Не месяц Май (СИ)

– Ева, заставь меня кончать.
Сознание утонуло в яркой вспышке бесконечного приторного блаженства. Эйфория разлилась по венам, унося прочь от сказочной реальности в нирвану.
– Ева, – пробормотал Май и потерся носом о мой висок. – Ева…
Тело пронзали острые угасающие искры, и их источником был он, его руки.
– Я встретил Еву, – в его голосе послышалось лукавство.
– Ты как-то превратно толкуешь Библию, – промямлила я и обессилено уронила голову на его плечо.
– Накажи меня.
Я засмеялась, а потом подумала, что в целом это неплохая идея. Даже отличная.
– Обязательно, но позже.
Май сказал «х», снова развернул меня, теперь уже другим боком, поднял на руки и понес в спальню.
  
Глава четырнадцатая, финальная и немного криповая
 
And I’ll be the only one to blame…
Утром следующего дня я сидела на его кровати, обхватив руками чашку с ароматным черным кофе, наблюдала, как он укладывает вещи в чемодан, и почти не паниковала. Ну, как, почти… Пока почти. С каждым новым поворотом его широких плеч в пространстве и внимательным взглядом, скользящим по комнате в поисках «нужного», градус страха возрастал. Между каштановых бровей пролегла суровая морщинка, нижнюю губу он от усиленной умственной деятельности время от времени закусывал. При этом, в целом, я не очень поняла, в какой момент мы прям четко обсудили и договорились, что съезжаемся. То есть у меня были полное неги пробуждение, потрясающий поздний завтрак в постель, чашка кофе, а потом вдруг брови домиком, сияющая нежностью бирюза и:
«До среды у меня ничего нет, поэтому мы живем у тебя, а потом мне надо быть в городе, поэтому – у меня. Ты же сейчас в отпуске?»
«Д-да», – заикнулась я.
«Вот», – кивнул восхитительный ангел, вскочил и уложил рядом со мной свой Gibson в чехле. Пустой чемодан бухнул на край матраса.
Теперь он, чемодан, был наполовину полный.
– У тебя опять приступ паники, да? – не глядя на меня, уточнил Май. Это было еще более внезапно, чем предыдущее заявление, так что я вернулась в реальность мгновенно.
– Немного.
Он упал на колени и зачем-то полез под кровать.
– Мне просто нравится просыпаться рядом с тобой. Куда я дел? – голос его звучал приглушенно и слегка рассеянно. – И обнимать тебя ночью. А ты больно далеко живешь. О, нашел!
С победным восклицанием Май вылез обратно, держа в руке небольшую черную коробку без опознавательных наклеек. Она отправилась в чемодан вслед за остальными вещами.
– Что это?
– Средства по уходу, – невнятно пробормотал ангел. Теперь его голова скрывалась в шкафу.
По уходу? По уходу за чем? И почему под кроватью?
– За гитарой, – добавил Май, словно мысли мои прочитав. – Ты не пугайся. Если что, скажешь мне, я уеду…
– Я такого не скажу! – почему-то возмущение получилось само собой.
Он выглянул из-за дверцы.
– Почему? Я ж не насовсем уеду.
Я растерянно уставилась на него, стараясь вникнуть в происходящее. Что происходит? Этот диалог вообще не был похож на все предыдущие, и поведение Мая не похоже, и вся реальность не похожа… Я начала хватать ртом воздух.
Май с невероятной скоростью преодолел расстояние до кровати и прыгнул на матрас, зацепив ногой чемодан. Тот с глухим стуком упал на пол, но ангел даже не обернулся. Бирюзовые глаза с тревогой изучали мое лицо, а теплые ладони лежали на моих щеках.
– Дыши, как мне показывала.
Не в силах оторваться от этих небесных омутов, чересчур крепко сжимая пальцами чашку, я начала размеренно дышать, точнее попыталась, потому что вышло не очень.
– Раз, два, три, четыре, раз, два, три… – Уверенный, ласковый голос Мая помог сосредоточиться на цифрах. Постепенно мне удалось совладать с непослушным телом.
Я хочу сказать, накануне, когда я согласилась остаться на ночь, все было идеально, просто сказочно – мое прошлое жило в прошлом и совершенно не мешало настоящему. Я слушала песни Мая Неймана вживую, занималась с ним любовью, заснула в его объятиях. Я даже ни капли не испугалась, когда он пел обо мне, точнее о той встрече со мной. А сейчас-то мне что не так?!
 
Я почувствовала себя настолько бесполезной и никчемной, что разум затопило отчаяние, беспросветное, всепоглощающее. Ничего, кроме боли, слабости и отчаяния! Я слабая! Очень слабая! Господи, почему я такая слабая и никчемная?!
– Ты от меня устанешь, – выдавила я и заревела, а потом зарыдала. И сдержать вот это все никаких сил не оказалось. Не знаю почему. Всегда могла, а сейчас не сумела.
Май забрал у меня из рук чашку и куда-то дел, потом прижал к себе и начал гладить по спине, плечам, волосам. Я слышала его шепот, только слова не понимала, потому что пыталась заставить себя остановиться. Но чем больше я старалась, чем дольше была в его объятиях, тем сильнее ревела, пока не перешла на совсем уж безумный, животный вой. Я слышала себя со стороны и сама вздрагивала от жутких звуков, и все равно не могла остановиться. В конце концов, просто перестала бороться, и вот тогда, буквально через минуту, начала отходить, понемногу разбирать смысл слов, звучащих над головой.
– …Ева, все хорошо. Пожалуйста, перестань решать за меня. Позволь мне отвечать. Ева, ты слышишь?
Я окончательно затихла и кое-как кивнула. Правда, окончательно – это сильно сказано, надрывные всхлипы контролировать не получалось, но хоть так.
– Хорошо, – в его голосе явно читалось облегчение. – Не устану. Это тоже слышишь?
Я опять кивнула.
– Хорошо, – повторил Май. – Теперь я что-то скажу сразу, а ты будешь точно понимать, что это мой выбор и тебе ничего не нужно делать взамен, ладно?
Формулировка немного напугала, но я была такая уставшая и такая вялая, что страх быстро улетучился. Надоело бояться. И снова, будто болванчик, кивнула. Глупо, наверное, выгляжу.
– Ева, мне с тобой очень уютно, легко. Я тебя, словно всю жизнь знаю. – Май перестал поглаживать меня по голове, запустил пальцы в волосы и начал методично расчесывать их, массируя при этом кожу на затылке, на шее и за ушами. – Ты такая теплая, беззащитная и хрупкая. Мой маленький храбрый ангел.
Я?!
От нахлынувшего удивления я попыталась вскинуть голову, но получилось не очень. Массаж, который он делал, так расслабил, что тело отказалось слушаться.
Ангел? Я?
Нет-нет, здесь какая-то ошибка, это же я.
– Такая трогательно упрямая, – вторая рука Мая принялась творить то же самое с моей спиной и плечами. – Похожа на маленького котенка, который убежден, что он лев. Сражается без страха, невзирая на размер противника, потом побеждает и думает, что это так и надо, что ничего удивительного.
Как Помпон?
– Как Помпон, – подтвердил мои мысли Май и усмехнулся. – Вы очень похожи.
Его слова породили в душе волну тихой и отчего-то уютной беспомощности. Я ничего подобного в жизни не ощущала. Хотелось…даже не знаю, чего мне хотелось. Кофе допить и вот так в объятиях лежать, и еще, чтоб всегда эти сильные руки были.
Ребенок! Меня вдруг осенило: я чувствую себя ребенком.
Это глупо.
– Я люблю тебя, – закончил Май. – Помнишь, что сейчас просил?
Я кивнула. Как ни странно, его слова не подарили мне ничего, кроме теплого сахарного счастья, плавно разливающегося по венам. Я протяжно вздохнула и обняла его за талию. Впервые в жизни мне было так спокойно. Оказалось, что никогда прежде я не ощущала покой всецело – все познается в сравнении. Такое изумительное чувство! Нет, правда! Непередаваемо изумительное!!
 
– Май, – промямлила невнятно я в надежную мужскую грудь через пару минут молчания.
– Да?
– Откуда ты знаешь про ответственность? Ты второй раз это сказал, и помогает. – Не уверена, сумела ли понятно сформулировать вопрос и уточнение к нему, но очень старалась. Просто мысли ворочались чересчур вяло. Недостаточно вяло, чтобы отключить наблюдения и анализ, но достаточно, чтобы пожертвовать речью.