Еще один шанс (СИ)

- Нет, я имею в виду – подавлять, но не блокировать?
- Это невозможно, - вмешался папенька.
- Почему? – покосилась я на него. – Во мне же маменькина магия подавлена, но не заблокирована. 
- Почему ты так решила? – Мелисса удивилась.
- Потому что если папенькина магия разблокировалась, то и ваша тоже. И подавлена, как у любого другого ребенка двух сильных магов. Разве это не так работает?
Маги всегда наследовали дар отцов, но вот сила этого дара определялась матерью. Ее дар спал в ребенке, но питал действующую магию. По сути – в каждом ребенке имелся подавленный материнский дар.
Хотя считалось, что в союзе архимагов могут унаследоваться оба дара. Даже вроде примеры есть, но я в подробности не вдавалась.
- Я все же не вполне понимаю, о чем ты, - призналась маменька.
- Что, если напитать талисман моей силой? – предложила я. – Усыпить вашу магию под воздействием папенькиного дара? Тогда у ребенка сразу будет формироваться правильная энергосистема. Без блоков и с материнской подпиткой.
Родители переглянулись. Да, в тот момент, когда они планировали мое рождение, у них под рукой не было образца дара, который должен унаследовать ребенок. Поэтому блокировка была единственным выходом. Но теперь у них есть я, и мой план выглядит вполне осуществимым.
- Нужно будет проконсультироваться у Малоров, - хмуро заговорил папенька.
Сердится, что это не ему в голову пришла такая идея? Не стала бы его в этом винить. Все же он далек от этой темы, и, похоже, с целителями предварительно не консультировался, желая прежде получить согласие жены.
Уверена, Малоры бы ему сказали то же, что и я.
Если, конечно, такой вариант возможен. Я-то тоже не очень в теме, просто смотрю на все это свежим взглядом.
- На таких условиях я соглашусь, - холодно заявила Мелисса и покинула гостиную.
Кассиус на миг спрятал лицо в ладонях. Да, каким бы железным он не казался, усталость папеньке не чужда. А тут столько всего навалилось.
- Ты ведь понимаешь, что, если родится мальчик, то он станет моим наследником? – сухо поинтересовался он, беря себя в руки.
- Я только за. Мне моих трущоб за глаза хватит, - отмахнулась я.
Кассиус едва заметно улыбнулся и спросил:
- Так зачем ты пришла?
- О, да, точно, - вспомнила я. – Мне сказали, что вы недовольны моей «выходкой».
Для выразительности я изобразила кавычки.
- Да. Ты поступила крайне безрассудно, - неожиданно спокойно отметил он.
Что ж… для разнообразия я тоже не буду язвить.
- Я знаю. И в другой раз так точно не поступлю.
- Что? – почему-то мои слова его удивили.
- Папенька, я ведь привыкла, что мои силы безграничны. Я не тратила их до этого момента столь же масштабно и интенсивно. Я и предположить не могла, что моя магия может закончиться. А теперь я это знаю. Урок усвоен. Еще раз я так рисковать не собираюсь.
- Как-то… очень здраво звучит.
- Я в принципе здравый человек, - я улыбнулась.
- Я совсем тебя не узнаю, - признался вдруг Кассиус.
- Так вы никогда меня толком и не знали, - я пожала плечами.
- Кларисса, ты ошибаешься…
- Нет, папенька. Это вы ошибаетесь, полагая, будто хорошо знаете свою дочь. Вы видели перед собой послушную безответную девочку, которую можно игнорировать и ни во что не ставить. И ничего не знали, что прячется там, за этим внешним видом. Что я любила, о чем мечтала, чего ждала – вам это было не интересно. Главное, чтобы я не доставляла вам хлопот. Нельзя хорошо знать то, к чему равнодушен. 
Признаюсь, я ожидала возражений. Я ведь понятия не имела, как складывались отношения Риссы с отцом, и только предполагала, по тому, как они с маменькой вели себя со мной. Но Кассиус промолчал.
Пауза затягивалась, и я уже собралась уходить. Вроде с папенькиным недовольством разобрались, можно не ждать бесконечных упреков…
Но вдруг Кассиус заговорил.
- Кларисса. Да, я не был для тебя хорошим отцом. И это только моя вина. Я был разочарован – я очень многого ждал от союза с твоей матерью. А возможности все переиграть у меня не было. Когда ты родилась, это стало двойным разочарованием. Долгожданный, выстраданный ребенок оказался пустышкой. Я чувствовал себя преданным… столько усилий и все зря. Ты не оправдала моих амбиций, подвела меня, и я не смог тебе этого простить. Да, глупо и эгоистично, винить ребенка, но это было сильнее меня. Я должен был усмирить свою гордыню, должен был радоваться, что у нас с Мелиссой все же появилось дитя. Но я не смог. Прости. Тебе пришлось расплачиваться за мою слабость.
 
Вот это поворот.
Оказывается, Кассиус умеет признавать ошибки. И даже извиняться,
Вот только той, кому предназначены эти извинения, больше нет. Девочка, страдавшая от родительской нелюбви, так и не узнала, почему ее не любили. А мне все равно.
Но это не значит, что я не могу оценить этот жест. Пусть даже Рисса вряд ли бы его дождалась.
- М… я рада, что вы это поняли, - я вздохнула. - Надеюсь, вы учтете свои ошибки со своим следующим ребенком.
- Я постараюсь. Но я хочу спросить - ты не станешь его ненавидеть за это?
- Нет, - даже удивилась я. – Если бы я собиралась его ненавидеть, не стала бы предлагать свою помощь в его появлении на свет.
Кассиус на миг закрыл глаза, а затем посмотрел на меня:
- Спасибо, Кларисса. 
Возможно, он ждал от меня прощения. Но я не была Риссой, а потому не имела права его прощать.
Я лишь улыбнулась:
- Мы ведь семья.
И ушла со спокойной совестью.
  
25. Предложение
 
Остаток дня я отдыхала. Все же истощение сказывалось, хотя и не было таким всепоглощающим, как в первые часы. Минус в статусе архимага – чем больше сил, тем медленнее они восстанавливаются. Даже несмотря на то, что скорость восстановления выше, чем у обычных магов.
Нет, больше никаких этих ваших героических подвигов. Как-нибудь без меня.
Но слабость – вовсе не причина менять планы. Я собиралась посвятить воскресенье делам – и я свое намерение выполню. Тем более, что возможности покинуть школу посреди учебной недели нас лишат.
И откуда только эти неуловимые террористы взялись на мою голову… можно подумать, мне без них просто жилось.
Так что с утра, хорошо выспавшись и плотно покушав, я отправилась в свои владения. Инспектировать, что там без меня за эту неделю мои работники натворили.
От слова творить, разумеется.
С госпожой Раувер мы заключили договор на неделе – Волли любезно отнес своей матери ее экземпляр, подготовленный господином Раленом по моей просьбе. Конечно, Савиц отчитался по всем тратам, но мне хотелось и самой проверить, как дела в приюте.
Да и за магосподином Рудиалем понаблюдать было интересно. Он уверил, что в ближайшие недели планирует работать без выходных.
В первую очередь я решила навестить приют.
Признаться, я не ожидала особой разницы с предыдущим визитом, ведь прошла всего неделя. Но приют сумел меня удивить.
Я опять приехала к завтраку, но на этот раз у ворот дежурила охрана, так что меня любезно проводили до дверей, предварительно предупредив кого-то в приюте о моем визите. И в холле меня встретила улыбчивая женщина средних лет, которая вызвалась довести меня до столовой.
Там было шумно, как и должно быть в любом нормальном месте, заполненном детьми. Моего появления даже не заметили, зато я сразу увидела госпожу Раувер, которая сидела за отдельным столом с другими взрослыми, и завтракала наравне со своими воспитанниками. И дети ничуть не были стеснены ее обществом.
Марика тоже сразу меня заметила и устремилась навстречу. Живая, энергичная, с блеском в глазах, она совершенно не походила на ту убитую горем женщину, которую я увидела, когда мы встретились впервые.
Полная энтузиазма, она лично провела мне экскурсию, начав с кухни – и на этот раз, попробовав кашу, я признала, что это не только съедобно, но и весьма вкусно. Хотя, казалось бы – каша…