Протокол "Наследник" (СИ)

— Я даже передать тебе не могу, что я испытал в тот момент, — утер со лба испарину доктор. — Со мной чуть удар не случился при мысли, что я натворил. Едва успел нагнать охрану и сказать, чтобы не открывали дверь карцера сразу. Наличие молний означало, что ты еще жив, но, скорее всего, не в состоянии себя контролировать. Без подзарядки блокиратор магии мог проработать три, максимум четыре дня, после чего ты непременно столкнулся бы с проблемой нестабильного дара. Датчиков внизу нет. Стены толстые, крепкие, так что мы бы даже криков не услышали. А в случае с молниями, в замкнутом пространстве…
Он наконец поднял на меня измученный взгляд.
— Честно говоря, я до последнего не верил, что лэн Моринэ мог так с тобой поступить. Что бы ты ни натворил и в чем бы ни был виновен, даже для него это было бы слишком. Он ведь, как я понимаю, и на допросах ничего не сказал. Сделал все, чтобы тебя никто не искал и не нашел раньше времени. Если бы лэн Даорн не полез копаться в моих бумагах и если бы не прицепился ко всяким мелочам… Признаться, когда я тебя увидел, то решил, что мы тебя не вытащим. Две недели без еды, без воды, на таком холоде, да еще и с нестабильным даром…
— В камере оказался неисправный вентилятор и с него часто капало, — спокойно ответил я, благо ответ на этот вопрос у меня был продуман заранее. Без еды человек может прожить до нескольких недель, а вот жажда добила бы меня быстро. — На стенах тоже скапливалось много влаги, поэтому первое время я как-то справлялся. Потом перестал работать идентификационный браслет, и стало уже сложнее, но в конечном итоге это оказалось неплохо, потому что бесконтрольно срывающиеся молнии меня хотя бы согрели. Есть я к тому времени уже не хотел. Боли в животе почти прошли. Воду, конечно, пришлось брать из поддона туалета, но я решил, что лучше так, чем просто взять и сдохнуть. Сдаваться без боя я не привык.
— Ты молодец, — неуверенно улыбнулся доктор, когда я замолчал и отвернулся, словно не хотел об этом вспоминать. — Даже взрослому пришлось бы туго. А ты выдержал, выжил…
Щелк! — неожиданно громко донеслось из соседнего кабинета, а следом донесся хлопок двери и чьи-то быстрые уверенные шаги.
— А вот и новый директор пожаловал, — со вздохом отодвинулся от меня лэн Нортэн. — Я сообщил ему, что ты в порядке, и он изъявил желание лично с тобой пообщаться. Будь с ним поаккуратнее, ладно?
Я удивленно вздернул брови, услышав столь странное напутствие, но тут внезапно оживилась Эмма.
«Внимание! В пределах действия найниитового поля обнаружен неизвестный субъект. Выявлено присутствие двух маготехнических устройств. Устройство номер один — личный идентификационный браслет номер… Устройство номер два — встраиваемый найниитовый чип класса „А“, версия „3−0–1“ с встроенной защитой от блокираторов магии. Статус на настоящий момент: активен. Максимально возможное количество управляемых частиц: два с половиной акриона. Максимальные размеры генерируемого поля: два с половиной майна. Текущий размер найниитового поля: четыре райна… Внимание! Угроза носителю крови! Производится экстренная деактивация! До окончания деактивации осталось: десять… девять… восемь…»
Я чуть не подпрыгнул от неожиданности.
Что за фигня⁈ Какой-такой чип⁈ И что это еще за директор, который может себе позволить зашить в башку безумно дорогой и смертельно опасный для меня девайс⁈
Лэн Нортэн, не заметив, как вытянулось мое лицо, поднялся и вышел за дверь, где-то там уважительно поприветствовав новое начальство. А буквально за миг до того, как Эмма свернула всю деятельность, дверь снова открылась и на пороге возник высокий подтянутый мужчина в черной тэрнийской униформе, при виде которого я непроизвольно замер и молча выругался про себя.
[1] Ноябрь по местному календарю.
  
Глава 16
 
Новый директор школы Ганратаэ, как оказалось, прибыл вовсе не по линии министерства образования, а получил назначение из военного министерства и, что намного важнее, имел к нему самое прямое отношение.
 
На черную тэрнийскую униформу я в свое время уже насмотрелся вдоволь. И в убежище, пока готовился к новой жизни, и уже здесь, пока лазал по Сети и собирал информацию.
Плотное черное сукно, аккуратно застегнутые золотые пуговицы, безупречно чистые, до блеска отдраенные сапоги, идеальная осанка, безупречно белый воротничок… все это говорило о том, что передо мной находится не какой-то там крючкотвор, не простой чиновник, а насквозь пропитанный специфическим армейским духом и четко следующий уставу военный. Более того, офицер, о чем наглядно свидетельствовали две золотые полосы на погонах. Да еще и в чине подполковника по местному рангу, что демонстрировала виднеющаяся между полосами многолучевая алая звезда.
Причем офицером он явно был не кабинетным — на правой стороне его шеи, убегая под высокий воротник, виднелся широкий след от старого ожога, а рядом красовался совершенно отчетливый шрам, какой бывает от огнестрельного ранения.
При этом он оказался совсем не стар. Навскидку я был дал ему лет сорок, ну может, сорок пять, не больше, его ауры выглядела на удивление яркой, широкой. Я бы даже сказал, что молодой, однако короткий ежик седых волос и низко нависающие брови существенно старили нового директора. Лицо же у него оказалось совсем обычным. Я бы сказал невыразительным и даже бесстрастным. Глубоко посаженные глаза, плотно сжатые губы, твердый, тщательно выбритый подбородок…
А еще от него исходило ощущение какой-то внутренней силы.
Вот вроде и не здоровяк, не качок. Фигура у нового директора оказалась больше сухой и жилистой, нежели накачанной и спортивной. Однако когда он приблизился, от него прямо-таки повеяло чем-то… знаете, этакой сдержанной мощью. Неуловимым, но совершенно отчетливым привкусом опасности. Да еще и чип этот дурацкий… Такие люди обычно не в школе работают, а где-нибудь в разведке, в спецслужбах. Может быть, даже в личной охране какой-нибудь важной персоны.
И один тот факт, что этот человек оказался здесь, лучше всяких слов доказывал: школу Ганратаэ в скором времени ждут по-настоящему серьезные перемены. Хотя я пока не мог сказать, плохо это или хорошо.
— Адрэа Гурто? — ровным, чуть хрипловатым голосом осведомился чужак, подойдя к диагностическому креслу. А как только я привстал, собираясь его поприветствовать, сделал отрицательный знак. — Не надо. Сегодня я не требую от вас соблюдения правил.
— Доброе утро, лэн, — все же решил последовать совету доктора я.
— Как ваше самочувствие? Лэн Нортэн сообщил, что вы уже способны со мной побеседовать.
— Так точно, лэн директор! — непроизвольно перенял я манеру Иртэ. Внешность нового руководителя школы как нельзя более точно соответствовала именно такому ответу. — Всегда готов, лэн!
Лэн Даорн удовлетворенно кивнул, после чего присел на тот же самый табурет, на котором недавно сидел доктор, и внимательно на меня посмотрел.
Причем смотрел он долго, оценивающе, что-то явно для себя отмечая или даже сравнивая. О чем-то думал. Или, может, вспоминал информацию из личного дела. Но я решил, что пока не буду торопить события, поэтому просто сидел, молчал, беззастенчиво изучал его в ответ и терпеливо ждал, когда же господин директор соизволит пояснить причины своего прихода.
— Я хотел сообщить вам, лэн Гурто, что лэн Моринэ, несколько его подручных, а также прежний начальник охраны и ряд его подчиненных отправятся под военный трибунал, — вдруг с ходу взял и огорошил меня директор.
Фигассе. Я-то думал, мы немного про другое говорить будем, а тут р-раз и — вон какой поворот.
Правда, вслух я позволил себе выразить лишь вежливое удивление.
— Простите, лэн. Почему именно трибунал? Наша школа является гражданским учреждением.
— Больше — нет, — слегка качнул головой мужчина. — С седьмого нортиля этого года указом тэрнэ начальная школа для мальчиков Ганратаэ была переведена под юрисдикцию военного министерства и отныне является военно-магическим учреждением, находящимся под прямым патронажем его величества. В связи со смертью предыдущего покровителя и потерей школой статуса частного учебного заведения.