Принц Густав. Выжить и победить (СИ)

Надумал Готланд захватить? Хорошее дело. Сам и захватывай. Войско есть, вооружение есть, а где должен быть командир? Правильно. Впереди, на лихом коне. Так что давай, Густав! Блин… и ведь даже возразить им нечего…
В отместку я поблагодарил риксдаг за высокое доверие. Дескать, отдать под мое командование чуть ли не всю армию было очень любезно с их стороны. Даже не ожидал от них такого великодушия, но распоряжусь войском должным образом.
В результате, штат моих военных советников резко увеличился. Чего я и добивался. О собственных талантах полководца я был весьма невысокого мнения.
Ну, да, с Ливонией получилось. Но я бы сказал, это больше везение и сложившиеся в мою пользу обстоятельства. Воображать, что теперь я, как минимум, Наполеон — однозначно не стоит. Тем более, что по Готланду легкой прогулки не получится. Там приличный датский гарнизон, так что воевать придется всерьез. И советы знающих людей мне не помешают.
От победы зависело многое. И речь не только о новых землях или поддержке моего авторитета. Шведы должны привыкнуть побеждать датчан. Ибо и острова, и Норвегия — это только разминка и проба пера. Тут некоторые деятели в риксдаге начали продвигать идею, что неплохо было бы в Россию заглянуть, пока там бардак. Типа, шведские интересы этого требуют.
Я должен был доказать, что интересы Швеции лежат в другом направлении. И что пора отобрать у датчан Сконе. А там, глядишь, и за контроль над Зундским проливом можно будет побороться. Однако чтобы воспринять данную идею всерьез, шведам нужно было набраться здоровой наглости и уверенности. Завоевание Готланда было одним из шагов в этом направлении.
Шаг оказался нелегким. Как я и предполагал, остров так просто сдаваться не хотел. Торгаши Висбю готовы были продаться сами и продать всех остальных, тем более, что для них подобное было не впервые, но главную скрипку играли не они. У датчан на острове оказалась на редкость толковая администрация.
Однако силы были не равны, а воевать шведы 17 века умели. Да и у Готланда не было шанса дождаться подмоги. Кристиан был далеко, а в Копенгагене если и узнали о нашем нападении, то далеко не сразу. До него еще добраться нужно было, что при кишевших контрабандистами и пиратами окрестностях было проблематично.
Шведы праздновали победу, а я решил поближе познакомиться с Висбю. Сюда меня ветер туризма в 21 веке не заносил. Так что было любопытно.
Казалось бы, чем особенным может удивить Готланд? Не Венеция же. Однако удивительного было немало. Меня, например, поразило огромное количество церквей. Причем разных конфессий. А какой мощной была крепостная стена! Причем, как мне объяснили, строилась она для защиты не только от иноземных захватчиков, но и от местных фермеров.
Такое ощущение, что Висбю — это отдельное государство. Сами горожане не воспринимали себя единым целым с остальным населением острова, и вели себя так, что стало понятно — здесь срочно нужен железный орднунг. Иначе, при удобном случае, они и шведов быстренько продадут.
Понимал это не только я. Как только вести о победе дошли до шведских берегов, риксдаг засуетился. Это деньги изыскивать на войну им не по нраву, а вот пользоваться плодами победы — строго наоборот. А тут пришла новость, что Эзель тоже взят. Так что пришлось снова связываться с голландцами и раскошеливаться на очередную рекламу. Не жалея эпитетов для возвеличивания Швеции в целом и себя, любимого, в частности. Пусть привыкают, что все их великие победы связаны лично со мной. Если уж в 21 веке СМИ могут всякую пургу гнать (и это при том, что у их читателей есть доступ в интернет), в веке 17 с этим было еще проще. Написал, что победил? Значит, победил.
Однако на этом хорошие новости не закончились. Из Москвы пришло известие, что удалось предотвратить покушение на Лжедмитрия. Правда, и спланировано оно было из рук вон плохо [23], но зато спасение прошло в лучших голливудских традициях. И мой человек получил не только награду, но и доступ к царскому телу.
 
Кто бы мне сказал, что я буду спасать занявшего русский престол афериста! Но деваться некуда. Нужно было выяснить, кто из бояр больше всех рвется занять трон. Одно дело — иметь возможность и даже некоторые права на шапку Мономаха, и другое — иметь силу воли и желание предпринять шаги по ее завоеванию. Это очень разные вещи, скажу я вам.
После смерти братьев Шуйских бояре начали относиться к Дмитрию с явной настороженностью. И, может, давно объединились бы против общего врага, да вот беда-то, с доверием друг другу у них не складывалось. Уж даже и не знаю почему. Может, из-за подмётных писем, которые им приносили «верные» люди? Но никто же не заставлял конкретного боярина верить писанине, утверждающей, что против него готовится заговор! А заодно подсказывающей, почему некоторых личностей никак нельзя допускать до трона.
Ох, сколько денег и нервов стоило разговорить нужных людей и покопаться в древних документах! Но зато в ход пошло всё — и старые долги, и давние распри, и «секретные» сведения. Побольше недомолвок, погуще туман, поядрёнее компромат… и бояре смотрят друг на друга волком. Не то, чтобы раньше между ними приятельские отношения процветали, но теперь паранойя дошла как раз до нужного предела — упаси бог не допустить на трон конкурента.
Пока подобное взаимное недоверие будет продолжаться, Лжедмитрий на престоле им даже выгоден. Убирать его нужно будет, когда Скопин-Шуйский с Кристианом закончит. И организовать Семи(а лучше 12-ти)боярщину и бардак. Как раз, пока Михаил Васильевич до дома добирается, этот самый бардак успеет народу надоесть. Так что с поддержкой армии, квест по завоеванию трона для него не должен оказаться слишком сложным.
…Ближе к осени стало ясно, что возвращение Скопина-Шуйского получится даже более эпичным, чем я предполагал изначально. Из Норвегии пришли вести, что Михаил Васильевич нашел золото Свартдала.
Вот прямо-таки самому любопытно, что из этого выйдет…
Аксель Оксеншерна
Массивный стол, за которым так хорошо работалось, был завален донесениями. И из Норвегии, и из Швеции, и из Ливонии, и из Дании. Вот только чему из всего этого следовало доверять — непонятно. Уж кому, как не Оксеншерне было знать, что у Густава везде свои люди. И что дошедшая до Акселя информация может обрисовывать ситуацию в том свете, который выгоден его величеству королю ливонскому.
Воспитанный иезуитами, Густав превзошел своих учителей. И в хитрости, и в расчетливости, и в скрытности, и в умении составлять далеко идущие планы. Мешают ему риксдаг и риксрот? Значит, надо их вывести из игры. И никаких кровавых бань, боже упаси! Хватило найденного золота. И непримиримые враги сцепились за право владения.
То, что Густав отказался от своей доли и не стал вмешиваться, было немного странно. Понятно, что целью было отвлечь врагов и, пока они дерутся за богатства, спокойно проворачивать свои дела. Но цена? Не слишком ли расточительно?
С другой стороны — Густав действительно получил свободу действий. И выбил из риксдага намного больше того, на что обычно мог бы рассчитывать. Завоевание Норвегии, к которому многие относились с изрядным скепсисом, стало чуть ли не первоочередным делом. Сразу нашлись и деньги, и армия, но… Густав сделал очередной непредсказуемый шаг. Воспользовавшись тем, что Кристиан застрял в Норвегии, он решил прибрать к рукам Готланд с Эзелем.
Успех был неожиданным. Да, датчан уже побеждали, но это казалось чем-то случайным. Так что захват Готланда праздновали с помпой. А за власть над Висбю развернулась чуть ли не война. Подмять под себя налаженные торговые связи, задавить конкурентов, поучаствовать в дележке трофеев… На этом фоне захват Эзеля был воспринят как нечто само собой разумеющееся.
 
Наверняка, Густав именно на это и рассчитывал, когда предложил помощь Ливонского королевства. Армия Швеции была не столь велика, чтобы бесконечно ее делить. И Эзель не стоял в списке первых целей. Так что войска для его захвата формировались по остаточному принципу. Армия Ливонии была снабжена и вооружена куда лучше. Но по количеству уступала.