Проклятие Эвлона (СИ)

Услышав крики и топот копыт, Сергей выглянул на улицу — из окон кузницы лился ослепительно-белый свет. Серая в яблоках довния вынесла из дверей дома обгоревшего жеребенка-подростка и обессилено упала на брусчатку. На теле молодой эквы не оставалось ни единого клочка шерсти, вся кожа представляла собой запекшуюся корку, а вонь горелых волос Сергей почувствовал даже с расстояния в несколько десятков метров. Довнии-соседки попытались потушить огонь, поливая кузницу из ведер, но их старания были пресечены подоспевшими следящими за порядком. «Это пламя тарбиса!» — объявила командирша стражниц, и эквы испуганно попятились. Слово «тарбис» переводилось, как «металл демонов». Заинтригованный Сергей спустился на улицу и отыскал в толпе Канею.
— Что это за тарбис, и почему его нельзя тушить? — спросил он у торговки.
— Когда из Врат появляется демон, после его изгнания часто остаются обломки тарбиса, — пояснила она. — Его собирают и выбрасывают во Врата, но есть контрабандисты, которые его воруют. Если горящий тарбис полить водой, он только еще сильнее разгорается.
— А зачем его тогда воруют? Для чего?
— Тарбис очень похож на кайлубис. Из него чеканят фальшивые монеты. Но если кто-то захочет эти монеты переплавить, они загораются ярким огнем, который невозможно потушить.
Подъехала карета скорой помощи, и все поспешно расступились. Погрузив жеребенка, медсестры впряглись в повозку и заторопились куда-то вниз по улице. Довния-кузнец побежала было следом, но была остановлена стражницей.
— Мастер Фалькара, ты ничем не сможешь помочь, а у нас есть ряд вопросов, — веско произнесла командирша.
— Лумина, я не знала, что это тарбис! — запричитала серая довния. — Да разве я поручила бы своей первой крови его плавить, знай я об этом?
— Я верю тебе, — успокаивающе ответила следящая за порядком, — важно выяснить, откуда взялся этот металл, у кого ты его взяла.
— Ко мне вчера заходила довния с элокой, которая назвалась Абсоной. Она предложила купить самородок кайлубиса, — стала торопливо рассказывать владелица кузни. — Цена показалась мне соблазнительной, а самородок выглядел, как настоящий! Мне как раз поступил заказ от луни Венты на значки для ее телохранительниц, вот я и купила.
— Как выглядела эта довния?
— Рыжая с белыми метинами на морде и на спине и с черной гривой. Незаплетенная, но сбруя у нее была богатая, почти вся украшена кайлубисом и перламутром.
— Что насчет хорнии?
— Ну… обычная хорния, — задумалась пострадавшая — даже местным тяжеловато было назвать особые приметы у этих белых экв. — Тоже в богатой сбруе, грива ухоженная. Вот еще, у них говор был утренний, и манеры как у приезжих.
Под «утренним» в данном случае подразумевалось восточное направление, то есть, злоумышленницы приехали откуда-то со стороны восхода. Зловещее пламя угасло, и эквы, убедившись, что соседним домам огонь больше не угрожает, стали расходиться. Двери кузницы все еще дышали жаром, но здание, сложенное из больших белых кирпичей, пострадало не слишком сильно. Канея вернулась в магазин, а Серый занял наблюдательный пост у окна на втором этаже, хотя смотреть особо было не на что. Довния-кузнец и стражницы стояли у входа, дожидаясь, пока внутри все остынет. Место происшествия посетила какая-то шишка, прибывшая на коляске. Впрочем, надолго она не задержалась и, переговорив с командиром стражи, начальствующая эква поехала дальше. Уже наступили сумерки, когда стражницы рискнули войти внутрь чтобы все осмотреть. Сергею надоело следить за мельканием фонариков в окнах кузницы, по которому все равно нельзя было понять что происходит, и он отправился спать.
***
Серый проспал почти до красной вспышки на замковом шпиле. Конечно, с утра его разбудила Канея, чтобы заплестись, но он уже делал всю работу почти на автомате и быстро залез в кровать досыпать. Спустившись в лавочку за едой, он застал там довнию-кузнеца, беседующую с хозяйкой. «…спасибо большое, мастер Канея, я верну как только выполню заказ», — расслышал Сергей обрывок фразы, после чего довния пошла к выходу.
 
— Какие новости? — поинтересовался он у Канеи.
— Бедняжка Фалькара, — ответила торговка, — она потратила почти все сбережения на мази для своей первокровинки. Просила прайд монет в долг, но я смогла дать только две.
— Наверное, у нее там всю мастерскую заново делать придется? — предположил Серый.
— Это да, но гораздо хуже то, что у нее теперь нет подмастерья, а в одиночку работать очень тяжело. Вряд ли она сможет быстро нанять себе кого-то.
— Хмм… а может я смогу помочь? — поинтересовался Сергей.
— Ты? — удивилась довния. — Ты знаешь и кузнечное дело?!
— Эмм… нет. Но я быстро учусь, и у меня ловкие лапы, мне кажется это в кузнечном деле главное.
— Опасаюсь я что-то, — задумалась Канея.
— Да ничего страшного, я же буду тут напротив, — стал убеждать ее Серый. — Будешь заходить проверять, если что.
— Почему ты так рвешься трудиться?
— Скучно дома, да и бочонков охота заработать, — пояснил он. — Раз у Фалькары такая тяжелая ситуация, вряд ли она будет привередничать, выбирая помощника.
— Хорошо, только сам договаривайся с ней, — кивнула хозяйка.
Сергей быстро позавтракал и направился в кузницу. Не смотря на пожар, внутри особых разрушений не наблюдалось. Пол и стены комнаты представляли собой ни чем не отделанный кирпич, а на металлическом каркасе крыши лежали железные листы. По периметру шли каменные верстаки с инструментами, у дальней стены высилась большая печь, и еще одна маленькая печка стояла посреди помещения. Как раз эта печь больше всего и пострадала: по бокам чернели потеки расплавившегося тигля, да и сами кирпичи выглядели оплывшими. Лист железа, покрывавший крышу над печью, сильно прогнулся вниз, а сквозь дыру от трубы виднелось небо. Хозяйка кузницы, вдев переднюю ногу в трапециевидную болванку с отверстием посередине, сосредоточенно долбила поврежденную печь, постепенно откалывая от нее кирпичи.
— Эквитаки, мастер Фалькара! — громко сказал Сергей. — Я слышал, Вам нужен подмастерье?
— Да, определенно, нужен, — отозвалась довния, отложила свой молот и, повернувшись, удивленно замерла. — Кари?!
— Да, я — кари, — подтвердил он, — да, я — говорящий.
— Ты — новый кари мастера Канеи? — продолжала она удивляться. — Соседки болтали, что ты говорящий, да я не верила. Надо же! Канея прислала тебя на помощь?
— Не совсем так, — разъяснил Сергей. — Она разрешила мне поработать, но я рассчитываю на положенную оплату, которую буду получать я, а не Канея.
— Взять в помощники кари — это как-то странно слишком, — засомневалась Фалькара.
— Ну, Вы можете выбрать и другого среди толпящихся у дверей претендентов.
— Так ты еще и юморист, — фыркнула она. — Ты знаком с кузнечным делом?
— Нет, но я быстро учусь, а еще у меня ловкие лапы, — заявил он.
— Хорошо, как тебя звать?
— Сегри.
— Вот что, Сегри, новичкам-подмастерьям платят бочонок в день плюс еда и подстилка, но сперва мне надо убедиться, что из тебя выйдет толк, а заплатить смогу только через прайд дней, когда выполню заказ.
— Есть и спать я буду у хозяйки, прайд дней подожду, — ответил он. — Могу приступать.
— Ну, давай, вот бери молот, надо сломать эту печь, — дала первое задание довния-кузнец.
Приподняв увесистый слиток, Сергей для пробы долбанул им по кирпичам и, поморщившись, решил, что нужен более подходящий инструмент.
— Есть такой же, но со сквозной дыркой? — поинтересовался он.
— Да, вон на том верстаке посмотри, — Фалькара махнула копытом в угол комнаты.
 
Осмотрев предложенную железку, Серый сходил во двор и нашел подходящего под отверстие размера палку. Слегка обтесав ножом, он вбил ее внутрь и зафиксировал с другой стороны клином — получилась довольно удобная кувалда. Довния с интересом следила за подготовкой. Скептически сморщив нос, она глянула на доработанный инструмент, но когда Сергей с первого раза отколол солидный кусок кирпича, удовлетворенно кивнула. Хотя кари был намного слабее, чем эква, благодаря широким замахам его удары получались такими же мощными, как у Фалькары. «Когда доломаешь, вынеси все обломки во двор и прибери тут, — поручила хозяйка кузницы, собираясь выходить. — Я схожу за новыми кирпичами для печи».