Ловушка для Лиса
Сейчас девушка откинулась в кресле с вздохом безмерного облегчения.
— Вот и славно! А то я уже боялась, что придется проводить экскурсию самой. В присутствии особ королевской крови у меня отнимается язык, а, кроме того, всем известно, что ты забыл об орхидеях вдесятеро больше, чем я когда-либо знала!
Питер расхохотался.
— Не кокетничай, голубка! Тебе известно об этом столько же, сколько и мне. Или почти столько же.
Каролина хихикнула.
— Грубая лесть тебе не поможет, мистер О’Рили! — поддразнила она. — Ну, ладно, мне пора. Дай знать, если тебе понадобится квалифицированный помощник.
— Всенепременно, голубка. Увидимся в пятницу вечером.
Питер повесил трубку, оставив Каролину в приподнятом настроении. Этот человек понравился ей сразу же, как она приехала с материка, окончив школу бизнеса и обнаружила, что отец нанял на работу одного из величайших ботаников в мире.
Питер О’Рили был надежным помощником, добрым и понимающим человеком.
Ему, конечно, пришелся не по душе Освальд Хейден. Впрочем, доктор мало у кого вызывал теплые чувства, и Питер принял его предложение лишь ради высокого жалованья.
Каролина, едва приступив к управлению фирмой, тотчас повысила главному ботанику оклад. В сущности, это было одно из первых ее самостоятельных решений на новом посту. Без Питера «Мир орхидей» стал бы намного беднее. Недаром же все кому не лень пытались переманить его к себе!
В тот день Питер выразил ей сочувствие по поводу внезапной смерти отца от сердечного приступа, а затем объяснил, над чем сейчас работает. Тогда-то Каролина и поняла, что перед ней настоящее сокровище, и решила сохранить этого ценного сотрудника во что бы то ни стало.
Минуло почти пять лет с тех пор, как «Мир орхидей» перешел в руки Каролины, и за это время рабочий климат в фирме значительно улучшился. Исчезло прежнее противостояние между хозяевами и наемными сотрудниками, возникшее в те дни, когда Эрвин Поттер и Освальд Хейден еще были равноправными партнерами и наслаждались первыми плодами богатства.
Каролина организовала ясли для детишек работающих матерей, ввела улучшенную систему страховки и пенсий, наняла более опытных и добросовестных сотрудников, а многих старых работников повысила в должности. Трения с профсоюзом, которые бесили ее отца и мешали нормальной деятельности фирмы, давно уже стали достоянием прошлого. Каролина умела не только извлекать высокие прибыли, но и поддерживать хорошие отношения со своими подчиненными, будь то рабочие оранжерей или главный ботаник. Для нее это не составляло никакого труда, так как она от природы была дружелюбна и абсолютно лишена той надменности, которой отличался ее отец.
Годы пребывания на почетной университетской должности создали у Освальда Хейдена весьма высокое мнение о своей персоне, и это было бы не так уж плохо, если бы вдобавок к надменности он обладал великодушием и добротой, но, увы, этот человек так и не научился любить кого-то, кроме себя самого.
Каролина много лет наблюдала за тем, как ее мать сражалась с отцовским эгоизмом, но та так и умерла побежденной. Тогда-то девушка и дала себе слово, что никогда не поддастся заразе самолюбования.
У нее была иная цель. Она не стремилась к власти, не хотела, чтобы ее боялись. Каролине нужен был успех, и только успех. Процветание фирмы было для нее наилучшей наградой. Сейчас «Мир орхидей» входил в тридцатку самых крупных производителей во всем мире, и Каролина получила возможность поставить перед собой следующую цель. Она мечтала занять первое место в этом списке, в полной мере использовать знания, полученные за время учебы, сразиться с мужчинами на их собственном поле и победить. Ей хотелось увидеть свою фотографию на обложках журналов, давать интервью, которые побудят других женщин заняться собственным бизнесом, применить на деле свой опыт, дать людям интересную работу, одним словом — жить полной жизнью.
Она твердо верила, что времена, когда женщины были лишь бледной тенью своих мужей, давно миновали, и стремилась сделать все, чтобы доказать это всему миру.
В свое время Каролина пыталась помочь матери, как-то утешить ее, но много ли могла такая малышка! Ей ведь было всего десять лет, когда Лора Хейден умерла, и девочка только сумела понять, что жизнь ее матери была настоящей трагедией.
Лора Барнс была хорошей художницей и могла стать знаменитой, во всяком случае, на островах. Однако Освальд Хейден не терпел рядом с собой сколько-нибудь выдающейся личности, и от подающего большие надежды живописца вскоре осталась лишь домохозяйка миссис Освальд Хейден.
Каролина не хотела повторять ее судьбу. Ни в коем случае! Весь мир должен узнать о ее существовании, а то, над чем работал над Аоху Питер О’Рили, могло послужить этой цели. Как и дело, унаследованное от отца.
Освальд Хейден мечтал о сыне и часто говорил об этом с жестокой откровенностью эгоиста. Каролина знала, что «Мир орхидей» достался ей в наследство отнюдь не по желанию отца, а только потому, что у него просто не было других наследников.
Вот почему она хотела сделать эту фирму лучшей в мире. Больше в ее жизни не было ничего.
Взгляд девушки упал на фотографию, стоявшую на столе.
Со снимка на нее смотрел Фил Джарвис. Фил… Растрепанные волосы, широкая улыбка. Фил, которому всегда будет восемнадцать лет, и ни днем больше.
Он был первой любовью Каролины, но как-то вечером, уехав от нее на новеньком мотоцикле, попал в аварию. Смерть была почти мгновенной. Девушка узнала об этом только наутро, когда пошла в школу и услышала, как все толкуют о несчастном случае.
Каролина так никогда и не оправилась от этого удара и в глубине души ясно сознавала это, но надо было как-то жить дальше. Девушка уехала с острова, но, вместо того чтобы поступить в местный университет, отправилась попытать счастья в Соединенных Штатах. Попытка оказалась удачной.
Освальд Хейден давно подал прошение об американском гражданстве, и дочь, достигнув восемнадцати лет, последовала его примеру. Она трудилась не покладая рук, а года два спустя отважилась даже на легкий флирт с парнями, который, впрочем, неизменно заканчивался ничем.
После окончания учебы Каролина вернулась на остров и занялась процессом выращивания орхидей с самых основ. Ее ждали новые встречи, новые деловые связи и… ничего личного.
Потом великого доктора Хейдена сразил сердечный приступ, и его дочь неожиданно оказалась владелицей «Мира орхидей».
Работа поглощала у нее все больше времени, и его практически не оставалось на личную жизнь. И вот ей исполнилось двадцать восемь. Целых десять лет прошло с того вечера, когда Фил Джарвис поцеловал ее на прощание, как оказалось — навсегда. С тех пор в жизни Каролины не было никого.
Девушка вздохнула, грустно улыбнулась вечно восемнадцатилетнему мальчику, которого когда-то любила со всем пылом юности, и встала.
Снаружи все более грозно грохотал и перекатывался гром, а ослепительные молнии одна за другой рассекали ночное небо.
Каролина давно привыкла к тропическим грозам. Так уж повелось на Лаоми: остров то плавился в удушливой жаре, то дрожал под ледяным ветром с гор, то утопал по колено в проливном дожде. Здесь даже бытовала поговорка: «Если погода тебе не по нраву, подожди пять минут, и она переменится».
Собрав сумку, девушка выключила повсюду свет, тщательно заперла двери и направилась к небольшому «фольксвагену», который был припаркован у входа.
Не обращая внимания на дождь, хлеставший как из ведра, Каролина уселась на сиденье и устало вздохнула. Голода она не чувствовала, но все же по дороге решила заехать куда-нибудь перекусить.
Административное здание и оранжереи «Мира орхидей» были расположены к востоку от центра города. Жилых домов в округе было немного, в основном поля и сады, а цветам требовалась именно такая обстановка. Некоторые сорта орхидей были весьма чувствительны к загрязнению воздуха, и, хотя все оранжереи оборудовались надежной системой вентиляции, отец Каролины предпочел не рисковать, выбирая место для своего предприятия.