Лапшевня бабули Хо – II: Лестница из черепов (СИ)

— Давай хоть донести помогу, — сказала Сян.
Я чувствовал себя сапёром, но отказывать было бы ещё более палевно.
— Ну… давай.
Значит, пошли наверх, и она придерживала за ноги, а я тащил, двери открывал. Когда зашли и положил на грязный матрас, комнатушка была тесная-тесная, а Сян уже что-то начала подозревать и прикинула.
— Слушай, тут какая-то штука нездоровая. Такое чувство, что тёмный ритуал с ней был, или пилюлей обожралась вроде твоих, или типа того. Ну и плохо будет, если она проснётся, когда её мужик раздевает, мало ли, вдруг пожалуется за харрасмент, или как там это называется. Давай лучше я?
— Эм… э… Ты же на работу спешила? Давай лучше Дзянь позовём, а?
Наверняка в этот момент предательская капля пота прокатилась у меня по лбу и щеке.
— Ха! Я нашей подруге такое дело не доверю. Давай-ка лучше я — меня с трупами в медколледже учили обращаться, а тут почти труп, судя по меридианам. К тому же, тут троим не развернуться.
И Сян решительным жестом отправила меня за дверь комнатушки.
Я стоял некоторое время с видом ожидающего казнь у плахи, а затем изнутри послышались женские крики на два голоса и возня.
  
Глава 48
 
Вкус сладкий сливочный
 
— Сян! Сян, открой! — заорал я и тут же дёрнул дверь, но она оказалась заперта.
Кто запер? Сян? Или… Блин, если выбирать между Сян и этой дикой, хоть и симпатичной тварью — то я бы даже не стал раздумывать. Впрягся бы за Сян.
Я же, типа, Сян, ну, это… чувства испытываю?
Перепалка внутри не стихала. Пробежался по коридору, поискал, чем бы поблизости взломать дверь — нашел огнетушитель и вернулся. Приподнял, занёс поудобнее над дверной ручкой и проорал:
— Ся-ан! Отойди! Я щщас дверь взломаю!
— Тише! Да иди отсюда! Всё нормально! — послышался голос Сян.
И вправду — внутри вдруг всё стало тихо и мирно. Поэтому я подождал ещё пару минут, а затем пошёл обратно в зал. Дзянь выскочила из-за угла с довольной физиономией.
— Ну что, как ты Сян всё объяснил? Думаю, она была очень рада узнать, кто у тебя невеста!
— Хватит сарказмировать! — огрызнулся я. — Она ещё… ничего не знает.
— Да⁈ Я не сарказмирую! Уверен, что она будет очень рада, когда поймёт, кого ты себе нашёл! Да, конечно, принцесса оказалась слабачка. Мы с Сян абсолютно не чета такой особе, нет-нет, теперь все планы пересмотрены, договорённости надо забыть, это всё детский лепет, пусть Серебристая Поросль теперь с тобой ложе делит…
Я с некоторым холодком по спине понял, что она абсолютно точно не сарказмирует. И, похоже, даже совсем не ревнует. Неужели она настолько боится яогаев?
— Ох, малышка Дзянь, я совершенно не хотел бы жениться на этой… барышне. Меня выбрали, а потом Янсен заставил. Дипломатия. Скажи-ка лучше — а реально, откуда ты знаешь её титулы, как точно племя называется, и всё такое?
— Ясно… это он молодец… — сказала Дзянь, проигнорировав мои вопросы. — Кстати, а почему ты не раздеваешь княжну? Она что, с Сян? Надо помочь!
Тут же скинула фартук и направилась наверх.
И, кажется, мне стал понятен её коварный план — слить Сян всю информацию о нашей, скажем так, помолвке. Да ещё и в таком свете, в которой ей будет выгодно.
Вот же чертовка.
— Стой! — я на первой ступеньке поймал её за руку. — Не ходи. Они там чуть не подрались — я думал, что помощь нужна, но Сян сказала, чтобы шёл.
— То есть — всë в порядке?
— Ага. И не говори пока Сян ничего, ладно?
— Почему? — с искренним недоумением спросила Дзянь.
— Я сам скажу. Это я должен сказать. Я всё понимаю, что ты хочешь сделать, но позволь мне с этим всем разобраться.
Я ожидал долгой перепалки, интриг, какого-нибудь торга — но ничего этого не последовало.
— Хорошо… Наверное, это будет правильно, — неожиданно легко согласилась Дзянь. — Да и, скорее всего, она сама о себе всё Сян расскажет.
Этого я боялся больше всего. Последующие пятнадцать минут я сидел за столом, протирая салфеткой столовые приборы, и отчаянно думал о том, что и как скажу Сян. Чувствовал себя с кусачками, зависшим над самодельным взрывным устройством.
 
И вот, наконец, Сян спустилась со второго этажа. Выражение лица у неё было стремное. Очень стремное.
Я решил сработать на упреждение, поднялся, первый спросил:
— Ну и как? Вы там чего, подрались?
— Ага. Больная какая-то, — покачала головой Сян и показала руку с характерным отпечатком зубов. — Я только начала когда еë раздевать — она проснулась и на меня напала! Укусила, прикинь! И зашипела ещë. Я заметила, что все меридианы перекорëжены, какие-то прям отсутствуют, явно чëрный ритуал. Ещë и пурпурный шаодань, бормотала что-то про новые сапоги и про второго мужа. Особенно когда твой голос услышала из-за двери.
Показала — я не преминул воспользоваться и провести по руке, а потом белым огоньком мелькнула — и следы зубов принцессы испарились.
— А-а… и что она сейчас?
— Ну я сказала что-то вроде, что «потом за тобой твой второй муж придет», и что пачку постирать надо — успокоилась и тут же уснула. Пришлось и дальше самой раздевать.
— И как?
— Нормально. Пачку в стиралку закинула, всё окей. Да, у неё в лифчике ещё кошелёк торчал — странный такой, я под стол положила — будет спрашивать — подскажешь.
Фу-х. Я выдохнул. Хотя, конечно, вся вот эта вот тяжесть на душе, когда обманываешь близкого человека — осталась. Сказать сейчас, что ли?
— Эх, Сян…
— Ты чего такой грустный? Опять что-то натворил?
— Ага.
— Вот же зараза! Это Дзянь опять что-то учудила? Жирное не ешь, — сказала она и убежала.
Тут, конечно, сразу Дзянь высунулась из кухни и настороженно спросила:
— Ты же сказал, что сам расскажешь?
— Ага. Расскажу. Но… не сейчас.
— Почему? Ты же понимаешь, что всё тайное становится явным.
— Ага. Шила в мешке не утаишь, — кивнул я.
— Никогда такой поговорки не слышала… В смысле, «девушку за замком не упрячешь?»
Я кивнул.
— Странный ты какой-то, — она наклонила голову, а затем попыталась меня пощекотать — я успешно увернулся.
— Ты тоже, Дзянь.
— Ладно, шутки в сторону, сейчас в здании всё равно существо куда страннее нас обоих… будь осторожен, Чан…
Мы толком не договорили — завалилась толпа мужиков с рынка, и мы забегали с подносами.
Я так забегался, что не сразу заметил щуплого худого юношу в белоснежной рубашке, который сначала зачем-то бегал по залу, а затем докапывался до окружающих, тыча в нос какой-то бумажкой.
— А, вот вы-то мне и нужны, — сказал он, увидев меня.
— Чего надо? — спросил я и добавил, чтобы казаться чуть более учтивым, — товарищ.
— Я ищу свою невесту, её зовут Дандан Ван. Она пропала около двух недель назад. К вам не заходила?
И сунул в нос мне уже изрядно потёртую фотографию, где он стоял в обнимку с девушкой.
Физиономия парня была счастливая. И слегка высокомерная, как и сейчас, живьём. А вот лицо девушки я узнал не сразу. Хмурая, испуганная какая-то.
И совсем, блин, не похожа на Серебристую Поросль, белую фурия Жёлтых Каменных Пустошей, великую дочь вана племени яогаев в изгнании и так далее…
Ван, значит, по фамилии — забавное совпадение. Вот же блин. И что мне сказать?
— Девушка выглядит несчастной, — сказал я первое, что пришло в голову.
— К чёрту. Вы видели её?
— Такое… лицо мне незнакомо, — обтекаемо ответил я. — Спросите у морских цыган в старом порту.
— Почему в старом порту? — нахмурился он.
— Оттуда все прибегают в город и… убегают из него, когда им что-то не нравится.
Не в моей традиции пользоваться стратагемой «запутывание противника», но сейчас я был банально занят — был час пик, и нужно было разнести пару подносов работягам с рынка. А работяги с рынка меня уважали, кланялись, «спасибо, Чан», говорили — куда важнее какого-то белорубашечника.
Уловка удалась — собеседник фыркнул, не посчитав даже нужным спорить со мной, обошёл ещё пару столов и свалил.