Дракон. Северные нагорья (СИ)
Заинтригованный неожиданным советом, Алияс буквально выпрыгнул из кресла и подскочил к полке. Но больше ничего не происходило и, помедлив минуту, он осторожно прикоснулся к книге.
Обложка давно истерлась и не могла поделиться с Алиясом предметом своего содержания. Впрочем, это он узнал уже в следующий миг, раскрыв титульную страницу.
«Племена и обычаи Драконов Северного Нагорья. Том первый.»
Он без труда прочел замысловатую вязь острых росчерков и углов. Словно писавший книгу гневался и потому позволял письменам расползаться широкой лентой, а их окончания, будто стрелы, разили чистую бумагу во всех направлениях.
Однако это нисколько не смущало Алияса, позволившего своей улыбке растянуться не менее широко. Во-первых, он абсолютно точно мог читать на драконьем, а во-вторых, он наконец сможет постичь сокрытое прежде знание и, возможно, перестанет чувствовать собственную неуместность.
Скользнув взглядом ниже, он прочитал имя автора: Эдорус Уиндрох Дош. Сердце волнительно затрепетало — кто же этот пока неизвестный дракон, коему выпала честь повести Алияса дорогой знаний среди величественных существ и острых, упирающихся в небо пиков?
Стоило Алиясу вернуться в кресло и положить раскрытую книгу на стол, как по углам возникла пара магических светильников — небольшие, с кулак, солнца, парящие над вогнутой перламутровой раковиной на золоченом подсвечнике в виде раскрытой звериной лапы.
– Вперед, — воодушевленно произнес светлый эльф, словно исследователь, готовый ступить на неизведанную землю и узнать все ее тайны…
========== Глава 17 Вызов ==========
Следующее, что ощутил Алияс, это прикосновения к своим рукам, сжимающим второй том.
— Я уже был готов спустить с домашних шкуру, — произнес Шайс, осторожно вынимая из непослушных рук супруга книгу и откладывая ее в сторону. — Все тебя обыскались. Как давно ты здесь прячешься?
— Я не прячусь, — ответил Алияс и почувствовал, как неожиданно накатила усталость.
Он откинулся на спинку кресла, позволяя себе забыть об осанке и приятно сползая ниже. Подлокотники тоже оказались как нельзя кстати, приняв вес одеревеневших от однообразного положения рук. Мышцы ломило, глаза кольнуло резью и Алияс часто заморгал, пытаясь лучше разглядеть суровое лицо мужа.
— Я просто читал, — зевок вырвался сам собой.
— Уже давно за полночь. Представь, как я удивился, вернувшись домой и не обнаружив любимого супруга на мягких шкурах. Ты хотя бы ел? — выдохнув, спросил дракон и наклонился ближе.
— Завтракал, — отозвался Алияс, ощущая недовольство пустого желудка.
Шайс, приподняв его в кресле, скользнул на сидение, усаживая пару к себе на колени.
— Как ты вообще так долго высидел… Я имею в виду, у тебя ничего не болит?
«У-у», — только и смог промычать Алияс, чувствуя, как закрываются тяжелые веки, и забывая поделиться удивительным открытием: оказывается, после близости в полуформе он чувствовал себя замечательно. Впрочем, радость от события легко затмила библиотека, выжавшая из эльфа все соки.
Он уже спал, когда муж нес его в спальню, и совсем не почувствовал, как осторожно его избавили от теплых одежд и завернули в кокон бархатных мехов, прижимая крепче к груди и оставляя легкий поцелуй на макушке.
***
Углубившись в изучение общей истории Нагорий, Алияс не заметил, как пролетели следующие два дня. Несмотря на то, что муж привычно отсутствовал по делам несомненно важным, он все же позаботился о том, чтобы супруг не вздумал игнорировать естественные потребности. И потому дважды в день к нему несмело приходил подосланный Майли, чтобы сообщить о накрытом столе в главном зале, который вот уже какое-то время ожидает Алияса.
Сначала эльф не отнесся к сообщению серьезно, рассеяно кивнув и сказав, что будет. Но когда драко принес поднос в библиотеку и сообщил, что остальные члены семьи уже пообедали, Алияс опомнился и поспешил отправить его обратно — пищу интеллектуальную не следовало смешивать с тушеными овощами и рыбой.
Несмотря на то, что обратно тянуло с непреодолимой силой, Алияс ел не спеша.
Пережевывая листья салата, он раздумывал над тем, что уже успел прочесть, а именно — шесть томов труда по общей истории Нагорья уважаемого Уиндроха Доша. Бесспорно, история сама по себе волновала воображение Алияса, а перспектива приподнять вуаль загадочности с могущественных ящеров представлялась и того заманчивей. Вот только… только что-то не переставало терзать сознание Алияса, словно имея большую часть головоломки ему никак не удавалось увидеть основной рисунок врученной ему картины.
Отложив в сторону вилку и нож, он скрестил на груди руки и нахмурился, пытаясь разложить все по полочкам и пройти все основные вехи в истории становления Нагорий.
Первый том повествовал о временах глубокой древности, когда Драконы звались Смертоносными ящерами, никто не делил эльфов на темных и светлых, а другие расы и вовсе представлялись мелкими полудикими порождениями природы, едва ли заслуживающими собственных имён. Книга содержала множество мифов и легенд, ни капли не напоминающих правду, хотя бы отдаленно претендовавшую на возможность существования в известном ему мире.
Впрочем, как раз это не вызывало вопросов — точно такие же сказки можно было отыскать у любой древней расы.
Опустив всех сияющих драконов, управлявших дневным и ночным светилом, а вместе с ними сотни историй о выдающихся представителях драконьего племени, будь то Каменный дракон, свернувшийся кольцом у самого Северного пика и извергающий пламя из собственного нутра огненным фонтаном, или Великий Наана, способный создавать новую жизнь буквально из воздуха, Алияс смог собрать общие черты происхождения ящеров в следующие нехитрые сказки.
Драконы были порождениями стихий, сговорившихся однажды, что неплохо бы создать идеальное существо, содержащее абсолютно равные доли земли, огня, воздуха и воды.
На земле уже жили порождения отдельных элементов. В стороне не остались Природа и Ночь, но высшие силы ни разу еще не пытались создать жизнь, объединив усилия.
И вот решение было принято и каждая стихия внесла свою лепту: земля создала совершенное тело, облачив творение прочным доспехом; воздух вдохнул вечность, наделив дыханием без меры; вода позволила меняться, надевая разные лица, а огонь разжег жар внутри. Но созданное существо так приглянулось Пламени, что, нарушив договор, оно добавило большую меру, желая сделать дракона похожим на себя. Так драконы получили воинственный характер, алчность и непомерную любовь к огненному металлу.
Если верить же второму тому, любимые дети элементалей процветали, наслаждаясь всеми дарами мира, пока однажды в племени не возник раскол. Часть драконов осталась на Юге, основав Южные королевства, а другая улетела далеко на Север и обосновалась среди высоких и холодных скал Нагорий.
Пути драконов разошлись навсегда и дальше повествование велось исключительно о родичах Шайса, словно вычеркивая южан из списков живых… Возможно, виной тому послужил раскол, наверняка пустивший глубокие корни в самосознании гордых существ, о причине которого еще предстояло выяснить подробней. Уважаемый историк обошел эту скромную, недостойную внимания тему стороной, чем вызвал немало возмущения в душе Алияса.
Следующие тома рассказывали о том как драконы осваивали Нагорья, развивали и делили между собой ресурсы и отрасли, строили Нижний город для драко и занимались другими, не менее важными делами.