Держать удар (СИ)

Толя, собирайся. Нужен. Поедешь с нами, — четко, по-военному отдал распоряжения прямо с порога Валерий Ильич.
— С вещами? — спросонья пошутил я.
— Там всё есть! — пошутил и Жердаков.
Или не пошутил? Собираюсь, задумавшись.
— Да встретиться с тобой хотят, — пояснил Лукарь уже в машине. — Бакатин приехал и поручил Жердакову тебя найти. По месту прописки в общаге ты не живешь, в квартиру ещё не заехал. Хорошо, я знаю, где тебя искать.
— Куда едем? В Академгородок? — зевнул расслабленно я, ибо встречи не боялся. — Ну, министр МВД, а вы зачем со мной поехали?
— Чуть дальше нам, скоро уже. А поехал я, потому что Бакатин приехал не один.
Красивые коттеджи, огороженная охраняемая территория — это резиденция «Сосны». Горбачев здесь жил, когда приезжал в Красноярск, а в будущем и Ельцин должен будет тут встретиться с премьер-министром Японии. Из машины выйти разрешили, но вежливо попросили подождать у ворот. Жердаков сразу умчался рысью в ближайший коттедж, а Лукарь степенно прогуливается по сосновому лесу. Мне тут тоже сразу понравилось — тишина, спокойствие, шелест хвои под ногами. Обнаглевшие белки снуют туда-сюда, играя друг с дружкой в догонялки. Красота! Сегодня тоже плюс будет, это понятно по безветренной погоде и ясному солнечному небу. Наконец, булькает рация в машине милиционера, и меня приглашают проследовать в дом. Смотрю на Лукаря, тот еле заметно кивает, — мол, иди не менжуйся.
— Привет, Анатолий. Лично тебя хотел поздравить со званием Олимпийского чемпиона, ну и переговорить кое о чём, — поясняет мне новый министр МВД, едва закрылась дверь довольно большого кабинета. — Ты присаживайся. Чайник горячий, сам уж себе налей. Чай, кофе.
— Спасибо за поздравления, а можно сразу к делу?
— Слышал, что в республиках происходит, наверное? И на Кавказе, и в Прибалтике?
Дождавшись моего осторожного кивка, Бакатин продолжил:
— И если в Карабахе просто землю делят, то в Прибалтике положение гораздо серьёзнее.
— А я ещё год назад, летом, говорил Александру Владимировичу, что ситуация там накаляется. Пока они только языком озабочены, да пактом Молотова-Риббентропа, но дойдут и до политических требований, — немного рассерженно сказал я. — Не надо им давать объединяться было.
— Вчера в Латвии открылся съезд новых политических сил. Больше тысячи делегатов было. Я человек новый, ничего сделать не смог. А КГБ получило приказ не вмешиваться. Что там они на съезде решат, завтра узнаем. Мы, конечно, принимаем меры — ОМОН там создаём. Это новая структура, ещё моим предшественником задуманная. Но есть и другие мысли. Толя… ты для МВД не чужой, награды имеются, сам за «Динамо» выступаешь, тебя знают сейчас многие в стране. Можно это использовать…
Бакатин помялся, мы с ним знакомы были мало, но Власов наверняка за меня поручился. Наконец, министр родил то, что хотел от меня. А хочет он моего участия в выборах в народные депутаты от МВД в следующем году! Нет, не в Прибалтике, в принципе согласие хотел получить. «В принципе» я и согласился. Ясно, что он приехал не только за этим, а по своим рабочим делам, ну и со мной познакомился заодно. Мне ситуация не нравилась, я никогда не любил активного участия известных актеров и спортсменов в политической жизни страны, в частности, был против их присутствия в Госдуме, во всяком случае в большом количестве. Но такая тенденция есть во всём мире. Размышляя об этом, иду к машине Лукаря и слышу знакомый голосок откуда-то из соснового бора.
— Толя, привет, а я белочек тут кормлю!
 Глава 34 
— Ты что тут делаешь? — искренне удивился я Ленке Лукарь, старательно пытаясь не заметить ещё одну знакомую фигуру среди сосен.
— По делам приехала, к подруге в гости и место для свадьбы посмотреть.
— Здравствуй, Толя, — из леска показалась и подруга — Светлана Аюкасова.
Нарисовалась, хрен сотрёшь. А я ещё не решил, как с ней поступлю.
— Привет, Света. Ты что, тут живешь? — туповато обвел я резиденцию руками.
— Я приехала помочь со свадьбой Леночке и Илюше. И да, тут живу. А может, к себе пригласишь погостить? Или у тебя какая девка живет?
 
— Девка… свадьба? Слушайте, что мне голову морочите? Лен, какая свадьба? Когда ты успела заявление подать? Илья в курсе?
— Вот те раз! Толя, ты же сам деньги дал! И скажи, ты ничего в своём почтовом ящике не видел, что ли? Я старалась, рисовала приглашение, — топнула ножкой в полусапожке моя подруга.
— У меня почтовый ящик есть? — завис я.
Никогда его не видел! А Аюкасова молчит и накрашенными глазками хлопает. Джинсы, курточка и тоже полусапожки, но не как у Лукарь серые, а игривого розового цвета.
— Так, чтобы нашел моё приглашение, порадовался и похвалил! — фыркнула Лукарь. — А что вы стоите, как неродные, обнимитесь! Вы оба, между прочим, в пятницу на нашей свадьбе свидетелями будете! Хи-хи.
— Я же вам деньги дал пару недель назад всего, когда вы успели заявление подать, и как вас так быстро распишут? — всё равно не понимаю я.
— Толя, тут надо действовать быстро, пока жених согласен! — Светка подошла ближе, но обнимать меня не спешит. — Я вот не хотела ехать, но как узнала, кто у Лены будет свидетелем на свадьбе, сразу прилетела… Хоть и девки у тебя в доме не переводятся, но может, ещё не забыл меня?
Пахнет от девушки хорошо, и смотрит она на меня с улыбкой, но претензии высказывает. Бесит прям. Ответить в духе конфликта? Ну и Ленка тоже хороша — не предупредила. Я, конечно, не откажусь быть свидетелем — давно ей обещал, даже с такой свидетельницей балованной, но, блин, так не делается всё равно. Впрочем, Лукарь об этом смысла говорить нет, не поймёт.
— Не забыл, даже звонил несколько раз, и, хочешь верь хочешь нет, рад тебя видеть. К себе не зову, не прибрано после девок, но в пятницу встретимся, — все-таки решил не начинать разборки я. — Лен, тут свадьба будет, в Соснах?
— Конечно! Ты почитай приглашение! — невеста опять топает ножкой.
— Ладно, мне пора. На чем же мне назад? Лен, батя твой когда вернётся? — озираюсь я, не видя Валерия Ильича в машине, на которой я приехал.
Ответить Ленка не успела, из коттеджа, где я общался с министром, вышли оба полковника — МВД и КГБ.
— Могу тебя отвезти назад, — предложил Жердаков.
— Я тоже могу, но через часик, — добавил Лукарь.
— Сейчас поеду, пожалуй. Пока, девочки! До пятницы! — махнул рукой я, видя недоумение в глазах красотки.
— Подожди! Я думала мы сходим куда-нибудь…, — Светка не выдержала и подбежала к машине, в которую я уже уселся, причем стоит у неё на пути, мешая проезду.
— Тренировка у меня сегодня, — говорю чистую правду. — Завтра звони. Номер есть мой рабочий?
Я, в отличие от некоторых, на телефонные звонки всегда отвечаю. А то ты сама потерялась, даже с Олимпийской медалью не поздравила…
— Поздравляю, — успела крикнуть гостья, пока я не закрыл окно.
Представляю, как меня сейчас будут полоскать эти две красивые феечки! Но план игры я им сломал, тупо уехав, не став выяснять отношения.
Приехав в Николаевку, наблюдаю виденную уже ранее картину — обыск в доме у соседей. Они там давно уже ничего опасней ножниц не держат, но опять сидят перед домом на корточках с руками за голову. Вся троица в сборе — Вано, Махно и Конь. На улице небольшой плюс, но дядьки одеты легко и явно с бодуна.
— «Три белых коня, три белых коня», — тихонько напеваю я, выходя из жердаковской «Волги».
— Мащенко, понятых нашёл? — орёт командным голосом кто-то со двора.
— Привет соседям, — весело здороваюсь, не обращая внимания на охраняющего их сержанта в грязной шинели.
Тот ясное дело помалкивает и ест глазами начальство. Не меня, а следующего в кильватере полковника, которому тоже стало интересно, что тут происходит.
— Вот длинного этого бери в понятые, — крикнул тот же голос со двора, очевидно, заметив меня, но ещё не видя Жердакова.
— Отставить! Что у вас тут происходит? Почему задержанные на улице? Да ещё без верхней одежды? Сержант, что у тебя с формой? Почему грязная? — рявкает Иннокентий Иванович.