(Не)идеальные отношения. Реванш (СИ)

– Привет, Ворон!
Я с радостью пожимаю теплую широкую ладонь Сергея и иду на кухню ставить чайник. Попутно надеясь откопать там хоть что-то съестное, потому что желудок голодно урчит и грозится устроить жестокую забастовку. К счастью, в холодильнике находятся остатки заказанной с утра пиццы с ветчиной и грибами и даже полсковородки жареной картошки.
И мы устраиваем себе импровизированный пир, набрасываясь на разогретую еду с аппетитом голодных волков. Запиваем все эти вкусности горячим сладким чаем и перебрасываемся остротами и последними новостями.
– Надолго к нам? – я спрашиваю у Воронова, подгребая Белову к себе и окружая ее кольцом рук. Неосознанно зарываюсь носом в её волосы, рассыпавшиеся по плечам, и чувствую себя как никогда дома. К слову, с её переездом в моей холостяцкой берлоге стало намного уютнее, и этот факт меня ни разу не парит.
– Как пойдёт, – деланно-безразлично хмыкает Сергей и, выдержав секундную паузу, цедит сквозь зубы. – Отец мой объявился.
Признание падает между нами, подобно гранате с выдернутой чекой, и Белка долго хлопает ресницами и не может вымолвить ни слова. Она мудро проглатывает наверняка крутящиеся у неё на языке вопросы и, обняв парня и пожелав ему спокойной ночи, исчезает в спальне. Пока я мешкаюсь и топчусь рядом с диваном, на котором сидит Воронов, по-турецки скрестив ноги.
– Наш дом – твой дом, – я несильно сжимаю онемевшими пальцами его плечо, только догадываясь, какая буря может бушевать на душе у детдомовца, и оставляю Ворона разбираться со своими демонами.
Закрыв за собой дверь и скинув футболку, я ныряю к Беловой под одеяло. Невесомо мажу губами по её виску и притягиваю ближе к себе, устраивая ладони у неё на животе и вслушиваясь в ровное тихое дыхание.
Главное, ей больше не снятся кошмары по ночам. Со всем остальным мы обязательно справимся.
Конец