Мой добровольный плен

Я подняла руки и накрыла его ладони, которые все это время удерживали мою голову:
- Так стань лучше, подари мне свободу. Я знаю, ты сильный, ты сможешь...
Аббас отошел:
- Нет. Не проси о том, чего я сделать не могу. Я выполню любую твою просьбу, Джо, только не эту.
- Другой просьбы у меня нет.
Мужчина пристально посмотрел на меня:
- Она появиться, Джо, и я с радостью её выполню. А сейчас отдыхай. Ты устала.
- Я устала отдыхать, - возразила я.
Он усмехнулся:
- Ну, тогда можем спуститься вниз, думаю, Рональда уже и след простыл. После того как врач узнал твое имя, будет всяческий меня избегать. Боится за свою голову.
- Но ведь он напрасно боится, верно?
- Конечно, он спас тебе жизнь. Я обязан ему. Но, Джоанна, прошу, больше не заводи с ним таких разговоров, ты его смущаешь. Он ничем не сможет тебе помочь. Ничем. Врач, так же как и ты, больше никогда не увидит Англию, он слишком стар для такого долгого путешествия. Рональд сам мне в этом признался.
Я согласно кивнула, понимая, что, наверное, Аббас прав – ведь Рональд показался мне истинным джентльменом. Врожденное благородство может преобладать над чувством самосохранения, и он может предпринять безумную попытку мне помочь. Но она вряд ли увенчается успехом.
Аббас как будто прочитал мои мысли и взял за руку:
- Джоанна, я хочу, чтобы ты осознала все до конца. Ты останешься здесь, в моем доме, даже если твои родственники узнает, где ты. Даже если они приплывут сюда и осадят мой дом, чтобы спасти тебя из плена, я тебя не отпущу. Я воин, Джоанна, и привык сражаться за то, во что верю, за то, то мне дорого. Ты дорога для меня, и я буду за тебя сражаться: безжалостно и до конца. Не думаю, что ты захочешь для своих родных такой судьбы, так что оставь все как есть. Прошу, смирись.
Я молчала. Я не хотела говорить Аббасу, что смирюсь, потому что это не так. Я думала, что никогда не увижу мир по ту сторону каменного забора гарема Гафура – но вот я по ту сторону. Значит и другое возможно. Но я не буде об этом думать, ни сегодня, ни сейчас. Я с легкостью сменила тему:
- Если честно, я голодная. Так что с радостью доем свой ужин.
Аббас кивнул, принимая мой уход от важной темы, и мы спустились вниз. Рональда и вправду уже не было в столовой, и мы спокойно продолжили ужин. Я улыбнулась служанке, которая подала мне бокал с медовой водой, и посмотрела на Аббаса:
- Я бы хотела помогать Фаизе в её делах. Она сказала, что решение за тобой.
- Ты не служанка в моем доме.
- Да, я знаю, ты говорил. Но мне будет скучно без дела, а это сможет меня развлечь. Я же не говорю, что сразу брошусь в тяжелую черную работу. Так легкие дела, для того чтобы занять время.
Он медленно кивнул, а потом сказал:
- В моем доме есть книги, Фаиза покажет тебе. Ты ведь любишь читать?
Я оживилась:
- Да, люблю. Очень. Спасибо.
- Я скоро уеду на пару недель, могу привезти тебе и другие книги, если хочешь. Только скажи, какие ты хочешь?
Я радостно улыбнулась:
- Я подумаю и скажу тебе, - а потом, помолчав, спросила: - Как скоро ты уедешь?
- Через три дня. Если тебе что-то будет нужно, обращайся к Фаизе. Она присмотрит за тобой.
- Я ведь уже не маленькая, и могу обойтись без няньки.
Аббас внимательно на меня посмотрел:
- Она убережет тебя от глупостей.
Я грустно улыбнулась:
- Значит она мой тюремщик?
- Нет, Джо. Ты не в тюрьме.
Я кивнула, мне не хотелось больше спорить и говорить об этом:
- Да, я поняла.
Мы на пару минут молчали, занявшись едой. А потом я снова спросила:
- Почему в твоем доме нет гарема?
Мужчина вскинул на меня внимательный взгляд:
- Он мне не нужен.
- Ты ведь восточный мужчина...
- Я знаю, кто я, - ответил Аббас, перебивая меня, а потом добавил: – Я часто в разъездах.
Это многое объясняло, многое, но не все. Я кивнула, принимая данный ответ, и снова занялась едой. Аббас придвинулся ко мне и, зацепив пальцами подбородок, заглянул в глаза:
- Теперь я буду бывать дома чаще, не волнуйся об этом, - он неверно истолковал мой вопрос. Мужчина наклонился и нежно поцеловал меня в губы. Я прикрыла глаза, отдаваясь моменту. Как бы я не пыталась убедить себя в обратном, я скучала о нем, о его нежных руках и страстных губах. Аббас притянул меня к себе на колени, и его поцелуи сместились на шею. Я обхватила мужчину за плечи, поощряя.
 
- Как же сильно я хочу тебя, - прошептал Аббас.
Я хотела его не меньше, поэтому обхватила мужскую голову руками, и потянула к своему лицу. Наши взгляды встретились:
- Так же сильно как я, - было ему ответом, а после я страстно его поцеловала.
Аббас сразу пришел в движение и уложил меня на подушки, а его руки сместились на мои бёдра, сжимая:
- Доктор сказал, еще несколько дней...
- А мы ему не скажем, - улыбнулась я, сжимая мужские плечи. – Через пару дней ты уедешь, на целых две недели. Не хочу ждать так долго.
Аббас пару мгновений рассматривал меня, решая что-то, а потом снова поцеловал. Его губы горели такой страстью, что я сразу поняла – эту ночь я проведу не одна. Мужчина не стал возиться с застежкой моего платья и просто разорвал ту на груди. Я встревожилась:
- Если кто-то сюда войдет?
Аббас накрыл мою обнажившуюся грудь горячими ладонями и нежно сжал:
- Тот лишиться головы.
Я чуть успокоилась. Конечно не из-за того, что поверила, что Аббас приведет свое обещание в исполнение. Просто понадеялась, что слуги дома знают о том, что тревожить хозяина не стоит. Мои мысли прервались из-за горячих мужских пальцев, которые уже забрались под юбку и поглаживали внутреннюю поверхность бедра. Они неумолимо приближались к цели. От одной этой мысли я подогнула пальчики на ногах, и легкий спазм удовольствия пронзил тело. Аббас навис сверху, в его взгляде светилось чисто мужское превосходство:
- Ты так сильно по мне скучала, Джоанна?
Я не стала врать и скрывать очевидное, а закинула руки ему на плечи и притянула к себе:
- Да, так сильно. Не проходило ни дня, чтобы я не думала о тебе после той нашей ночи. Ни дня, ни минуты.
- Я тоже скучал о тебе. Но думал, что уже навсегда тебя потерял, когда узнал, что Гафур сделал тебя своей фавориткой.
Я не хотела сейчас говорить об этом и вспоминать дни в гареме, я потянула мужчину на себя и поцеловала. Больше мы не теряли времени на слова, полностью отдаваясь потребности тел. Его поцелуи жгли кожу шеи, груди и живота. Мои ногти оставляли борозды на его плечах и спине. Моя юбка давно была сорвана и откинута в сторону за ненадобностью. Я обхватила мужчину ногами, полностью отдаваясь страсти и теряясь в ней. Я хотела в ней раствориться, чтобы забыть обо всем том насилии и боли, которое перетерпела в прошлом.
Я, наконец, была с тем мужчиной, с которым хотела быть. И не важно, что, по сути, я сменила одного хозяина на другого, одну золотую клетку на другую, один плен на другой. Это сейчас не имело для меня никакого значения. Я хотела быть здесь, с этим мужчиной. Значит, мой плен был добровольным.
Аббас прикусил кожу на моей шеи, и я потеряла все мысли. Его твердая плоть прижалась к моему лону, и он несильно надавил. Моё тело за время болезни отвыкло от вторжения, поэтому первые секунды немного сопротивлялось. Но через мгновение мужчина уже был внутри. От силы накативших на меня ощущений я зажмурилась и крепче сжала мужские плечи. Аббас замер:
- Ты очень тугая. Я причиняю боль?
- Нет. Только, пожалуйста, не спеши.
Он начал медленное движение, внимательно наблюдая за моей реакцией. Это ощущалось очень правильно и хорошо, хоть и приносило легкую саднящую боль. Аббас откинулся назад, усаживаясь на колени, чтобы тут же начать ласкать мой воспаленный страстью клитор. Я попыталась оттолкнуть его руки, но он перехватил их одной рукой, а второй продолжил ласку. Его толчки были медленными и неглубокими, но в связи с ласками клитора мгновенно довели меня до разрядки. Я вцепилась пальцами в мужскую ладонь и выгнула спину, а через пару мгновение все тело окутала расслабленная нега.