Путем неизбежности (СИ)
— Следовало тебя обойти, — пропыхтел я под нос, резво передвигаясь с помощью рук по уступу обрыва. Мои ноги никак не могли найти опору, а камни под пальцами опасно осыпались. Как бы еще не свалится. — Хочешь накормить своих малышей, а?
Тигр не ответил, вместо этого он продолжил атаковать, запуская свои мускулистые лапы в те места, где я был секундами раньше. Его слоеная пасть, раздвигающаяся как жвала у жука-убийцы, клацала и капала ядовитой слюной. Соприкасаясь с травой и камнями, слюна вспыхивала и дымилась.
Выждав момент, я резко подтянулся, подбрасывая свое тело вверх. Совершив сальто боком, я оказался на ногах, но в опасной близости от хищника. Недолго думая я рванул вперед, выставив перед собой ногу, которая со смачным звуком врезалась в бок тигру. Самка взревела, но зацепить меня не смогла, так как задняя часть ее туловища слетела вниз с обрыва. Отчаянно уцепившись когтями в камни, зверь замер, не давая массивному телу свалится вниз.
Хайкель медленно пополз из ножен. Я не спешил. Если бы передо мной был самец, который умел плеваться ядом, следовало бы действовать на опережение. Но самки этой неприятной особенности лишены. Присев на корточки я вгляделся в морду хищника. Странное дело, но глаза у этого монстра были нежно-голубого цвета. Шутка Создателя, не иначе.
Вообще, ядовитый тигр животное очень ценное в плане шкуры, клыков и желез. Но деньги меня не интересуют. Некогда мне приходилось охотиться на этих хищников, но чисто в академическом плане. Кэрол прививала мне чувство «охотник-жертва» без которого не может состояться Ловец. Тогда я напортачил. Проткнул ядовитого тигра обычным мечом, из-за чего лезвие было безнадежно испорчено, а я наказан довольно увесистым подзатыльником. Но хайкелю кислотная кровь не страшна.
Ярко-синее лезвие со скоростью ветра вошло в голубой глаз тигра и выскочило из его затылка. Напряженные уши дернулись, а потом, расслабившись, опустились на голову хищника. Самка была мертва, как и ее потомство. Маленькие тигренки не смогут прокормить себя, и умрут либо от голода, либо от клыков и когтей более расторопных охотников. Но это к лучшему — столь опасный зверь недалеко от Освейна никому не нужен. Рано или поздно они стали бы охотиться на людей.
Прикончив тигра, я неожиданно понял еще одну вещь. Это было озарение, которое посещает меня время от времени. В основном оно наводит мои мысли на прописные истины, до которых почему-то не додумалось сознание сразу.
Совсем недалеко отсюда есть воздушная пристань, от которой мы и начали свое путешествие в Освейн. Не знаю как мои товарищи перебрались на другой берег, но я смогу воспользоваться лодкой управляющего. Вряд ли он станет возражать.
Пристань располагалась на самом краю обрыва и была безлюдной и такой же ухоженной, как и мои сапоги, побывавшие во всем дерьме, что встречалось мне по пути. Несколько обветшалых строений, большая площадь-перон, повсюду связанные веревкой тюки и бочки, валявшиеся кое-как. Пристань возвели во времена Непонятных войн, дабы перебрасывать в эти богом забытые земли солдат и снаряжение, но по прошествии времени о «важной стратегической точке» все забыли.
Корабль на котором мы прилетели, был, наверное, первым за несколько лет. Управляющий, любитель крепкой выпивки и ягод смеха нас тогда даже не встретил. Ситуацию объяснил один из трех рабочих, и мы отправились в путь.
Сейчас на пристани никого не было. Я огляделся, но кричать не стал. Вряд ли кто отзовется, а если отзовется — то какая мне с этого польза? Мне всего лишь нужно одолжить лодку. Конечно, спросить разрешение не мешало бы, но я спешу. Быть может, кому-то из моих товарищей нужна неотложная помощь.
И пожалуйста, не называйте это воровством. Чужое имущество меня не прельщает. При первой же возможности я все верну или компенсирую.
Нужный мне транспорт я нашел возле обветшалой конторы, стекла в которой стали черными от копоти и жира. Заглянуть внутрь я смог только с помощью внутреннего зрения. Как и ожидалось, управляющий спал сном пьяного, повизгивая и бормоча под нос ругательства. Лодка находилась под деревянным навесом и парила в метре над землей, привязанная канатами. Подойдя к ней, я осмотрел днище и остался доволен — вроде бы прорех нет. Может показаться, что для воздушного судна это не принципиально, но это не так. Я не специалист в этом деле, но слушал множество историй, когда трещины в корпусе приводили к гибели всего экипажа и пассажиров.
Отвязав лодку и выведя ее на открытое пространство, я заметил, что с транспортом не все в порядке. Он тут же возжелал поднять меня вверх, словно был воздушным шариком, и только титаническим усилием мне удалось пресечь эту попытку. Руль высоты явно был плохо настроен.
На моей памяти владельцы воздушных средств передвижения не оставляли камни левитации в гнездах, когда судно стоит на приколе и бездействует. Камни со временем разряжаются, и это может послужить причиной катастрофы в будущем. Управляющий-алкаш об этом явно не знал, или знать не хотел. Мне стоит надеяться лишь на то, что это корыто не рухнет вниз, когда я буду переправляться на другой утес. Падения с высоты в три сотни метров не выдержит даже лорд.
Меня так и не застукали, когда я запрыгнул в лодку и отчалил от пристани. Под моим весом кораблик тут же расхотел набирать высоту и даже немного просел. Я испугался, что энергии в камне левитации осталось совсем мало, но поделать уже ничего не мог. Ветер наполнил небольшой парус, и мое судно понеслось над землей. Выглянув спустя какое-то время из-за борта, я увидел, что до оной очень и очень далеко.
Интересно, сколько будет падать мое тело вниз, если все пойдет не как задумано?
Разобравшись в управлении, я повел лодку вдоль ущелья, глядя внутренним зрением по сторонам. До места, где я засек последний крик было еще далеко, но на воздушной посудине, даже такой неустойчивой как эта, я доберусь туда за несколько часов. Конечно при условии, что камень левитации выдержит.
Я был уже у противоположного берега, когда лодка управляющего стала медленно «тонуть». Ветер все еще толкал ее вперед, но при этом суденышко уходило вниз. Рассчитав ее траекторию, я понял, что моим первоначальным планам не суждено сбыться. Я даже до другого края могу не дотянуть. Моя единственная надежда в…
Выйдя на нос, я закрыл глаза, погружаясь в боевой транс. Энергия тела находится в постоянном хаосе, но Ловцы умеют упорядочивать ее. Контроль достигается путем многолетних тренировок, но в конечном итоге результат стоит усилий. Сконцентрировав внутреннюю энергию в своих ногах, я весь подобрался для прыжка.
Лодка приближалась к утесу довольно быстро, но еще быстрее она проседала вниз. Я отсчитывал секунды. Девять, восемь… шесть, пять… три, два… Рывок. С многократным ускорением мое тело молнией рвануло вверх. Но ушам ударил не слишком мощный хлопок — преодолеть звуковой барьер могут лишь единицы, и я пока что не в их числе, но уже хоть что-то. Через мгновение мои ступни коснулись каменистой поверхности. Обернувшись, я успел увидеть, как лодка управляющего падает вниз. Кажется, сила моего прыжка проломила дно.
Что ж, следует подумать, как возместить ущерб несчастному управляющему. Думаю, несколько бочонков виноградного бренди заставят забыть бедолагу о горе.
* * *В воду с оглушительным треском упало несколько деревянных обломков. Белоснежный Убийца, сидящий на высоком камне у самого берега, открыл глаза. Его белые зрачки наблюдали, как сильное течение относит остатки лодки в сторону. Последним, водной глади коснулась вырванная ветром парусина.
Запрокинув голову, посланник Хаоса всмотрелся вверх, но ничего не увидел. Виновник дождя из обломков уже скрылся из виду, но что он не упал вместе с лодкой, было понятно сразу. Убийца выставил вперед руку в белой перчатке и легко нащупал потоки чужой энергии. Они уже затухали, норовя полностью исчезнуть, но разобрать самое главное было можно.