"Фантастика 2023-139". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

Баррьентос метался по стране и произносил речи, изо всех сил стараясь свалить всю ответственность на армию, усугубляя и без того деморализованное состояние войск. Армия растерянно отбрехивалась, упирая на малочисленность, слабое оснащение и нелепую заварушку на границе с Парагваем.
Но тут Битлз выпустили «Клуб одиноких сердец сержанта Пеппера», Израиль за шесть дней разнес в хлам коалицию арабских государств и оккупировал Иерусалим, Голаны и Синай, Китай взорвал свою первую водородную бомбу — и мир благополучно забыл про события на плоскогорьях Боливии.
 
26 мая [75]
 
Черный день для меня. Казалось, что все пройдет гладко, мы легко вошли в город, миновав все возможные засады. Мы быстро проскочили на машинах до Сан-Альберто где застали странное зрелище: посреди полной тишины у дверей банков стояли растерянные охранники, а персонал разбегался. Мы немедленно взяли все три банка, невзирая на то, что не знали позиции противника и поплатились за это: Мигель сообщил, что по Боливар идет отряд полиции. Я приказал затаится и стрелять только по команде. Почти сразу же с обеих сторон завязалась общая перестрелка, и я отдал приказ укрыться в зданиях, так как в уличной перестрелке мы проигрывали. Отход задержался, и мы тут же получили двух раненых: Помбо в ногу и Туму в живот. Мы быстро отвезли их к ближайшему врачу, чтобы оперировать тем, что было под рукой. Рана Помбо легкая, кость не задета, только надо обеспечить ему покой. Туму как могли прооперировали и вывезли в горы, но у него перфорация кишечника.
 
Сегодня он умер. Мой неразлучный спутник всех последних лет, неизменно верный, его отсутствие я ощущаю почти как потерю ребенка. В последнее утро он попросил передать его часы сыну, которого он так и не увидел, как я делал раньше с часами погибших товарищей. При ближайшей оказии я переправлю их в Манилу [76].
 
— Винтовок… маузер… четыреста двадцать две… гаранд… девяносто восемь… патронов к ним… сорок два ящика… пулеметов Збройовка… — диктовал Римак и даром что не урчал от удовольствия.
Еще бы, на него свалилось такое богатство, о котором он и помыслить не мог! Год он трясся над каждым стволом, надоедая командирам требованиями беречь, холить и лелеять имущество. Иной раз Вася подозревал, что дай хозяйственному индейцу волю — и он, лишь бы не тратить патроны, унесет все оружие подальше в горы, чтобы никто не достал. А тут вдруг — сотни винтовок!
Счастье Римака, правда, омрачилось передачей большей части маузеров горняцкой милиции.
Помимо боеприпасов, винтовок, пулеметов, пистолетов и прочего стреляющего, взятие Сукре дало и множество других ништяков, не менее полезных, вроде того же радиоцентра.
— Из государственных контор, судов, полиции и казарм, — докладывал Антонио, — вывезли свыше пяти ящиков бланков и готовых документов. Больше тысячи листов топографических карт. Планы строительства дорог и другие бумаги, разбор еще не закончен.
Дальше отчитывался Че:
— Мы вынесли хранилища трех банков, включая государственный. Очень удобно, что их расположили в соседних зданиях, прямо как по заказу. Предварительно сумма не меньше миллиона долларов.
— Только деньгами? — поднял голову от записей Катари.
— Нет. Помимо банкнот разных стран, еще драгоценности, векселя и другие денежные инструменты.
Люди Габриэля и Гильена заранее подготовили налеты и захват не только издательств и радиостанций, но и типографий, и фотоателье. И теперь у командиров болела голова где разместить фотостудию и, главное, кто ей будет заниматься. С типографским оборудованием малость полегче — брали только компактное, не требующее подключения к сетям, простое в использовании, но тоже, куда ставить и кто будет заниматься?
Голова шла кругом.
Но всяко лучше распоряжаться уже имеющимся, чем искать, где добыть отсутствующее.
— Это все прекрасно, — сложил свои записи Че, — но многое мы не смогли вывезти. Мало грузовиков и заторы на дорогах. Мне приходилось стрелять в воздух, чтобы пробится.
 
Да, волшебное слово «халява» сыграло с партизанской армией злую шутку — стратегически ценные вещи по заранее составленным спискам затерялись среди колонн грузовиков и носильщиков из близлежащих общин. Домовитые индейцы вывозили товары с оптовых складов — ткани, керосин, один ушлый малакку [77] догадался растащить магазин швейных машинок и сейчас был попросту королем меновой торговли.
— Впредь эту стихию нужно контролировать, вплоть до расстрелов.
— Забитые дороги помешали армии перебросить подкрепления, — возразил Вася. — И нечего расстрелами грозить, когда сами везде опаздывали.
«Да ладно, успеем» в исполнении латинов задалбывало его все больше и больше, кечуа такого отношения тоже не понимали. Круче всех отметился шахтерский лидер Мойзес Гевара, бойцы которого попросту забухали и забирать несколько сотен винтовок он явился в одиночку. Ну и был послан вдоль берега, а оружие для рабочей милиции передали другим людям, разгильдяям не положено.
* * *
После вялой склоки на заседании штаба, великий касик Тупак Амару Третий, он же Уасья, он же внук знаменитого калавайя Контиго, он же Вася, ну кто его не знает, студент-этнограф из Москвы, засел писать методичку. Самую обыкновенную, по физподготовке, куда втискивал все, чему его когда-то научил отец и что придумал он сам. Упражнения, нормативы, комплексы ежедневный, утренний и усиленный, тренировки с тяжелым предметом, то есть пулеметом, метание камней — пришло время суммировать все, накопленное в этом деле за год.
Да и подвести итоги можно, сколько он здесь? Пятнадцать месяцев? Ну да, с марта прошлого года…
Успел многое — свободная зона в горах выдержала наступление армии и растет дальше. Каждую неделю присоединяются новые айлью [78] — неудивительно, слухи о тракторах и о том, что касик скупает шерсть ламы, ширятся и ширятся. Ничего, скоро должна вернутся делегация из Уругвая, будем переводить экономику общин на новые рельсы.
Вася хотел было возблагодарить деда, но вдруг поймал себя на мысли — а какого именно? Московского, разведчика Василия Егорова, или здешнего, знахаря и лекаря Контиго? А потом понял, что благодарить надо всех — воспитавших его личность маму с папой, дедушку-генерала и вырастившего его тело дедушку-калавайя, ну и счастливое стечение обстоятельств до кучи. Легко ведь мог бы перенестись в инвалида, например.
Касик аж вздрогнул, представив себе все неприятные варианты переноса, черт его знает, куда могло зафитилить — да хоть в обезьяну какую.
Так что спасибо шаману Контиго, все сделал правильно. И потомка инков индейцы признали за нового Тупака Амару, великого вождя и освободителя. Эдак можно и вровень с Боливаром оказаться: он освободитель креолов, а касик — индейцев. Идут они к Васе, идут, сейчас под ружьем почти тысяча человек, причем не только кечуа, есть около сотни аймару, из них Поло, Анисето и Серапио уже выросли в толковых командиров взводов. Так что пора создавать отдельную роту и выдвигать ее западнее, на границу с Чили, в департамент Оруру, где живут в основном их соплеменники. Хорошо бы развернуть роты из добровольцев граничащих с Боливией стран, как и предполагалось в плане создания партизанского «очага», но «интернационалистов» пока маловато. Аргентинец Хосе, парагваец Габриэль, испанец Авраам Гильен, остальные прибывают по каналам Че, вернее, команданте Рамона. О том, что Че Гевара в Боливии пока достоверно не известно — РПАБ не объявляла, Че лицом не светил, потенциальных информаторов вычисляет и вылавливает понемногу крепнущая контрразведка. Дождаться бы еще специалиста с образованием, как обещал Че…
Пока же учиться приходится на собственной шкуре — систему подготовки бойцов несколько раз пришлось подправлять, с учетом полученного боевого опыта. Но созданы лагеря, стрельбища, проложены контрольные маршруты, разработан месячный «курс молодого бойца», сейчас вот будет готова методичка…