Тебе принадлежу (СИ)
—Оставь, так будет лучше, — сухо произносит брат и я не сдержавшись бью его по лицу. Пощечина отдается тупой болью в руке, но это ничто по сравнению с болью, что я испытала, напоровшись на загнанный взгляд лучшей подруги.
—Не прикасайся ко мне, — вырываю руку из его захвата. — Ты даже воздухом с ней одним дышать не достоин, твой потолок – шлюхи раздвигающие ноги за деньги, и ты прав, может оно и к лучшему, не нужен ей такой, как ты, — выплёвываю ядовито и оставив брата обдумывать брошенные мною слова, бегу вниз, в надежде догнать подругу. Вылетаю наружу, но уже поздно, черный мерседес с визгом тронулся с места и сейчас я как никогда была рада тому, что Юля никогда не садится за руль сама. Вздохнув, опираюсь спиной о стену позади себя, откидываю голову и прикрываю глаза. Слишком много событий для одного дня. Прихожу в себя только, когда слышу цокот каблуков, открываю глаза и замечаю рядом с собой Лару, которая, судя по всему, вернулась в свое нормальное состояние. Окинув меня все тем же снисходительным взглядом, она как-то странно хмыкнула и не говоря не слова, проследовала к ожидающей ее машине.
— И с каких пор обычные помощницы ездят с охраной? – говорю сама себе, когда из машины выходит один из амбалов Макса и открывает перед девушкой дверь.
Глава 27
Катя
Неделю спустя
—Если ты продолжишь так на меня смотреть, то мы никуда нахрен не поедем, - гортанно рычит Макс, когда я в очередной раз откровенно его рассматриваю.
Может быть, однажды наступит тот день, когда я привыкну и перестану пускать слюни от одного лишь вида своего жениха. Облизываю пересохшие губы и с наслаждением наблюдаю за тем, как нервно дергается кадык Макса и как темнеют черные омуты, сейчас он особенно хорош.
Стройный, подтянутый, в строгом, иссиня-черном костюме, контрастирующем с ослепительно белоснежной рубашкой, его волосы уложены в аккуратную прическу и зачесаны на бок, на левой руке красуется золотой браслет часов.
—Я не против остаться дома, — подхожу ближе, кладу ладошки на ему на грудь, скольжу ниже и ныряю под полы пиджака.
—Екатерина Олеговна, Вы что же, соблазнить меня пытаетесь? – наигранно удивленно произносит Макс и прижимает к себе и проводит подушечками пальцев по оголенной спине. — Это будет очень долгий вечер, — выдыхает мне в шею.
—Отчего же? – выгибаю бровь, наслаждаясь его реакцией. Несомненно, сегодня я постаралась выглядеть сногсшибательно. Невеста Демина должна ему соответствовать не только по статусу. На сегодняшнем приеме соберется вся элита этого города и внимание каждого из приглашенных будет приковано ко мне.
—Это платье, оно сводит меня с ума, — шепчет мне в шею, обхватывает губами мочку уха, слегка покусывая.
—На это и был расчет, Максим Дмитриевич, — улыбаюсь и ничуть не лукавлю, я действительно выбирала это платье для него. Черное, с не слишком глубоким декольте, оставляющим простор для фантазии и полностью оголенной спиной, оно струится до самого пол, идеально повторяя изгибы тела и выгодно их подчеркивая.
—Черт, ты такая красивая, - произносит хрипло, окидывая меня голодным взглядом, от которого все тело обдает жаром, внутри разгорается пожар, еще чуть-чуть и мы точно никуда не поедем.
Ловлю себя на мысли, что сейчас Макс напоминает мне моего отца в те моменты, когда в поле его зрения появляется мама. Вспоминаю невольно брошенные отцом слова: «он тебя еще удивит» и поражаюсь его проницательности, уже тогда, он видел в глазах Макса то, что я упорно отказывалась замечать.
—Нам пора, — шепчу и с трудом подавляю в себе желание плюнуть на все и никуда не ехать.
До ресторана едем, не проронив ни слова, и сидя на пионерском расстоянии друг от друга, потому что оба знаем, стоит нам соприкоснуться и весь контроль полетит к чертям. Макс прав – это будет чертовски долгий вечер.
Автомобиль останавливается у парадного входа, возле которого, словно стервятники кружат журналисты, даже сидя в машине я ощущаю на себе вспышки фотоаппаратов. После полной остановки Макс выходит из салона и помогает мне выбраться следом за ним. Облегающая ткань платья слегка затрудняет сие действо, а потому мне приходится крепко ухватиться за руку своего мужчины, впрочем, обтягивающее платье не единственная причина, по которой я впиваюсь в предплечье Макса.
Стоит нам показаться, все внимание «стервятников», что кружили вокруг прибывающих гостей, переключается на нас. Положение нашей семьи обязывало меня часто посещать подобные мероприятия, но я так и не сумела привыкнуть к повышенному вниманию со стороны окружающих, к ослепляющим вспышкам, от которых начинает пульсировать в висках, к натянутой улыбке собравшихся представителей высшего общества, что так неестественно искажает надменные черты их упитанных лиц.
—Расслабься, малышка, - шепчет Макс и высвободив руку из моего цепкого захвата, кладет ладом мне на спину, поглаживая оголенные участки кожи. — Это твой вечер, - улыбается и припадает губами к моему виску. В тоже время раздаются щелчки фотоаппаратов и в глаза бьет очередная яркая вспышка. Жмурюсь от неприятных ощущений и отворачиваю голову в сторону. Когда ко мне наконец возвращается зрение, с интересом замечаю, что настырных журналистов уже оттеснила охрана.
В банкетном зале к нашему появлению уже собрался весь честной народ. В глазах начинает рябить от резкого контраста между мелькающими по всюду черными костюмами приглашенных мужчин и яркими нарядами их спутниц. Взгляд цепляется за какое-то движения с боку, поворачиваю голову и натыкаюсь на приближающуюся к нам Лару.
—Да чтоб тебя, - выплевываю несдержанно. — Что она здесь делает? - цежу сквозь стиснутые до боли зубы.
-Работает, Катя, она здесь работает, - с улыбкой на губах отвечает Макс и сильнее стискивает ладонь на моей талии, словно опасаясь моей реакции на присутствие его вездесущей помощницы.
—Тебе не кажется, что ее слишком много в нашей жизни, — спрашиваю, расплываясь в улыбке.
—Малышка, я тебя восемь лет ждал, - произносит хрипло, покрывая поцелуями мою шею, прикосновение твердых губ отдается легкой вибрацией в теле, прокатывается разрядом от макушки до самых пят и разливается теплом по венам. — Но твоя ревность чертовски заводит, — добавляет шёпотом, заставляя меня краснеть.
—Здравствуй, Макс, — поравнявшись с нами, сухо произносит Лара. — Катя, — кивает мне и снова переводит внимание на моего жениха. С удивлением отмечаю про себя, что на девушке надет деловой брючный костюм, волосы собраны в высокий хвост, а в руках она держит планшет. Действительно работает, но сути это не меняет - меня от одного лишь ее присутствия трясет. И эти странные изменения в ее поведение все никак не дают мне покоя. После возвращения Макса из больницы, темы его помощницы я не касалась, выглядеть ревнивой истеричкой мне совершенно не хотелось, но и выбросить из головы их странную связь так и не вышло.
Следующие несколько часов я с натянутой до ушей улыбкой принимаю поздравления от практически незнакомых мне людей, ловлю на себе заинтересованные взгляды, оно и понятно, новость о помолвке Максима Демина и Екатерины Громовой раздалась словно гром среди ясного неба. Поздравления и расспросы сыпались со всех сторон, каждый из присутствующих норовил урвать хоть крупицу информации, а у меня в ушах гудит, от бесконечных вопросов, одно радует – Лара, к моей огромной радости, затерялась среди гостей.
—Завтра весь город будет гудеть, — улыбается отец, потягивая коньяк, когда, наконец избавившись от назойливого внимания гостей, уставшие, мы присоединяемся к семье. Единственное мое желание сейчас – сбежать с этого балагана, принять душ и плюхнуться в постель.
—Я на это рассчитываю, — пожимает плечами Макс и окинув взглядом толпу, останавливается на высоком, представительном брюнете средних лет, стоящем неподалеку от нас. Словно почувствовав на себе пристальный взгляд моего жениха, мужчина оборачивается и бросив что-то своим собеседникам, оставляет их и направляется к нам.