Пылающая Башня (СИ)
Буба метнулся к ребенку, ударом хвоста сбивая девочку с ног. Замелькали когтистые лапы. В сторону отлетел кружевной воротник. — "Надо снять… штуку с шеи… Хозяин." Поняв, что происходит, я рванул к катающимся по земле фигурам. Девочка оказывала ожесточенное сопротивление, лягалась и царапалась, осыпая Бубу грязной руганью и проклятьями. Демон, не обращая внимания на пинки и ногти впившиеся в щеку и ухо, все плотнее стягивал тело ребенка хвостом. — Не могу сорвать, Хозяин. Застежка сзади, на шее… — Девочка с размаху ударила Бубу головой в нос и снова попыталась вырваться. Подбежав к катающейся по земле парочке, я увидел на шее девочки до этого скрытый кружевным воротником ошейник. Буба напрягшись, перевернулся на спину, крепко удерживая брыкавшегося ребенка. Запрыгнув сверху, я наконец смог добраться до причудливой застежки из потемневшей бронзы. Несколько движений пальцами и ошейник со щелчком открылся, освобождая шею девочки от колдовской удавки.
Буба отпустил девчонку, выхватил кожаный ремешок и не раздумывая запихал в свою пасть. — Назад, Хозяин. Это еще не все… — мы не сговариваясь отскочили в разные стороны от забившейся в конвульсиях девочки. Буба превращался в лесного хищника, форму, напоминавшую волка, я зажег сферу пламени, готовясь прикрыться магическим экраном.
Тело ребенка менялось, сотрясаясь в конвульсиях. Кожа дряхлела и слезала лохмотьями, истлевая на глазах. Волосы седели и выпадали. Глаза ввалились, побелели, затянутые старческими бельмами. Ребенок старел за какие-то мгновения растрачивая, отведенные природой, молодость и здоровье. Из последних сил голова дряхлой старухи повернулась ко мне.
— Проклинаю тебя, юный Крюгер! Хромец передает тебе привет! — в слепых глазах старухи мелькнула искра безумия. И жизнь окончательно покинула иссыхающее на глазах тело. Мы еще несколько минут стояли на площади у колодца, пока ветер не развеял прах несчастной смертной.
* * *Смертный! — ответом мне стала тишина. Пленник скрылся, спасая свою жизнь… И, наверное, поступил правильно. Пора было заканчивать с этими руинами и возвращаться.
— Здесь есть еще, что-то интересное?
— Да Хозяин, в большем доме, откуда вышла девочка… Вещи сектантов… Хозяин.
— Демон указал рукой на дверной проем и не дожидаясь меня пошел вперед. Я, чувствуя приближение опасности, не мешкая, последовал за ним. В помещении в центре располагался большей очаг, видимо, служивший хуторянам, общей кухней. Вокруг очага и вдоль стен были навалены шкуры и тряпье, служившие сектантам постелью. Буба потянул меня за рукав, увлекая к небольшой двери, в дальней от входа стене. Заглянув в дверной проем, я увидел небольшую комнату, раньше служившую спальней какой-то семье.
Обломки мебели, сваленные в углу, напоминали о былом уюте. Буба, указав лапой на две подстилки, разосланные у металлической жаровни, сам направился к груде тряпья. Мое внимание привлекли сумки, стоящие у стены за жаровней. Они отличались от остальных, основательностью и чистотой. Я присел на корточки и аккуратно, кончиком ножа развязал узел кожаного шнурка, стягивающий горловину, и заглянул внутрь. Первое, что мне попалось — сверток чистой одежды, странного вида узкие штаны, все в завязках и вырезах в совершенно неподходящих местах. Такого же вида рубаха…, наверное, ярко алого цвета, расшитая необычными узорами. Отбросив шмотки в кучу с тряпьем, я вывалил остальное содержимое на пол и бегло осмотрел. Письменные принадлежности и склянка с чернилами, кожаный планшет, закрытый на небольшой металлический замочек. Обоюдоострый кинжал с лезвием в локоть длинной.
Вторая сума порадовала очередным свертком грязной одежды и, кроме того, внутри обнаружились стопка чистых листов в отделении для письменных принадлежностей, залитый чернилами сосуд, и стянутая черной ленточкой стопка конвертов. Следующим трофеем, вызвавшим мое внимание, оказался деревянный ларец, с металлической эмблемой на крышке. Об пол звякнул, небольшой, туго набитый кошель, Буба навостривший уши, тут же предложил обязательно забрать это. В самом ларце лежали свитки, скрепленные магическими печатями. Осмотрев содержимое, я быстро распихал их по свободным карманам перевязи и почувствовал, как Буба запихивает что-то в мой заплечный мешок.
С улицы раздался душераздирающе-унылый вой. Демон, резко обернулся и побежал к выходу, я спокойно следовал за ним. После сражения с троллем во мне проснулся странный азарт, зовущий повторить… снова почувствовать то великолепное упоение схваткой и эйфорию от победы над более сильным противником. На ходу зажигая сферу пламени, я отметил, что в ночной схватке, сферы появлялись сами собой, не требуя вспоминать заученные формулы.
— Гончие… Хозяин. — Буба, обернувшись волком, припал к полу и замер, внимательно принюхиваясь к чему-то. — Много… Хозяин.
По единственной улочке хутора, делившей небольшое поселение на две неравные половины, скуля и роняя на землю капли зловонной слюны, шли порождения скверны…
* * *Буба с кряхтением уперся в дверную створку, пытаясь удержать напирающих со стороны улицы монстров. Подтащив длинную скамью, мы подперли дверь, что подарило нам несколько мгновений передышки.
— Надо разжечь огонь — я глянул на своего фамилиара, в глазах которого при моих словах засуетились озорные искорки. — Стаскивай все тряпье в очаг, Буба.
Демон, стремительно меняясь на ходу, начал спихивать и скидывать в каменный очаг, занимавший центр зала, все, что могло гореть. В дело шли подстилки сектантов, деревянные обломки мебели, шкуры со стен и пола, некогда создававшие видимость простого уюта. Я лихорадочно соображал, что нам делать и как выбираться из этой западни. Руины хутора наводнила свора гончих, и по словам Бубы с опушки к нам приближался крупный отряд сектантов, тащивших за собой мощный источник скверны.
Убедившись, что все ставни на окнах надежно закрыты изнутри, и дверь выдержит еще какое-то время, я подпалил груду тряпья в очаге и принялся лихорадочно перебирать свитки, что хранились в бывшей перевязи главаря сектантов. Свитков оказалось восемь, вместе с теми, что я добыл из ларца. Два свитка "Магический светильник", я сразу убрал обратно в перевязь, ибо на улице день и пригодиться в ближайшей схватке они не должны. Остальные шесть оказались как на подбор. "Большой поиск жизни", "Сфера защиты Морейна" две штуки, "Вздох великана", "Большое исцеление болезни" и самый интересный для меня "Стена огня".
Пламя в очаге быстро набирало силу, Буба вытаскивал обломки двуспальной кровати из дальней комнаты и с азартом зашвыривал в ненасытное огненное чрево. В дверь ударило что-то посерьезнее когтей гончих. Послышался треск ломаемых досок, бранная ругань вперемешку с угрозами со стороны улицы.
— Эй, там! Выходи по-хорошему, пацан, мы хотим просто поговорить с тобой. Крюгер? Это ты, маленький мерзавец? — голос, доносившийся из-за двери, был знаком. Неужели Хромец лично пожаловал по мою душу? Тогда, в ночь моего бегства из башни, Буба сумел в одиночку одолеть колдуна… С тех пор прошло немало времени, и мы оба, я и Буба стали гораздо сильнее. Вот только сейчас, мы заперты и окружены со всех сторон гончими и сворой бандитов, жаждущих нашей крови.
— Крыша… Хозяин. — Буба указал лапой на дыру в потолке, служивший дымоходом. — Я поглощу пламя, а ты выбирайся наружу, Хозяин. Двери долго не протянут.
Подпрыгнув, я ухватился за балку, подтянулся и поднявшись сумел дотянуться до края отверстия в крыше. Под моими ногами полыхал очаг, обдавая мое тело потоком жара. Я улыбнулся… Да, мы заперты в деревянном доме, вокруг развалины деревянных строений с соломенными крышами. Да, мы окружены врагами и монстрами, все они собрались в одном месте… Очень удобно собрались.
Присев на вершине крыши, быстро пробежал пальцами по свиткам. Первым, я развернул свиток за авторством Морейна, сфера защиты должна уберечь от стрел и арбалетных болтов на какое-то время. Тихий щелчок ломаемой печати и мой разум наполняется потоком чужих схем и формул. Мое тело окутывает прозрачный пузырь, по структуре очень похожий на мыльный. Поле не дает бликов на солнце и словно живое подстраивается под движения и размеры резидента. Вторым я зачитал "Большой поиск жизни", эффект был похож на тепловое зрение Бубы, только мир не менял окраски, просто в местах скопления людей и монстров проступили бледно-розовые пятна. Гончие отличались от смертных, грязно бурым маревом, впрочем, сейчас меня это особенно не волновало. Они пришли вместе убивать меня, разбираться смысла не имеет.