Освобождение Омеги-4

высыпавшимся на красный ковер. Ну, конечно, немного для личного пользования. Забавно, как безобидно выглядит наркотик в аккуратном полиэтиленовом мешочке.
— Ну что же… — насмешливо произнес Дево, — кажется, тебе все-таки придется поговорить с комиссаром. Теперь, наверное, жалеешь, что не ответил на его первое приглашение, а?
Он перевел взгляд с лежащего на полу на женщину, которая под его взглядом стала медленно пятиться к двери.
— Это ваш лучший ход за эту ночь, леди. Вижу, вы поняли, что не входите в мои планы. Советую вам как можно быстрее оказаться подальше от этого места. Никто не любит свидетелей.
Женщина бросилась бежать. «Ну вот и доброе дело сделал», — подумал Дево. Впрочем, его вряд ли можно назвать удачным. Если учесть стоимость фейерверка (целый килограмм дорогой взрывчатки), он может вообще не получить с него никакой прибыли. Потом еще объясняться с комиссаром. Ясное дело, тот будет недоволен.
  
глава 5
 
Марк катапультировался — и холодный ветер ударил ему в лицо. Он кувыркался в темноте, и вместе с ним переворачивались созвездия городских огней, рассыпанные внизу. Распластавшись в воздухе, он как бы обнялся с холодным ночным небом, продолжая стремительно лететь к земле. Когда кружение прекратилось, он дернул за кольцо. Парашют раскрылся, и над ним взметнулся купол. Он стал спускаться, слегка покачиваясь на стропах.
Огни города тянулись перед ним до самого горизонта, напоминая скопление светящихся точек. В освещенном пространстве Марк начал различать вьющуюся ленту реки, огни фонарей на мосту. Управляя парашютом, он старался попасть поближе к парковой зоне на левом берегу. Входя в полосу движения воздушного транспорта, Марк едва не столкнулся с прогулочным автомобилем, напоминавшим жука. Южная часть города, расположенная на правом берегу реки, жила своей бурной ночной жизнью. Невысоко над землей мчались шикарные авто, унося своих не менее шикарных пассажиров в места развлечений. Вскоре ноги Марка коснулись земли, и он потянул на себя туже стропы, гася купол парашюта.
Шум города настиг его, как только он снял шлем. Расстегнув летный костюм, Марк оглянулся по сторонам: не заметил ли кто-нибудь его приземления. Рядом рос густой кустарник — прекрасное место, куда он спрятал парашют, комбинезон и шлем. Довольный тем, что его прибытие на Землю осталось незамеченным, Марк направился к условленному месту встречи. До явочной квартиры нужно было пройти примерно полтора километра.
Выйдя на людную улицу, Марк глазами поискал в толпе отца, который должен был идти в том же направлении, но не нашел. Космический корабль, сбросивший их над Атлантикой, давно ушел с орбиты Земли. Герметичные капсулы, в которых они, словно две забальзамированные мумии, летели к югу Англии в направлении Лондона, раскололись и рассеялись на мелкие частицы. В каком-то смысле хорошо, что после катапультирования они потеряли друг друга из виду. Это увеличивало их шансы незаметно пробраться в самое сердце Империи.
Вспомнив место своего приземления, Марк мысленно сопоставлял пройденный им путь с выученной картой местности и продолжал идти мимо великолепного купола Альбертхол-ла, мимо опустевших университетских корпусов с заброшенными библиотеками — прямо к бурлящему центру города.
Столица напоминала сверкающую витрину, где было выставлено все самое лучшее, что только можно найти в Империи. Беспощадная война, которая способствовала расцвету могущества Империи, удивительным образом пощадила город, и он стал символом нового века. Такие крупнейшие мегаполисы, как Нью-Йорк, Лос-Анджелес и Мехико, привлекли к себе слишком много внимания и стали центрами боевых действий, а Лондон каким-то образом уцелел.
Чем ближе Марк подходил к южной окраине города, тем больше видел вокруг себя красивых, богатых и преуспевающих горожан. Трудно было поверить, что столица построена на костях. Прежние жители Лондона погибли от нейтронной бомбы, и их заменили теми, кто находился под покровительством Империи, кто сдался на милость победителя.
 
К назначенному месту встречи Марк прибыл вовремя. К дому с верандой в стиле восемнадцатого века примыкал садовый участок, и росли радующие глаз молодой зеленью кусты. С трудом верилось, что все это существует здесь лишь несколько десятков лет. Все, что жило, двигалось и дышало на огромной территории мегаполиса, было завезено сюда из других областей Империи.
Марк нажал кнопку переговорного устройства и представился по внутреннему телефону. Тут же он услышал, как щелкнула задвижка дверей. Юноша вошел в вестибюль, застеленный коврами, поднялся по лестнице на второй этаж и, пройдя через небольшую прихожую, оказался в уютной комнате. Хозяев Марк не знал. Это была супружеская пара средних лет, которая тепло поприветствовала его. Не успели они познакомиться, как снова услышали сигнал по внутреннему телефону, и женщина, открывшая дверь Марку, обменялась несколькими словами с новым посетителем. Все трое молча ждали, пока очередной гость войдет в комнату.
— Молодец, Марк, — похвалил сына Пол, переступив порог уютной гостиной. — У тебя все в порядке?
— Да. А как ты?
— Прекрасно. Неплохое начало.
Пол посмотрел на свои часы и, повернувшись к хозяевам, спросил:
— От Тани ничего нового?
— Пока нет, но мы не ждем ее звонка. Думаем, она сама скоро придет.
Дверь, которая вела в соседнюю комнату, открылась, и вошло существо, шокировавшее гостей своим видом. Это была собака — большая, сильная. Неуклюжие движения и изуродованная правая часть морды придавали ей достаточно устрашающий вид. Собака села в дальнем углу комнаты и недоверчиво уставилась на незнакомцев.
— Не бойтесь, Феникс, хотя и выглядит грозным, не причинит вам зла. Это собака Саатчи, значит, она сейчас придет.
Марку было знакомо это имя: так должны были звать их проводника. Увиденное заинтриговало его. Ведь успех операции, а значит, и они сами, зависел от этой девушки. Марк все поглядывал на часы. Время его не интересовало, просто он нервничал. Отец разговаривал с хозяевами: они уже несколько месяцев участвовали в подготовке к операции и рассказывали ему последние новости.
Дверь в комнату снова открылась, и вошла Саатчи. Две вещи сразу поразили Марка: ее внешность и ее манера держаться. Ужасная война, бушевавшая несколько лет над миром, наложила свой отпечаток на лицо этой девушки, точнее, на ее глаза, которые поражали так же сильно, как изуродованная морда собаки. Марк и его отец, как ни старались, не смогли скрыть своего изумления.
Но сама Саатчи была невозмутимой. В ней чувствовалась сила, которая внушала доверие и убежденность в том, что эта девушка найдет выход из любого положения. Пока в ожидании Тани гости разговаривали с хозяевами, Саатчи говорила мало, зато очень внимательно слушала. Марк подумал, что, какое бы мнение он сейчас о ней ни составил, все равно ошибется. Она оказалась моложе, чем он предполагал. Точно определить ее возраст было трудно, наверное, ей около шестнадцати, а значит, они почти ровесники.
Следующие полчаса тянулись медленно. Пол, Марк и Саатчи чувствовали себя, как спринтеры перед стартом. Марк испытал большое облегчение, когда по внутреннему телефону услышал голос Тани.
Взволнованная, она поприветствовала их и обняла. Важность предстоящей операции лишь усиливала ее волнение. Марка в очередной раз потрясло ее сходство с женщиной из его снов. Более одиннадцати лет он не видел свою мать. Жестокая военная машина Империи обрекла их на расставание. Лишь в ночных кошмарах Марк видел какую-то женщину, поначалу даже не догадываясь о том, кто она такая. Ведь отец, опасаясь за жизнь сына, скрывал от него правду.
Два года назад, во время первой встречи с Таней, к Марку вернулись воспоминания о трагическом прошлом. Тогда он решил найти свою маму, сестру-близнеца Татьяны. Для этого они с отцом и вернулись на Землю.
На Тане вновь была черная форма сил службы безопасности. Это напомнило Марку их первую встречу, и он сравнил свое тогдашнее положение с нынешним. Теперь, находясь во вражеском логове, он стал для властей Империи одним из тех, от кого они мечтают получить ценные сведения об Экклесии и о руководителях Церкви на Земле.