Жена по завещанию

Шмыгаю носом громко и некрасиво, по-детски как-то.
– Но вы сделали именно это! Напугали до чертиков! И продолжаете пугать!
В глазах миллиардера будто что-то вспыхивает, искорки веселья, что ли, когда он качает головой и выдает с нажимом:
– Поверь мне, с тобой я достаточно мягок.
– Тогда отпустите меня, пожалуйста! Высадите и я забуду все, вас забуду! Я не понимаю, что я такого сделала?!
Хмурится сильнее.
– Многое, Юлия. Тебя угораздило стать ключом к завещанию моего деда.
 
Глава 4
 
Оглушает своим заявлением. Хлопаю ресницами и ни черта понять не могу. Кажется, что я либо сплю, либо фильм какой-то смотрю с замысловатым сюжетом, потому что то, что происходит… этого просто не может быть!
– Бред какой-то. Простите, пожалуйста, но не понимаю! Каким боком я могу хоть как-то иметь отношение к вашему деду и его завещанию?!
Прищуривается. От мужчины таким холодом вдруг веет, что я уже начинаю бояться не на шутку. Потому что Юсупов не просто сейчас мне предъявляет что-то, он мне прямым тексом говорит, что я явная помеха, которая возникла на его пути. Человека, наделенного нехилым таким могуществом.
– И тем не менее. Это так. Юля. Причем ты имеешь непосредственное отношение. Мне прямым текстом было сказано, что до вскрытия этого самого завещания я должен найти тебя. Все имеет юридическую силу, и воля покойного будет объявлена завтра. Твое присутствие – обязательное условие.
Хмурюсь теперь я.
– То есть вы не знаете, что в том самом завещании, но решили найти меня… я вообще не понимаю ход ваших мыслей!
– Тебе и не нужно. Достаточно того, что тебя – девочку с улицы, вообще позвали, а значит, упомянули, а следовательно, я пока не представляю масштаб катастрофы, которая может произойти…
– Это просто бред! Полнейший! – выговариваю твердо, и миллиардер кивает.
– Возможно. Возможно, за этим ничего и нет. И просто мой дедушка воспылал трепетным чувством к девочке, которая по какому-то странному стечению обстоятельств напомнила его кого-то, либо… возможно, это блажь неординарного и эксцентричного человека, коим был мой дед, и как вариант, Альберт Генрихович решил устроить мне напоследок веселье и хорошую такую встряску… я пока не знаю…
Короткая пауза, но затем жесткое:
– Но. Я всегда копаю очень глубоко, когда у меня что-то вызывает интерес или же непонимание. Поэтому, дорогая моя девочка Юля, я советую тебе быть паинькой и не выкидывать никаких фортелей, пока мы не узнаем, каким именно боком ты вписалась в завещание моего деда! А главное – почему он настаивал, чтобы я нашел тебя и привез к себе в особняк!
Чувствую явную досаду и гнев мужчины. Явно Юсупов не тот человек, который привык, чтобы ему указывали, но, кажется, его собственный дедушка подложил ему свинью в виде меня…
Становится тяжко дышать. Осознание того, что я вписана в чье-то завещание, не дает мне никакого позитива или радости, или я не знаю, что там привыкли испытывать люди, на которых обратили свой взор богатые и влиятельные…
Я испытываю жутчайшую панику, потому что четко понимаю одно. Игнат Юсупов не тот человек, который позволит играть с собой в какие бы то ни было игры. И я ощущаю себя дичью, загнанной в клетку к самому настоящему волку, он скалится, принюхивается, но по какой-то причине не нападает. По крайней мере, пока.
– Что… что же вы мне предлагаете? Куда везете?
Вопросы срываются с моих дрожащих губ, и мужчина совершенно равнодушно заявляет:
– Сложившаяся ситуация просто из ряда вон выходящая. Именно сейчас, когда у меня в корпорации настали смутные времена и перестройка, это напоминает удар в спину. Ты упомянута в завещании деда, а значит, твоя безопасность на какое-то время – моя забота. Это означает, что вплоть до озвучивания завещания ты под моей защитой, будешь жить в моем доме. А дальше…
Прищуривается и опять скользит по мне оценивающим взглядом. Чисто мужским. Таким, что у меня пальчики на ногах поджимаются и сердце пропускает удар. Ощущение, что мужчина присматривается ко мне именно как к девушке, а не к объекту, который упомянут в завещании.
 
– Дальше решим. Но факт в том, что без твоего присутствия завещание не будет вскрыто…
Машина вновь заходит в поворот и разговор как-то затихает. Я беру время на то, чтобы обдумать услышанное. Мне жизненно необходимо секундочку отдышаться, ведь события развиваются с какой-то стремительной скоростью.
Только вот моего самообладания надолго не хватает. Спустя пару минут я вновь обращаюсь к Юсупову.
– То есть, как бы я вас ни просила сейчас меня оставить в покое, как бы ни заверяла, что я не убегу, вы не отпустите меня?!
Спрашиваю с надеждой, но мужчина лишь кривит губы.
– Сам не особо рад подобному развитию ситуации, но отпускать я тебя не намерен. Смирись. Ты можешь считать себя моей временной гостьей, а можешь пленницей. От тебя зависит.
Выдает эту тираду так спокойно, будто не о моей жизни сейчас разговаривает, а о покупке домашнего животного, которое он собирается натаскать.
– Вы понимаете, что это все для меня более чем неприемлемо?! – спрашиваю с нажимом. – У меня своя жизнь, работа и учеба, я вам не вещь, чтобы распоряжаться мною по своему усмотрению!
– Интонацию поменяй и голос поубавь, – отвечает так холодно, что у меня мороз по коже идет.
Истерика гасится в зародыше и я в шоке смотрю на мужчину, который оттягивает сильными пальцами рукав своего роскошного пиджака и обращает свой взгляд на тяжелые золотые часы с массивным циферблатом, явно время этого человека очень дорого стоит.
– Раз ты не понимаешь, малышка, тогда я тебе объясню более доходчиво. Ты – ключ. Если не будет тебя, не будет и вскрытия документа, от которого зависит благополучие моей корпорации. Ты следишь за ходом мысли?
Смуглая бровь приподнимается, а жесткие губы сжимаются в линию, я же наблюдаю за очертаниями челюсти мужчины. Даже сейчас в состоянии недовольства от него веет мужественностью. Харизмой. И мои мысли в голове прыгают, словно стая напуганных птиц.
– Я пытаюсь, – отвечаю язвительно, хочется поддеть Игната Юсупова, как-то по-детски, но все же.
– Многие бы хотели, чтобы завещание не было вскрыто, чтобы у меня началась неразбериха, особенно сейчас, когда перед глазами маячит очень важный контракт. И как ты думаешь, на что готовы пойти мои конкуренты, чтобы усложнить мне жизнь, а лучше вообще выбить из обоймы мирового бизнеса?
Улыбается. А у меня мороз по коже.
– Они могут сделать так, чтобы меня не было на вскрытии завещания? – робко спрашиваю и мужчина наклоняется ко мне.
– Нет, не так. Они могут сделать так, чтобы тебя просто не было…
Отвечает словно между прочим, а меня пробивает озноб.
– Поэтому не усложняй себе жизнь, Юлия.
Спустя мгновение мужчине поступает звонок и он отвечает. Беседа ведется на тему бизнеса. Каких-то бирж и Юсупов оперирует такими цифрами, что у меня душа в пятки уходит.
Если у него сделка стоимостью в пару миллиардов, то что для него есть маленькая девчонка, которая стала костью поперек горла?!
Смотрю в окно, стараюсь отвлечься, но сама все прислушиваюсь к уверенному голосу Игната, который ведет свои переговоры жестко, резко. Юсупов явно профессионал своего дела высшей категории.
Украдкой бросаю на него взгляд, рассматриваю резкий профиль, жесткую линию челюсти и тяжелый подбородок. Идеальная сорочка обхватила широкую шею, пиджак почти трещит на широченных плечах.
Здоровенный мужчина, взрослый, матерый, что называется. И действительно очень-очень похожий на волка. Альфа. Самый настоящий. Привыкший подчинять, давить и ломать. По манере речи даже чувствуется бескомпромиссность и жесткость.
Звонок следует за звонком, и я понимаю, что плюс ко всему Юсупов, кажется, еще и трудоголик, заставляющий свою команду работать двадцать четыре часа в сутки, иначе как объяснить такие поздние звонки, хотя…
Прислушиваюсь и понимаю, что, скорее всего, звонящие ему подчиненные живут в других часовых поясах. И у нас ночь, а там… там вполне себе рабочий день.