Упал. Очнулся. Папа! (СИ)
— Даже.
— Это хорошо. Потому что у меня к тебе предложение.
— Какое?
Ну вот, снова улыбается, да так широко, что никакой ночи улыбку не скрыть.
— Я уже вижу, Дашка, о чем ты думаешь, — поцеловал в нос. — И не надейся! Предложение руки и сердца пусть другие делают, а ты свой выбор уже сделала. Сама так решила, теперь терпи. Свадьба будет, и кольца тоже, но спрашивать тебя, хочешь ли ты за меня замуж, я не намерен! Мне нравится моя семья, я без ума от своей жены, и я не собираюсь ее никому уступать. Так что я уверен, моя золотая, еще как уверен!
Он меня поймал, и я немного смутилась, на этот раз почувствовав, что и Андрей посерьезнел.
— Тогда о чем предложение?
— Выбирай, если хочешь работать, то только со мной. Либо вообще никак.
— Но ты ведь меня уволил! — изумилась, вспомнив уже вчерашний день и нашу ссору в родной приемной.
— Конечно, иначе бы дед тебя ни за что не отпустил. Такого секретаря еще попробуй найти. А я не собираюсь тебя оставлять в «Сезаме». Ты мне нужна самому.
— Но как же…
— У меня своя фирма в Германии, я занимаюсь продажей металла. И я намерен развивать этот бизнес здесь — давно были такие мысли. Так что ты скажешь? Будешь моим партнером?
Я несколько раз поморгала.
— Андрей, ты шутишь?
— Даже не думал. Я вообще на тему бизнеса шутить не умею. Ты прекрасно больше недели управляла «Сезамом» — не знаю, кто бы справился лучше. Ты умная, амбициозная, честная и целиком отдаешься делу. Уверен, у тебя отлично получится!
— Но я ведь ничего не понимаю в этой сфере.
— Ничего, у тебя будет время все изучить. Думаю, — он сделал вид, что задумался, — года четыре. Пока Соня не пойдет в школу, а сын в детский сад.
— К-какой еще сын?!
— Наш, конечно, — невозмутимо ответил Андрей. — Когда родится! Ты как хочешь, а я не намерен с этим тянуть. В семье должно быть равноправие!
Я еще поморгала, а когда поняла…
— Ах ты, поросенок! Свинтус ты, а не Воронов! Так вот почему ты меня уволил? А я-то думала…
Мы оба засмеялись и обнялись.
— Дашка, мне просто нужно остыть. Второго такого совещания «Сезам» не переживет. Не хочу, чтобы ты была близко от тех, кто может попытаться мне отомстить. Сейчас все только начинается, и деду еще придется закручивать гайки. Я ему помогу, но точно без тебя.
— Хорошо, но обещай мне всё-всё рассказывать.
— Обещаю.
Глава 57
* * *До утра еще оставалось время, сон уже затаскивал нас в свои объятия, но мы отчаянно ему сопротивлялись.
Я лежала на спине, Воронов, склонившись сверху, целовал мои ключицы, и сейчас казался таким спокойным и всецело моим, что я была просто не в силах его отпустить. Моим мужчиной, не знавшим не только страха, но и стыда.
Я погладила его шею и спустила руки на плечи. Провела ладонями вдоль спины до самых упругих ягодиц. Едва слышно простонала, потому что не могла терпеть, чувствуя, как его пальцы меня касаются, и все же вернула руки к плечам, чтобы оттолкнуть его от себя.
— Даша?
Сама склонилась сверху, рассыпав волосы по мужской груди, а потом и по сильным бедрам, продолжая целовать.
— Как ты меня назвал? — потребовала, проводя губами по смуглому животу. Дразня Андрея прикосновениями. — Скажи!
— Моя рыжая ведьма.
— Еще!
— Неженка. Обожаю это в тебе.
— Еще…
— Дашка, ты пользуешься моей слабостью и испытываешь терпение. Мучительница!
— А сейчас? — я опустилась ниже и поцеловала его. Задержала на коже губы, чувствуя, как рвано он выдыхает.
То, что мы делали, нравилось нам двоим. И касалось лишь нас двоих и никого больше.
— Любимая… но все равно ведьма!
* * *Утром будильник все дружно проспали, поэтому в садик решили идти прямо к утреннику.
Я возилась на кухне — нарезала сыр и ветчину, проводив Риточку в школу, дети уже сидели за столом, Андрей брился в ванной комнате, когда в дверь позвонили.
— Мам, я открою! Это Юрка мне стикеры новые принес! Мы договаривались! — вскочил Степка со стула, и не успела я оглянуться, как уже убежал в прихожую.
Тамаркин Юрка был в нашем доме частым гостем, поэтому я не всполошилась. Но через полминуты тишины обернулась. А когда из прихожей донеслось громогласное Степкино:
— Па-ап! — бросила все и кинулась к сыну…
И обомлела, увидев на пороге распахнутой в дверь квартиры улыбающегося Славку. В расстегнутой куртке, мохнатой шапке жителя севера и с елкой в руке.
— Привет, Дашуль! А вот и я! Насилу вас нашел.
Славка легко переступил порог, слово имел на это право.
— С наступающим! А Степка-то как вырос. Гляди ж ты, узнал меня…
Но он ошибся. Мой рыжий чертенок звал совсем не его.
— Па-ап!
Воронов брился, но на возглас Степки выскочил из ванной комнаты в чем был — босиком, в боксерах и с пеной на лице. В секунду разобравшись в чем дело, скомандовал:
— Даша, Степан, живо на кухню! Я сейчас вернусь!
Шагнув к озадаченному его появлением Петушку, сдвинул тому шапку на лицо и вытолкал на площадку. Шагнув за гостем следом, закрыл за собой дверь.
Я только и успела, что услышать рычащее:
— Снова ты?! Я ведь тебя предупреждал…
— А-андрей!
— Мама, ты куда? — остановил меня сын, поймав за руку — Нам же сказали, идти на кухню! Папа вернется, не переживай! Он тебя любит, он мне сам сказал!
— Когда?
— Вчера. А того толстого дядьку я не знаю! — насупился сын. — Пусть катится! И елка нам его не нужна! Пойдем, я есть хочу!
Воронов, и правда, не задержался. Войдя в квартиру, погладил Степку по затылку: «Молодец, Степан! Всегда меня зови!», закрыл дверь и спокойно пошел дальше бриться. Переодевшись в спальне в джинсы и джемпер, пришел на кухню, поцеловал меня в щеку и, как ни в чем не бывало, позавтракал.
— Ну что, одевайтесь, барышни! Нам скоро пора! — неожиданно радостно распорядился, красивый и голубоглазый в это зимнее утро. Взглянув на наручные часы, поднялся из-за стола и вновь меня поцеловал: — Я спущусь на улицу, прогрею машину и вернусь. А ты, лошадка, — подмигнул Сонечке, — когда приду, чтобы была готова, если не хочешь опоздать на встречу с Дедом Морозом! Договорились?
— Да!
Утренник прошел замечательно, хотя я почти ничего не запомнила. Только темноволосую девочку в блестящем костюме желтой пони, которая всем улыбалась и показывала своего папу, даже деду Морозу. И старалась танцевать лучше всех…
Забылся Славка и его визит, забылось вчерашнее совещание. День был солнечный, настроение праздничное, и мы решили забрать Риточку у школы, чтобы всем вместе поехать в большой «Макдональдс». А затем на городскую елку, которую уже успели поставить в центре города.
Я заметила племянницу в группе девочек в школьном дворе и окликнула. Она обрадовалась и побежала нам навстречу, а я, наблюдая за ее приближением, вдруг залюбовалась Олиной дочкой. Какая же хорошенькая она растет, вон уже и мальчишки в ее сторону косятся. Только стеснительная, зато глазки серые-зеленые по-кошачьи распахнуты и горят искренней радостью. Мой преданный маленький друг. Не знаю, как бы я жила без нее…
— Добрый день, дядя Андрей! — прошелестела Риточка, забираясь в машину. — Спасибо, что приехали.
Приехать-то приехали, а вот трогаться с места Андрей не спешил, хотя дети и торопили. Оглянулся к девочке.
— Значит, уже не папа?
Риточка снимала с плеч рюкзак и внезапно растерялась.
— Рита?
— Андрей, не надо, — попыталась я вмешаться, но Воронов меня мягко остановил:
— Даша, помолчи. Мы сами разберемся. Поверь, лучше это сразу решить, чтобы не жалеть потом, — спокойно добавил. — Так как, Рита?
— Я не могу, — прошептала девочка.
— Почему? Разве в моем к тебе отношении что-то изменилось? Я не знакомился с тобой, однажды ты просто появилась в моей жизни, и я поверил, что ты моя дочь. А сейчас я не могу думать о тебе иначе. И не хочу. Мое сердце не хочет.