Академия 5 (СИ)

В основе маны Имри лежала духовная сила — такая же, как у Виктории.
В тот момент, когда сила цвета слоновой кости столкнулась с моей демонической маной, меня начало сжигать изнутри. Где-то в глубине вспыхнуло эфемерное пламя, и я забился в конвульсиях от боли. Отчётливо ощутил, как треснула кость в ноге, затем одно из рёбер. Святая сила не желала иметь ничего общего с демонической энергией и грозила раздробить тело, если я не смогу взять реакцию под контроль. В отчаянии пытался заглушить ману Имри своей, но её сила была слишком чиста и огромна, чтобы её можно было контролировать. Наконец ухватился за сине-белую сердцевину своей укрощающей магии, попытавшись просунуть её между энергией демона и вторгающейся силой, и это принесло облегчение.
Бешено закрутив кольцо магии внутри себя, чтобы создать новые промежутки между физической и интеллектуальной маной, усилием воли загнал в эти промежутки ману духа. Из моих ноздрей и ушей начала сочиться кровь, но кости крошиться перестали. Чем больше силы Имри вводил в промежутки между своими силами, тем больше моё тело восстанавливалось после пережитого испытания. Протянув эти нити через свою косу, сплёл их в новое кольцо, отчего ледяное исцеление волной хлынуло через меня. Когда магические нити наконец соединились, образовав настоящий круг, весь мой центр стабилизировался.
Задыхаясь, судорожно втянул воздух в лёгкие. Кровь исчезла, и я сглотнул, вновь обретя способность дышать. Вместо пульсирующей боли вдруг почувствовал себя свежим и сильным. Имри в какой-то момент опустила меня на землю, и, открыв глаза, увидел, что она стоит в нескольких метрах от меня. Анна, Алиса и Фиби столпились вокруг, тесно прижавшись своими телами к моему телу. Ангелина что-то пищала на ухо, и их моего горла вырвался лишь хрип, когда попытался заговорить.
Пришлось прокашляться, прежде чем смог заставить лёгкие работать достаточно ровно, чтобы начать произносить слова. — Всё в порядке, не думаю, что Имри в этом виновата. Я не знал, что в центре её сущности находится святая сила, — наконец с трудом выдавил из себя. Имри побледнела от этих слов, что несказанно поразило меня, учитывая, что её кожа цвета слоновой кости и так уже была достаточно бледна, а теперь она стала почти прозрачной. И был ещё больше потрясён, когда дракон поклонилась мне.
— Мои извинения, Иван. Я совсем забыла о том, как трудно соединить дух-ману и силу Повелителя Демонов. Я подвергла твою жизнь риску, и теперь у тебя в долгу.
Алиса с Анной зло поглядывали на Имри и молча хмурили брови, а я наклонил голову, чтобы прислушаться к тихому писку Ангелины — белка поглаживала мочку уха, одновременно нашёптывая.
— Ты можешь загладить свою вину, поставив вокруг лагеря свои собственные заслоны, чтобы обезопасить его от обнаружения. На уровне защиты клада… — сказал я, надеясь, что Ангелина знает, что делает.
Имри подняла бровь и взглянула на Ангелину. Та дёрнулась от этого, но дракон не выглядела рассерженной. — У тебя мудрый советник, — наконец произнесла она. Ангелина издала писк и торжествующе подняла вверх крошечную лапу. Я едва сдержал стон — теперь белка будет просто невыносима несколько дней, но не винил её. Это был правильный выбор.
Имри закрыла глаза, и над нами возник белый круг. Я увидел по меньшей мере дюжину различных магических кругов, заключённых во внешнем кольце. Каждый из них вращался со своей скоростью, и не было возможности сосчитать, сколько магических рун движется внутри. У меня не нашлось названий для некоторых геометрических фигур, заключённых в меньших кольцах, а то, как они скользили друг по другу, выглядело почти как трехмерное кино. Имри демонстрировала это с непринуждённой лёгкостью профессионального фокусника. Магический круг был сотни метров в поперечнике и полностью окружал поляну, которую мы выбрали для своего убежища. Мана вспыхнула ещё раз, а затем исчезла.
— Дело сделано, — сказала дракон. Она улыбнулась нам, затем сделала шаг назад и просто исчезла. Я огляделся по сторонам, уверенный, что она где-то рядом, однако не увидел ни единого следа дракона.
 
— Ну, это было несколько театрально, — пробормотал я. Фиби хихикнула и погладила чешую на своем запястье. Подняв руку, взъерошил её серебристые волосы. — Похоже, теперь ты моя младшая сестра. Как звучит «Фиби Стрельцова»? Её лицо засветилось от восторга, и дракон ещё раз крепко обняла меня. На этот раз, по крайней мере, мои крылья вовремя успели распахнуться, чтобы не попасть в ловушку железных объятий.
Пока я пытался высвободиться из хватки Фиби, Анна с Алисой вернулись к работе над своими собственными дополнениями к защите. Они соглашались, что в этом нет необходимости, учитывая уровень силы Имри, но никому не хотелось, чтобы наша жизнь была полностью в её руках. Я наконец освободил Трак от стазис-фонаря, а затем потратил некоторое время на то, чтобы познакомить фалдона с Лугом. Они быстро нашли общий язык и сдружились, так как я научил приму-ткача одному важному навыку — щекотке.
Луг оказался достаточно крепким, чтобы выдержать толчки возбуждённого фалдона, а Грузик была на седьмом небе от счастья, когда поняла, что у её нового друга целых шесть рук. Пришлось уделить некоторое время тому, чтобы показать Лугу как расчёсывать лохматую шерсть фалдона, а также проверять и чистить её бронированные пластины. Ткач быстро учился и излучал счастье от того, что у него есть чем себя занять. Я как мог внушил им, насколько важно не выходить за пределы убежища, а затем оставил двух зверей играть вместе.
Теперь я часто практиковался в полётах, чтобы быстро добираться до убежища и обратно, и обнаружил, что могу нести Анну или Алису, но не обеих вместе. Над приземлением нужно было ещё поработать, но я пообещал себе, что буду тренироваться каждый день, пока не обрету контроль над своим новым телом.
За повседневными делами и вознёй с подопечными время, казалось, летело незаметно, и я не успел оглянуться, как прибыла наша мебель. Её расстановка стала приятным развлечением. Юлия каким-то чудесным образом исхитрилась перенести в наше убежище самую большую кровать, которую я когда-либо видел. В ней было три метра в длину, а толщина матраса достигала метра. Девушки были счастливы, а Алиса долго разглядывала тяжёлое изголовье и вырезанные на нем кольца.
В первую ночь на необъятной кровати мы просто отсыпались, наслаждаясь комфортом и крепко обнявшись, а не предавались более энергичным занятиям, хотя я и был не прочь… Когда взошло солнце, мне удалось использовать Луга в качестве центра для заклинания, чтобы привлечь ткачей обратно на поляну. После появления мелких приматов, мы приступили к новому строительному проекту. Наложить на Луга магию доминирования было потрясающе просто, и ткачи прекрасно следовали его указаниям.
Алиса с помощью своих сил фейри вызвала лианы и тонкие деревья по всей поляне, а ткачи сплели из древесины барьер между стволами деревьев. Умные звери умудрились оставить двое ворот, хотя никто, проходя рядом с ними, и не догадался бы о существовании входов. Я использовал свою маску, чтобы увидеть ману, которой ткачи манипулировали, пытаясь понять, как они заставляют даже толстые стволы изгибаться и сплетаться, словно мягкие прутики. Мне удалось узнать кое-что новое для себя, но бешеная скорость работы не позволяла толком уследить за происходящим.
Как только баррикада была возведена, я поручил ткачам построить несколько небольших купольных убежищ рядом с основным. Примыкающие друг к другу строения соединялись деревянными туннелями, и эта конструкция сильно напоминала фэнтезийную деревню. Помещения предназначались для сна и отдыха Фиби, Ангелины и Луга, а над главным ответвлением ткачи подвесили большой чан с водой и установили горку для Дерпа. Конечно, спутники хотели бы остаться рядом со мной, но я предпочитал, чтобы во время близости с любовницами не было зрителей.
К ночи я освободил отряд ткачей от заклинания, но они никуда не разбежались и остались бродить поблизости — животные стали менее пугливыми. Последним проектом, над которым поручил работать приматам, была тонкая деревянная стена, отделяющая спальное место от остальной части дома. Плетёные панели сдвигались в сторону, как дверь, что оказалось весьма удобно. В ту ночь мы спали, как младенцы, а когда наступило утро, решили, что пора приступить к изучению своих новых гримуаров.