По дороге могущества. Книга пятая: Лик Кальмуара (СИ)

Мыфан несколько долгих мгновений смотрел в глаза своему сыну, а затем с его губ слетел короткий ответ:
— Нет.
Прикрыв глаза, Балисс опустил голову и громко вздохнул.
— Что ж, тогда мне придётся всё сделать самому.
Поднявшись на ноги, он бросил на отца последний презрительный взгляд и вышел из темницы, с силой хлопнув дверью…
— Выходит, переворот был целиком и полностью идеей Балисса? — задумчиво спросил я.
Мыфан кивнул.
— Верно.
— А что насчёт силзверов? Гомункулам было известно о провокации с их стороны и готовящемся вторжении?
— Нет. И не думаю, что и Балисс был в курсе — ведь зная об этом, вряд ли бы он начал переворот.
— Хм. И что было дальше?
— Дальше ты вытащил меня из темницы и потащил прямиком к королю. Действия Балисса не оставили мне иного выхода, поэтому я всё свалил на него и на своего племянника, хотя и тот был не в курсе выходок моего сына. — Мыфан устало помассировал глаза. — Фергюс не был одним из нас. Он был человеком, которого я спас, когда он был ещё ребёнком…
…Сдвинув брови и поджав губы, Мыфан мрачно осматривал открывшееся его взгляду побоище: десятки изрубленных трупов валялись на дороге в лужах крови, и по их остекленевшим глазам ползали жирные мухи, забираясь в распахнутые рты. В основном мужчины и старики, хотя встречались и женщины с детьми. Все раздеты практически догола — убийцы забрали не только запряженные волами или лошадьми повозки с товаром, но и всё мало-мальски ценное снаряжение и даже уцелевшую в бойне одежду. Он не сомневался и в том, что налётчики забрали с собой и женщин с детьми, которым не повезло остаться в живых…
— Владыка, — Мыфан посмотрел на над чем-то склонившегося в кустах собрата, — здесь один ещё дышит.
Нахмурившись, он подошел к нему и взглянул на бледного, худощавого парнишку. Его грудь с трудом вздымалась и опадала, из потрескавшихся губ вылетал надсадный хрип, а его левая рука сжимала оставшийся от правой обрубок — её отсекли выше локтя, но выше над срезом был туго натянут окровавленный лоскут от рубахи, которым малец смог перекрыть кровотечение несмотря на боль и шоковое состояние.
Мыфан поднял голову и осмотрелся вокруг.
До ближайшей деревни не один день пути, а паренёк без помощи вряд ли доживёт до заката.
Владыка гомункулов вновь посмотрел на мальца и через несколько секунд глубоких раздумий тяжело вздохнул.
— Грузите его на телегу и принесите мои инструменты…
Плечи Мыфана поникли, голос стал тише.
— Фергюс рос на моих глазах… Я любил его, как родного сына. — Его лицо сделалось жестким, и он мрачно посмотрел на меня. — Однако ради безопасности всех гомункулов мне пришлось убить его своими собственными руками. И да, ты был прав — после я разорвал его тело на куски, забрав сделанную ему гомункулярную руку и глаза. Я не оправдываю себя — смерть Фергюса целиком на моей совести.
Казначей отвёл глаза.
— После вторжения силзверов, блокирования портала и падения Рэйтерфола всё пошло прахом. Даже если бы я открылся королю Дэриору, это всё равно никак не помогло бы спасти Рэйтерфол. Ведь первородных гомункулов в городе было мало, а остальные были слишком молоды, чтобы переломить ход сражения. Это стало всё более очевидно после атаки тех гомункулов, что создала госпожа Шейди. Так что я предпочёл молча наблюдать за происходящим. Но вы не подумайте — юные гомункулы сражались наравне со всеми, пусть и не используя всё сокрытое в их телах оружие. Хотя даже будь иначе, вряд ли бы это сильно переломило ситуацию — всё же они были неопытны и лишь ненамного превосходили остальных силпатов. А потом… потом нам всем всё же удалось вырваться из Рэйтерфола.
Взгляд Мыфана вновь скользнул к восседающему на троне герцогу Брасселу Серутуру.
— Когда мы оказались в Афилеме, моё появление не прошло незамеченным для сородичей. Равно, как и для Балисса…
 
…Караульные распахнули перед Мыфаном массивные двустворчатые двери переговорного зала. Испуганный казначей, нервно сжимая кисти рук, шагнул внутрь и боязливо осмотрелся. Однако когда он рассмотрел сидящего на троне человека, то, когда за его спиной со стуком закрылись створки, с его лица мигом улетучился страх, глаза стали жесткими и холодными, а плечи распрямились. Неспешно подойдя к трону, он замер напротив него и взглянул прямо в насмешливые глаза своего сына.
— Граф Балисс.
— Здравствуй, отец, — на лице молодого гомункула растянулась довольная улыбка. — Очень рад тебя видеть! — Его улыбка стала шире. — Не расскажешь ли мне, что же такого интересного произошло в Рэйтерфоле после моего отбытия?
Мыфан нахмурился, сцепив ладони в замок и окинув взглядом помещение.
— Я так понимаю, это место надёжно экранировано, раз уж ты отважился так откровенничать?
— Конечно. Можешь говорить всё, что твоей душе угодно.
— Хм. Тогда у меня не особо радостные новости — силзверы захватили Рэйтерфол. Король Дэриор и его сын мертвы.
Балисс вскинул брови.
— Даже так? Хах. Интересно. И вся эта вышедшая из портала ватага…
— Все оставшиеся в живых Рэйтерфолцы, — кивнул Мыфан. — Включая наших собратьев и сестёр, конечно же.
— Ну разумеется. Разумеется… — Молодой граф закусил нижнюю губу и задумчиво подвигал челюстью. — Что ж, это сильно упрощает дело…
— Да? И какое же?
— По покорению мира, конечно же. — Балисс довольно усмехнулся, видя изменившееся лицо отца. — Да будет тебе известно, отец, что я достиг в Афилеме некоторых успехов. Например, я горд сообщить тебе о том, что этот город целиком и полностью в моей единоличной власти.
Мыфан заиграл желваками.
— Что ты сделал?
Балисс откинулся на спинку трона.
— Превратил герцога в одного из нас.
Владыка гомункулов ошарашенно замер, не веря своим ушам.
— Что?! Но как? Ты ведь…
— Не знаю, как создавать гомункулов? — с издёвкой закончил за него вопрос граф. — Поверь, при должном упорстве и желании это было несложно выяснить. Особенно когда в пределах твоего города проживает древняя гомункуляторша. — Он хмыкнул. — Ты бы знал, чем готова поделиться женщина в обмен на некоторые предметы уюта и комфорта, не говоря уже о вкусной еде и выпивке.
Побледневший казначей отшатнулся.
— Ты не посмел…
— О, ещё как посмел! И даже более того — я активно использовал полученные знания здесь, в Афилеме! Получив в своё распоряжение целый город, я наконец смог построить фабрики по воспроизводству и уже начал подменять местных жителей на гомункулов.
— Что?!
— Да, отец, да! Генриетта научила меня ускорению производства путём использования человеческих тел. Хотя чему ты удивляешься — ты ведь и меня создал именно так.
Мыфан стиснул зубы.
— Как остальные позволили тебе так далеко зайти?
— Пфф! Я же не идиот. Первородные ничего не знали до тех пор, пока под моим началом не появилось достаточное количество верных мне гомункулов. — Он развёл руками. — Хотя я ведь граф, что бы они мне сделали? Особенно когда герцог является моей марионеткой? Так что я предоставил им выбор — либо они признают меня своим новым Владыкой, либо умрут. Однако теперь, с твоим появлением здесь, они наверняка воспрянут духом. Поэтому вот моё тебе предложение, — Балисс слегка прищурился, смотря ему в глаза, — признай меня официально новым Владыкой Гомункулов, и я позволю тебе и дальше возглавлять своих немногочисленный друзей и детишек. Даже сделаю своим первым советником. Однако если ты откажешься, — он подался вперёд, — то я натравлю на вас весь Афилем…
 
— Так и знала, что без моей мамаши тут не обошлось, — злобно буркнула Шейди.