Взгляд на звёзды (СИ)
Тёрнер ответила латиноамериканке поднятием бокала и сделала глоток терпкого пенистого напитка. У неё было очень много назойливых вопросов по поводу того, что уже произошло и чему ещё предстояло произойти. Но она решила, что для них ещё представится время. Минуту спустя Джилл и Мария уже сидели на сдвоенном сиденье напротив Саши с Саем, пристёгнутые ремнями, а самолёт — стремительно набирал разгон для взлёта.
— Я надеюсь, шеф, нам полагается пара выходных и премиальные? — устало облокотившись на спинку кресла, спросил у Форда Герреро, попутно сделав знак стюарду, дабы тот заново наполнил осушенный бокал.
Однако командир не принял шутливый тон подчиненного, а обратил на него тяжелый и требовательный взгляд.
— Если к нашей работе нет претензий у сеньоры Гизу, это не значит, что их нет у меня, Герреро. Мы потерпели поражение и не выполнили задачу. Если бы французы не были к нам милостивы — мы бы все уже были мертвы. Если ты и можешь рассчитывать на что-то в ближайшие дни, то это на усиленные тренировки, или на увольнение. Выбор за тобой.
— Бляха. Да босс — просто заноза в заднице, — шепнул Ленни Картер на ухо Арни Дипвеллу так, чтобы никто больше их не слышал. — Не знаю как ты, а я, едва доберусь до паба, выпью не одну пинту доброго лагера, а не этой французской мочи с пузырьками. И пусть меня хоть завтра уволят.
Мария Гизу, тем временем, доброжелательно посмотрела на Сашу.
— Доктор Купер безапелляционно требовал включить его в состав этой делегации. Но доктор Мейер строжайше это запретила. Доктор слишком ценен для нас и слишком нужен «Ориону», чтобы рисковать, позволяя ему покинуть Бразилию.
— Как он? Дом? — спросила Саша.
— Замечательно. Работает 16 часов в сутки, полон энтузиазма и фонтанирует идеями. Хотела бы я быть такой же бодрой и вдохновлённой в 86 лет. Скоро он сам всё вам расскажет.
— Так куда мы летим?
— Космодром Алкантара. Там теперь расположена штаб-квартира «Терра Новы». Все мы теперь работаем там. Я очень надеюсь, доктор Тёрнер, что случившееся не поколеблет вашего желания работать над проектом. Потому что работы для вас — выше крыши.
— Даже если бы я передумала — мне было бы довольно сложно найти другую работу, будучи в международном розыске по подозрению в терроризме и Бог знает в чём ещё.
Взглянув на сидящего рядом Сая, который выглядел встревоженно и угрюмо, прикрыв глаза, как во время медитации, Саша требовательно спросила:
— Что насчёт Сая?
— Мы обещали позаботиться о ваших друзьях. Как видите, Джилл уже стала важной частью нашей команды. Безусловно, у нас найдётся работа и для мистера Парка, если он пожелает с нами остаться.
— Парк — не моя фамилия, — не открывая глаз, спокойно произнёс Сай. — Французские полицейские меня так записали, так как под этим именем я засветился однажды в их базе данных, и его выдал искин, когда они отсканировали мои отпечатки пальцев. От полиции это просочилось в прессу. На самом же деле — это был всего лишь один из очень многих фальшивых паспортов.
— Весь мир знает тебя теперь как Парка, — возразила Саша. — Это как дурацкое прозвище, которое тебе дают в первом классе, и оно уже не отлипнет, если не перейдешь в другую школу. С той лишь разницей, что в твоём случае «другой школой» может стать разве что другая планета.
— Что ж, это в любом случае звучит лучше, чем «серийный номер J-233».
Открыв глаза и посмотрев на Марию, Сай сказал:
— Я провёл большую часть жизни, прячась от китайских властей. Старался быть призраком. Тенью. Теперь они точно знают, где меня искать. И уж точно не забудут обо мне, пока не отыщут. Так что мне нужно быть осторожным вдвойне. Я неплохо знаю ситуацию в разных странах. Бразилия — не та страна, где такие, как я, могут чувствовать себя в безопасности.
При слове «в безопасности» Сай покосился на Джилл, которая поглядывала на него с нескрываемой опаской. Саша нахмурилась и устремила на подругу гневный взор.
— В Бразилии пока всё сложно с юридическим статусом лиц, появившихся на свет путём клонирования, — дипломатично ответила Мария. — Наша страна привержена христианским ценностям. А позиция католической церкви по поводу лиц, не рождённых традиционным путём, всё ещё достаточно консервативна. На сегодняшний день невозможно предоставление гражданства или официального убежища лицам с вашей биографией. Однако у моего брата достаточно влияния, чтобы обеспечить вам полную безопасность и неприкосновенность. Если вы согласитесь работать на нас в Алкантаре — вам там ничего не будет угрожать.
— Работать кем? — уточнил Сай.
— Вас ведь готовили к проведению специальных операций, не так ли? Нам удалось навести некоторые справки о программе, в рамках которой вы появились. Она имела военное назначение.
Саша глянула на Сая с некоторым удивлением. До этого момента она считала, что слухи, которые бродят на этот счёт в СМИ — журналистские утки. Впрочем, если припомнить некоторые детали в поведении Сая, которые она отмечала (искусство рукопашного боя, акробатические навыки, умение взламывать системы защиты на огнестрельном оружии), то это не казалось таким уж невероятным.
«Сколько ещё мне предстоит о тебе узнать?» — подумала она, пытаясь понять, что же она всё-таки чувствует в отношении Сая (за долгий месяц, проведённый в Клерво, она пальпировала эту мысль с разных сторон, но так и не пришла к ясному ответу).
Кореец (или, вернее, китаец?) на прямой вопрос не ответил. Однако Мария, похоже, посчитала молчание достаточно ясным ответом.
— Думаю, у нас найдётся для вас место в службе безопасности, — решила она.
— Начальник вашей службы безопасности скорее сдохнет, чем согласится, чтобы я был в его команде, — усмехнулся Сай, покосившись в сторону Форда, и добавил: — И это взаимно.
— Да, это действительно плохая идея, — подтвердила Саша, поморщившись при мысли о тандеме из этих двоих. — Поверьте.
— Мистер Форд — профессионал, и будет делать то, что будет приказано, — ответила на это Мария с властностью, которая резко контрастировала с её милым личиком и приятным голоском. — Того же мы будем ожидать и от вас, мистер Парк, если вы примите предложение. У вас есть время обдумать предложение — 24 часа. В случае отказа вы получите качественные документы на другое имя и сможете отправиться, куда пожелаете.
Сочтя, что с Саем она закончила, Мария извинилась и отправилась в другой конец салона, чтобы ответить на какой-то срочный вызов. Посмотрев на Сая, Саша увидела, что тот вновь прикрыл глаза и пытается медитировать.
— Это правда? Тебя готовили к службе в китайском спецназе?
Не открывая глаза, тот ответил:
— Не так уж важно, для чего меня выращивали. Важно то, что мне удалось выбраться и я выбрал себе другую жизнь. И хотя это была нервная жизнь полевой мыши, которая непрерывно прячется по норам от летающих над ней хищных птиц — это была моя жизнь, которую я выбрал себе сам.
— А ты уверен, что китаёзы не заложили в тебя какую-то боевую программу? Типа: услышишь кодовое слово, и начнёшь мочить всех вокруг, — предположила Джилл.
— Джилл, не позорься! — напустилась на неё Саша. — Сай — человек, а не робот, с такой же свободной волей, как твоя или моя!
— Ты что, впервые слышишь о нейрохакинге? Я читала, что таким способом можно не только похищать данные, но и изменять сознание, а возможно даже и полностью брать его под контроль.
— Даже если это не очередные байки от биоконсерваторов, в чём я сомневаюсь — хакнуть могут кого угодно, у кого есть в голове процессор. У тебя его нет? Может, у меня нет? У кого-то вообще в этом самолёте? Но ты решила, конечно же, прикопаться именно к Саю!
— Ладно-ладно, остынь, подружаня. Я всего лишь спросила.
— Расскажи лучше, как ты докатилась до такой жизни. Я наблюдала за твоими перлами в новостях. Между прочим, ты просто в отличной форме. Сколько ты сбросила, кило десять?
— Ты меня недооцениваешь. Шестнадцать, подружаня.
— За месяц? Ты что, за это время вообще не ела?