"Фантастика 2024-21". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

Сегодняшняя схватка стала для барсов не просто реваншем за западню на болоте. Команде Шварценберга приходилось сейчас отвечать за все санитарные корабли, захваченные и взорванные другими пиратами, за транспорты с оружием и медикаментами, которых не дождался воюющий Ванкувер и даже за всех пассажиров круизных лайнеров и обитателей окраинных миров, проданных на фабрики «Панна Моти».
Пираты вины признавать не желали. Они уже не надеялись на чудо, но продолжали спорить с судьбой, цепляясь за каждый камень, обороняя любой уступ. Туся узнавала разномастные доспехи охотников за удачей, вспоминала штурм корабля Феликса и страшные дни плена, путь до лабиринта монстров и поединок на арене. Поэтому, когда очередной искатель приключений срывался со скал или превращался в кусок паленой плоти, она не испытывала ничего кроме облегчения, как в дни войны на Ванкувере, когда ей случалось наблюдать картины гибели ненавистных легионеров.
У нее сердце зашлось от волнения, когда орудовавший здоровенным куском арматуры Майло сбил с ног Пабло, пытаясь разбить его шлем. Оператору сети пришел на помощь Амир, который до этого оглушил и заковал в наручники Рика. Хотя юный единоборец действовал уверенно и профессионально, как и во время схватки с монстрами, Арсеньев, которому и самому бы хотелось оказаться сейчас на скалах, лишь недовольно нахмурился.
— Так-так! — ни к кому особо не обращаясь, протянул он. — И кто, спрашивается, выдал несовершеннолетнему броню?
— Он сказал, что ему уже есть восемнадцать! — выдавая себя с потрохами, отозвался Семен Савенков.
— Мы подумали, что этот юный герой все равно найдет возможность проскользнуть за периметр, — пояснила выполнявшая сейчас обязанности оператора Ленка Ларина. — И решили, что с броней и скорчером у него будет больше шансов вернуться живым и здоровым. Как и у остальных…
На Ленку было жалко смотреть, и Туся вполне ее понимала. Сейчас, когда пиратов отбросили от лагеря, оператор ничем не могла боевой группе помочь. Тем более, на ту верхотуру, где сражались Слава и главарь пиратов, не решался подняться ни один боец из обеих команд.
— Шварценберга не трогать! Он мой! — услышали в рубке приказ Капеэсэс, и Туся подумала, что разведчик сейчас находится в той же стадии бешенства, как в тот миг, когда увидел в установке изувеченное тело Ленки Лариной.
Вслух произносить свои размышления она не стала: Онегин и так не находила себе места от волнения. Постель ее совсем сбилась, приборы показывали тахикардию и повышение артериального давления до критических показателей.
— Слава не понимает! Шварценберг никогда не играет по-честному! — вздыхала она.
Пока, впрочем, поединок шел по всем правилам боевого флая. Картинка напоминала тренировку с виртуальным противником от первого лица, которую Тусе с Наташей показывал Клод. Для Арсеньева и других барсов, оказавшихся сейчас в роли зрителей, схватка распадалась на последовательность комбинаций ударов, блоков и захватов. Плечи воинов непроизвольно шевелились в такт движениям сражающихся, тревожа раны и причиняя боль, которой никто не замечал. Даже зная, что Слава все равно их не услышит, барсы подбадривали его, давали дельные советы.
Разведчик, впрочем, справлялся и сам, оттесняя противника все ближе к краю пропасти. Разрядившийся скорчер он оставил где-то на нижних уступах, полагаясь на быстроту верного клинка. Уже в нескольких местах на броне подразделения Кобра зияли прорехи, из которых текла кровь. Саав умело отмахивался изогнутым оружием образца Рас-Альхага, но шансов против неистового разведчика почти не имел.
Другое дело, что, как опытный шулер, он всегда имел в рукаве набор козырей. Туся, которая в этот момент как раз извлекала осколки из тела одного из раненных, не разглядела, откуда в руке пирата взамен клинка и отброшенного за ненадобностью скорчера взялся импульсный пистолет. Легкий и маломощный, он почти не применялся в боевых подразделениях, но с близкого расстояния был вполне эффективен. Сейчас его ствол был направлен Славе в грудь.
 
— Ну, что, сученыш мелкий, думал, взял? — переведя коммуникатор на громкую связь, рассмеялся в лицо Славе пират.
Из дула вырвалась вспышка. Однако заряд попал только в скалу. Шварценберг не знал, что его противник не только мастер спорта по флаю, но и чемпион университетского первенства по Ванкуверской жиге. И именно двойное сальто с места, которого когда-то так и не увидела Ленка, спасло сейчас Славе жизнь. Зато Шварценбергу оно стоило импульсника, который улетел в пропасть вместе с клинком, когда Капеэсэс приземлился на голову пирата, сбивая того с ног и увлекая к краю.
Барсы в медотсеке разразились аплодисментами, а Ленка на своей койке боялась вздохнуть, глядя, как пальцы пирата в перчатках с крючьями пытаются дотянуться до горла Славы. Но Капеэсэс, не сгоревший в огне и не потонувший во время скитаний по болотам, вовремя разгадал намерение и перехватил инициативу. Он боднул противника, разбив его шлем, освободился от захвата, и, всадив в шею Шварценберга клинок, перебросил его тело через себя, отправив в последний полет на дно каньона.
После гибели главаря уцелевшие пираты сдались в плен.
— Я верила в него! — в голос рыдала Ленка, пока Туся вкалывала ей ударную дозу транквилизаторов. — Славка всегда был таким бесшабашным и немного сумасшедшим.
— Немного, — покачал головой Арсеньев. — По-моему ты ему льстишь.
Остальные барсы свое отношение к победе разведчика и его товарищей выражали в куда более заковыристых и крепких выражениях, ставя на повтор и детально разбирая каждую минуту боя. Туся видела, что Арсеньеву очень хотелось бы присоединиться к обсуждению. Однако едва не в тот миг, когда тело Шварценберга достигло дна каньона, в лагерь прибыли две платформы с ранеными у Фиолетовой, и всем медикам объявили мобилизацию.
Петрович нес на руках окровавленного юношу лет шестнадцать-семнадцати, на изрубленной травяной рубахе которого еще можно было различить узор рода Могучего Утеса.
— Это Камень, — пояснил Петрович. — Помогите ему, если сможете. За него царь Афру просил. Он последний из Могучих Утесов, оставшийся в живых.
— Какой юный! — всплеснула руками Рут, помогая срезать с тела раненого остатки одежды и срочно готовя препараты крови. — Всего на пару лет старше моей Рейчел. Совсем еще ребенок.
Туся подумала, что, окажись тут рядом Наташа, она непременно рассказала бы о средней продолжительности жизни и раннем взрослении в мирах, подобных Васуки. Шейный обруч Камня уже украшало одно кольцо доблести. Значит юноша и до Фиолетовой участвовал в битвах.
Но Наташа помогала Клоду оказывать первую помощь на месте сражения. Когда же она вернулась, то не могла сдержать слез.
— Это ужасно, — всхлипывала она. — Я наблюдала десятки реконструкций, но это выглядело даже красиво. А на самом деле война — это ужас, кровь, вонь и смерть! Столько погибших, столько умирающих! Мы пытались остановить это безумие, но не успели. А если бы варрары достигли селений и больших городов?!
— Да что там реконструкции! — успокоил боевую подругу Дин. — Я такой жести и на Вакувере меньше видел. Это ж рукопашная! Брр! Сплошная расчлененка, теснота и давка.
— Особенно, когда в бой вступила эта их зенебочья кавалерия, — кивнул Ящер.
— Мало того, что варрары со всех сторон с копьями подступают, так еще приходится следить, чтобы не оказаться под копытами, — поделился ощущениями Гу Синь.
— Клода, когда он с Утесами царя защищал, так Ураганы едва не затоптали, — добавил Дин.
Клод, впрочем, на Ураганов обиду не держал и впечатлениями о битве почти не делился.
— Я его упустил! — с горечью пожаловался он Арсеньеву, и по напрягшемуся лицу Командора Туся поняла, что речь идет о Феликсе. — Не сумел найти ни среди мертвых, ни в числе пленных.
— Ты уверен, что он участвовал в битве? — не отрываясь от электронного манипулятора, сухо поинтересовался Арсеньев. — Как ты знаешь, Серый Ферзь у нас больше специалист по части ударов в спину и прочих хитрых комбинаций.