"Фантастика 2024-45". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
Знать бы заранее, чем все кончится, посоветовала бы Луанонгу, тогда – просто вождю племени, гнать этих «безобидных» в три шеи. Или, еще надежнее, скормить крокодилам! Чтобы не вернулись в свою Португалию, не показали там золото и слоновую кость, чтобы не приплыли вновь – заложить на берегу крепость. Агата слишком поздно поняла, что рыболицые купцы как термиты: стоит им появиться в доме, и от них уже не избавишься.
Началось все с более-менее честной торговли. Агата только приветствовала возможность обменивать местные товары на заморские. Оживленная торговля шла на пользу племени. Но постепенно вместо полезных товаров Луанонгу стал закупать все больше и больше спиртных напитков, первенство среди которых всегда оставалось за первой любовью – багасерой. Поначалу это было даже выгодно. Спиртное охотно раскупали и внутри племени, и торговцы из соседних племен. Но постепенно король сам же стал основным потребителем этого товара. А также все приближенные, бравшие пример с его величества. В конце концов Луанонгу и вовсе перестал отдавать себе отчет в том, что делает. То ни с того ни с сего выгонит советника, а на его место возьмет другого, да такого болвана, что не знаешь, смеяться или плакать. То со скандалом прогонит делегацию от соседнего племени, союза с которым добивались несколько лет, опять же без всяких причин. Главное же, это Агата узнала буквально на днях, стал продавать португальцам людей. Не только рабов, но и соплеменников.
– Луанонгу! – рявкнула Агата, убедившись, что король смотрит примерно в ее сторону. – Бочка ты бездонная! Последний ум пропил?!
– Разве так следует обращаться к своему королю? – Его величество попытался погрозить пальцем, но едва не вывалился из кресла и благоразумно отказался от этой идеи. – Что за непочтительность!
– Еще и почитать тебя! – возмутилась Агата. – За что? За то, что людей в чужие края продаешь? Ты что творишь-то?! А если нападут соседи? Кто сражаться будет? Ты, что ли?
– Не беспокойся, – хмыкнул Луанонгу. – Если кто нападет, мне и не понадобится много воинов. Смотри, что у меня есть.
Агата только сейчас заметила, что у стены расстелен один из лучших ковров. На ковре в ряд лежали аркебузы. Целых десять! Португальцы всегда появлялись в сопровождении отряда воинов, вооруженных этим удивительным оружием. И с гордостью демонстрировали его силу. Аркебузы издавали жуткий грохот, выбрасывали из ствола огонь и дым. Даже самые бесстрашные из воинов бросали копья и приседали, закрыв уши руками, – купцы приручили демонов грозы! Агату оружие не очень-то впечатлило. Конечно, она была нгомбо и за прошедшие четыре сотни лет научилась колдовству, перед которым аркебузы казались детскими игрушками. Но даже обычный воин с обычным вооружением превосходил охрану португальских купцов. Из лука можно было выстрелить дальше, чем из аркебузы. А пока странное оружие заряжалось, так и вообще утыкать ее владельца стрелами, как дикобраза. Или подбежать и проткнуть мечом. Но приходилось признать, что, если против напавших соседей выйдет хотя бы десять человек с «ручными молниями», все войско противника обратится в бегство после первого же залпа. Не зря рыболицые так дорожили своим оружием… Агата нахмурилась:
– Но это же, должно быть, очень дорого! Что ты им отдал взамен?
– А… какую-то безделицу, – равнодушно отмахнулся Луанонгу. – Этот… в мешковине… как его…
– Теодор? – Агата вспомнила жреца, которого привезли с собой португальцы. Длинный и тощий как жердь, жрец даже в самую жару кутался в коричневый балахон из грубой ткани, поблескивая из глубины капюшона холодными умными глазами. Он единственный из всех пришельцев владел колдовством – Агата чувствовала в нем силу, пожалуй, не меньшую, чем в ней самой, – но ни разу не использовал ее прилюдно. Более того, в своих речах Теодор яростно выступал против колдовства и проповедовал поклонение какому-то богу, такому же странному, как и сами португальцы. Мол, нельзя колдовать, чтобы получить что-то, надо смиренно просить бога, и он даст все, что нужно. Агате такое смирение казалось нелепым, но спорить со жрецом она не стала – прожитые годы научили никогда не спорить о чужой вере.
Луанонгу окончательно развезло, и Агате осталось лишь удалиться, толку от пьяного величества все равно невозможно было добиться.
Она вышла на веранду и направилась к комнате, которую занимала во дворце. За племенем, и особенно за королем, требовался постоянный пригляд, и Агата давно перебралась жить во дворец. Правда, в последнее время бесконечные пьянки и шатающиеся по дворцу собутыльники его величества, среди которых стало много людей незнакомых и явно вороватых, начали раздражать нгомбо. Она даже потребовала поставить у своих дверей стражу.
Стражи были на месте и вполне трезвые, но Агата сразу почувствовала исходящую от них неуверенность. Воины мялись и прятали глаза, словно нашкодившие дети.
– Что случилось? Отвечайте! – потребовала Агата.
– Так ведь это… – промямлил один из стражей. – Приказ!
– Да! – поддержал его второй страж. – Его величество приказал…
Агата рыкнула и пронеслась мимо окончательно перетрусивших охранников.
Безделушка?! Какая безделушка?! Что понадобилось жрецу?
Нгомбо изготавливала много амулетов, на них всегда был спрос. И для себя кое-что мастерила, конечно. Были среди этих амулетов и весьма сильные, но… не ценой же в десять аркебуз! Только одна вещь могла быть оценена столь высоко. И только колдуном!
Агата замерла посреди комнаты. Не нужно было даже проверять – присутствие голодной силы, которую она ощущала рядом с кинжалом повелителей, исчезло. Хитрый жрец дождался, когда ее не будет в городе, заморочил голову пьянице-королю и забрал кинжал… а не все ли равно?
Агата устало потерла переносицу. Пользоваться силой кинжала она больше не собиралась, слишком уж гадкие ощущения испытала в тот момент, когда убила Эстрахари. Не для людей такое колдовство. По уму, так следовало бы уничтожить жутковатый артефакт, но… рука не поднялась. Так и хранила все эти столетия непонятно зачем. Вот пусть теперь этот жрец мучается. Раз отдал за кинжал десять аркебуз, значит, зачем-то он ему сильно нужен. И наверняка ведь увезет с собой, в далекую Португалию. Все складывается самым лучшим образом! Пусть он хоть совсем там пропадет, вместе со всей Португалией, рыболицыми купцами и багасерой!
Агата прислушалась к себе и вздохнула. Спокойствие не приходило. Нельзя отдавать кинжал. Опыт нгомбо подсказывал, что артефакт может натворить много бед в подлых руках. И беды эти рано или поздно доберутся и до этих берегов.
Что ж, значит, настало время отправиться в дальний путь.
Глава пятая
Если обычно тебе жить скучно, попробуй жить необычно. Веселья не обещаю, но скучать будет некогда.
Авантюры, в которые я регулярно ввязываюсь в силу своей нынешней профессии, делятся на три категории – неприятные, очень неприятные и «на-кой-черт-я-вообще-в-это-ввязался». Моя идея договориться с вампирами о помощи относилась как раз к последней категории. Нет, в принципе сама мысль была не такой уж и глупой. Кого же брать в союзники против оборотней, как не их заклятых врагов? Я считал это вполне логичным.
«Логику в этом способен узреть только ты сам!»
Как я и предвидел, Хайше моя затея совсем не нравилась.
«Это не аргумент! Вполне логично попытаться завербовать упырей. Враг моего врага – мой друг, не зря ведь сказано!»
«Как и любой афоризм, это всего лишь красивые слова, имеющие мало общего с реальностью. Не забывай, что для оборотней ты не враг. Ты для них – еда. И для вампиров тоже, кстати».
«Э-э-э… грубовато, но я готов согласиться с такой формулировкой. И что?»
«А то, что с едой не ведут переговоры! Твое предложение будет выглядеть просто смешно. Вот представь – к тебе подходит бутерброд и предлагает заключить союз против Алекса. Какова твоя реакция? И что важнее, каковы шансы бутерброда не быть съеденным?»