно появившегося желание повоевать, от трусливой правительницы Пададрэ ничего не осталось. Сидеть в сторонке было бы как-то слишком постыдно даже для её.
– Густав, запечатай брешь! – Пробившись к старой церковной колокольне, скомандовала Брун.
Сложив ладони, парень вложил львиную долю своих сил в покрывающее кладбище треснувший купол. Разогнав тучи, с небес полился ручей яркого солнечного света. Восставшие кости мертвецов без подпитки темной магией из вне тотчас рассыпались, а тела так давно упокоенных, скрипя зубами и испуская зловещий свист, вернулись в разрытые могилы.
– Почему они так же, как и те костлявые, не упали? – Удивленно спросила Баки, на что пастырь обеспокоенно ответил:
– Не знаю.
Очистившееся над кладбищем небо быстро заволокли темные тучи, после чего и без того мрачное небо приобрело более пугающий, багряный оттенок. Поднявшийся ветер, подхватывая редкие хлопья посыпавшегося с неба снега, кружился, царапая острыми как бритва снежинками лица собравшихся на кладбище.
– Что за чертовщина здесь происходит, Густав?! – Схватившись двумя руками за вбитый перед церковью крест, вскрикнула Брунхильда.
Вогнав клинок поглубже в землю и ухватившись за него одной рукой, а второй за пастыря, Баки присела, прячась от столь сильного и внезапно поднявшегося урагана. Алистина, не устоявшая на ногах, соскользнула и, подхваченная ветром, пролетела добрых метров двадцать, прежде чем влететь в одно из окон старых лачуг, расположившихся неподалеку.
– Густав, мать твою?! – Вопросительно заорала Брун в надежде, что парень хоть что-то ей ответит или предпримет.
– Да не знаю я! – В ответ проорал пастырь.
Разлетавшиеся во все стороны камни, отколовшиеся от могильных плит, подобно смертоносным снарядам, один за одним сшибали последних выживших воительниц, только и успевавших напоследок перед смертью испуганно вскрикивать. Несколько минут ветер кошмарил кладбище, и стоявшие по соседству с ним дома, срывал крыши и ломал стены, разрывая поднятые в воздух тела и скелеты.
Багровый цвет небес сменился на тёмно-красный. Ветер понемногу стал стихать. Когда-то белые снежинки, окрасившись в цвет крови, всё так же сыпались с неба.
– Мать твою, это же кровь! – попробовав одну из снежинок, а следом сплюнув на землю, злобно фыркнула Баки. Происходящее было явно не к добру. «Быть может, им действительно стоило сегодня находится где-то на стене, подальше от этого кровавого урагана и туч… А это ещё что за срань господня…» – подумала женщина в тот момент, когда с небес показалось нечто.