Ева для Снежного Барса (СИ)
Я вздрогнула, не сразу заметив, как у моих ног прямо на песок уселся неунывающий Блез.
– О чем ты так глубоко задумалась?
– Да так… Воспоминания накатили. Старею, наверное.
– Ты? – Блез заливисто расхохотался. – Не кокетничай, Ева, ты прекрасно выглядишь! И, кстати, не забывай, что брак с оборотнем и метка альфы удлиняет твою жизнь на неопределенно долгий срок.
– Ну, могу же я иногда поностальгировать! Все-таки я пусть и частично, но человек, а человека хлебом не корми, а дай поскулить.
Вот такой он – Блез Волонтир, маг и целитель, мой самый верный и надежный друг. Разумеется, после того, как он пережил свою влюбленность и мог воспринимать меня как младшую сестру, нежели несостоявшуюся возлюбленную.
И как ни удивительно, помогла ему в этом Орна, которую я встретила в гареме вождя из клана Горных Львов. Их чувства вспыхнули практически с первой встречи, но девушка хотела учиться в Академии – у нее неожиданно пробудились способности к бытовой магии.
И только получив диплом, Орна приняла от любимого брачный браслет и по обычаю оборотней поставила на него свою метку.
Я едва не рассмеялась в голос, вспомнив, как мы обсуждали, куда этот супружеский знак пристроить: я консервативно предлагала плечо или грудь, а Орна склонялась к более интимным местам и, скорей всего, исполнила свою задумку, так как метки на приличных местах видно не было.
– Это должно произойти сегодня? – спросил Блез, с любопытством глянув на играющих в песке детей.
Я пожала плечами и, как всегда, залюбовалась плодом нашей с Габриэлем любви. Серьезный Георгий что-то покровительственно внушал рыженькой веснушчатой Ангелине и она, раскрыв ротик, восторженно слушала брата. Неужели это я родила такое чудо, эту невозможную красоту? Глаза наполнились слезами счастья.
– Священный Ирбис так сказал.
– Ты опять говорила с богом? - Блез заинтересованно посмотрел на меня. – А Габриэль знает?
– Ну, говорила – это слишком громко сказано… Но этот хитрый каменный истукан каким-то образом дал понять. Но я не сказала альфе, вдруг мы ошиблись в подсчетах… Габи и так уже извелся - не терпится ему увидеть звериную сущность своих наследников. А мне все-таки привычнее вот так – мальчики-девочки…
– Ева, ты же знала, что так будет. – Блез взял меня за руку, заглянул в глаза, и я ощутила теплую волну покоя и умиротворения. Ну, да, теперь я тоже так умею, но периодически забываю о своих ментальных способностях. – Пойдем лучше купаться, пока твой ревнивый муж занят беседой с нашими стариками.
Габриэль стоял к нам спиной, предоставив солнечным лучам свободно прогуливаться по его прекрасному телу. Его бедра и ягодицы туго обтягивали пляжные шорты, которые сотворили местные портнихи по моим эскизам.
Став отцом, Габриэль еще больше заматерел и частенько поглядывал свысока на неженатого брата Кристиана. Но тот и не собирал пока обзаводиться семейством, отшучиваясь, что и без его потомства во дворце достаточно шумно.
Только вот его шуточки смолкали моментально, когда в гости приезжала зеленоглазая кошка-бурмилла Зарина. Моя сексуальная подруга невероятным образом создавала вокруг себя такую ауру неприкрытой эротики, что все окружающие оборотни тут же начинали часто дышать, а Кристиан просто выпадал из реальности на все время ее визита.
Правда, слуги докладывали, что не раз видели Кристиана выходящим посреди ночи из Зарининой спальни, но подробностей никто не знал – и он, и она молчали как партизаны. А мы с Габриэлем решили не вмешиваться. Вот вроде и сестры они с Орной, а такие разные!
Напротив Габриэля под полосатым навесом сидели, как выразился Блез, наши старички. Ну, да! Обоим перевалило за две сотни, а выглядят как бравые пятидесятилетние по земным меркам.
Мой нежданно-негаданно найденный отец Балтазар Тор’Квин, вождь клана Горных Львов, и лорд Лориан дель Артего, дипломат и маг Десятого Круга, что-то бурно доказывали Габриэлю.
Вот всегда так! Ни один договор, ни одно соглашение не обходилось без яростных споров, которые – слава богам! – пока не доходили до вооруженных конфликтов. Но зато потом, после подписания государственных бумаг, вся троица упивалась красным эрнинским вином вдрызг, обнималась и горланила песни, которым я сдуру научила и отца, и мужа.
Но самые горячие баталии разгорались вокруг наших детей. Балтазар, в конце концов смирившийся с тем, что я не желаю да и юридически не имею права быть его наследницей, приняв родовое имя Алт’Норан, требовал, чтобы внучка Ангелина после совершеннолетия приняла статус наследной принцессы его клана и уже сейчас обручилась с молодым львом из знатного семейства.
Здесь уже свои пять копеек вставляла я: династические браки при моем земном воспитании казались абсурдными и неприемлемыми. А как же любовь?
Нельзя лишать девочку свободы выбора! Вот вырастет, влюбится и сама решит, за кого замуж выходить. В своем решении я была непреклонна и мужчины затаились до поры до времени.
Но я чувствовала, что за моей спиной они продолжают свои дебаты, чисто по-мужски решая судьбу нашего ребенка.
Была еще одна проблема, о которой предпочитали помалкивать оборотни обоих кланов. Об этом мне по секрету рассказал Лориан, когда дети были еще совсем маленькими.
– Ева, ты должна быть готова к тому, что, когда придет время первого оборота, у Ангелины может оказаться львиная сущность. Не забывай, что в тебе течет кровь Балтазара наравне с магической кровью Норель.
– Но как же так… они же с Георгием близнецы… - известие оказалось настолько ошеломительным для моего ослабленного тяжелыми родами организма, что я едва не грохнулась в обморок.
– Видишь ли, в пророчестве шла речь об одном наследнике снежных барсов, а ты умудрилась родить двоих прекрасных детей и нарушила ход Колеса Судьбы.
– Но может быть это не я, а какие-нибудь ваши хитроумные боги так подшутили над нами…Знаю я двоих… те еще шутники!
– Но я бы хотел, чтобы ты знала… хотя Балтазар и просил меня молчать.
– А Габриэль знает?
Лориан пожал плечами, хотел что-то сказать, но тут слуги принесли подносы с напитками и закусками и вопрос остался открытым. Больше к этой теме маг не возвращался, но зато я замучила вопросами мужа, и он признался, что теоретически такое может случиться, хотя подобные случаи ни в одной древней книге не описаны - он, оказывается, уже проверял.
Что ж, «кто мы такие, чтобы спорить с богами?», как сказала героиня из какого-то дурацкого фильма.
***
Почувствовав мой взгляд, Габриэль оглянулся, сделал несколько упругих шагов и, подхватив на руки, вошел в теплую ласковую воду изумрудного моря.
Я так и не успела сбросить легкий пляжный халатик, и тонкая ткань тут же стала прозрачной и облепила тело. Хорошо, что под ним был крохотный купальник-бикини из старых земных запасов, в котором при гостях я как-то стеснялась разгуливать.
Муж смотрел на меня таким влюбленным, голодным взглядом, как будто не было между нами этих шести лет, наполненных безумной страстью.
И так было всегда, стоило лишь встретиться взглядом или прикоснуться друг к другу. В такие мгновения казалось, что наши тела живут своей собственной жизнью, отметая правила приличия, и мы начинали судорожно искать потаенный уголок, чтобы прижаться друг другу и утонуть в жарких нетерпеливых поцелуях. А ночи… ночи были похожи то на ураган, морской шторм или извержение вулкана, то на томительное парение на воздушных волнах нежности…
Габриэль ласково накрыл губами метку на моей груди, и я в ответ приложила ладонь к его сердцу, где нервно пульсировал точно такой же знак.
Не обращая внимания на гостей, я обхватила мужа на шею, запуталась пальцами в серебристых волосах и слизнула соленую капельку с любимого лица. Тело Габриэля ощутимо напряглось и он шепнул хрипловатым голосом: «Моя!».
– Фу, опять они целуются! – прозвучал совсем рядом недовольный голосок сына.
Дети, держась за руки, стояли по пояс в воде и ждали, пока на них обратят внимание эти несносные родители. Георгий был заметно недоволен увиденным, а Ангелина зачарованно не сводила с нас глаз.