Память героя (СИ)

 - Влюблённый гриффиндорец, - быстро ответил Блек, ни секунды не колеблясь. - Особенно если объекту его обожания угрожает опасность. В таких ситуациях ало-золотые становятся изворотливей всех змей вашего серпентария.
 У всех магов, учившихся когда-то на зелёно-серебристом факультете, столь громкое заявление вызвало протест. Однако никто из них не успел запротестовать, как заговорила Нарцисса:
 - А поподробней? - спросила ведьма, понимая, что рассказанная кузеном история сможет как нельзя лучше охарактеризовать её временных подопечных.
 - Пожалуйста, - усмехнулся анимаг, и все присутствующие поняли, что их ждёт незабываемый рассказ. - Итак, это случилось в тот год, когда старостой гриффиндорцев была назначена одна умная и справедливая ведьма, не умеющая идти на компромисс. Именно эти качества и стали причиной того, что некоторые представители зелёно-серебристого факультета, наследники благородных семейств, потеряли свои привилегии, которыми пользовались у других старост. Это недовольство вылилось в весьма жестокий заговор, результатом которого должно было стать отстранение нашей старосты.
 - Люциус, тебе что-то известно об этой истории? - требовательно спросила Нарцисса, смотря на застывшее лицо мужа.
 - Не перебивай, Цисси, я ещё не закончил, - остановил сестру Сириус, а потом как ни в чём не бывало продолжил свой рассказ: - Так вот, в тот день, когда должна была произойти эта, с позволения сказать, акция слизеринцев, все исполнители самым немыслимым образом были выведены из строя, а их предводитель в итоге получил такое предложение, от которого не смог отказаться.
 - Вы напали без предупреждения, - не выдержал Люциус, прекрасно понимая, что все присутствующие уже догадались о его непосредственном участии в той авантюре и отрицать что-то стало бессмысленно.
 - А вы поступили очень честно, собираясь дискредитировать Лили? - Блек смотрел прямо в серые глаза разъярённого Люциуса. – К тому же, никто из вас сильно не пострадал. Ну, кроме того, что тебе пришлось научиться заплетать косичку.
 - Мне может кто-то объяснить, что тогда произошло? - зельедел впервые слышал об этой истории, но прекрасно понимал, почему возник конфликт между Лили Эванс и Люциусом. Однако для мага оставалось неясным, почему этот эпизод всплыл только сейчас и ни гриффиндорка, ни аристократ о нём никогда не упоминали.
 - Мы так и не смогли выяснить, какой именно сценарий запланировал наш дорогой Малфой на ту ночь, однако нам удалось разыграть свою постановку, - ухмыльнулся анимаг. – Прихвостней моего будущего родственника мы с Ремусом обезвредили довольно быстро и безболезненно. А вот с нашим благородным аристократом разговаривал Джеймс, правда, выпив перед этим немного Оборотного зелья.
 - В чьём образе он был? - тихо поинтересовался Снейп, понимая, что сейчас его ждёт довольно неожиданный ответ.
 - В моём, - буквально зарычал Люциус. - На меня в том коридоре напал я сам. Как этим проклятым гриффам удалось достать мой волос, я не могу понять до сих пор.
 - Секрет фирмы, - фыркнул Блек, а потом продолжил: - Но на тебя в ту ночь не напали, а победили в честной дуэли. И оставили на поле боя невредимого, прихватив с собой небольшой сувенир.
 
 - Дайте угадаю, - саркастично произнес Снейп. - Уходя с поля боя, если можно так сказать, Джеймс прихватил прядь твоих волос, пригрозив, что, если ты что-то подобное повторишь, тебя увидят в достаточно неприглядной ситуации, о которой будет проинформирован твой отец Абрахас Малфой. Так?
 - Почти, - горько улыбнулся Малфой, признавая своё поражение. - Только условие было таково, что мою репутацию разрушат, если Эванс причинит вред любой из слизеринцев.
 Ошеломлённые таким заявлением маги ещё несколько мгновений переводили взгляды с одного участника тех событий на другого, а потом Нотт резюмировал мысли слушателей:
 - Таким образом, Поттер фактически получил для своей возлюбленной полную защиту от нашего факультета. Причём сделал он это таким образом, что сама староста о своей неприкосновенности даже не догадывалась. Да уж, ало-золотой факультет очень сильно недооценивают…
 В этот момент в кухню влетела всклоченная и весьма недовольная сова, несущая послание говорящему магу. Нотт открыл письмо, несколько раз перечитал его, а потом заговорил срывающимся голосом:
 - Я сказал, что ало-золотой факультет сильно недооценивают? Беру свои слова обратно. Мы ничего не знаем про факультет гриффов.
 Говоря это, он передал полученное письмо Снейпу, который и зачитал весь текст, написанный на пергаменте:
 «Отец. Я не могу связаться со своим деканом, поэтому направляю это послание тебе, возможно, ты сможешь найти профессора. Сегодня ночью при моём участии были проведены два ритуала: между Гарри Поттером и Панси (компенсация и вассалитет) и ритуал помолвки между Уизли и Панси».
 Среда часть 4 
 Всё идёт наперекосяк. Попытка отвлечься, усиленно тренируясь в Выручай-комнате, с треском провалилась. Перед глазами всё так же стоит лицо Чоу Чанг, дорожки слёз на её щеках, которые я увидел после нашего первого поцелуя. Такие же у неё были и в ту ночь. В ночь гибели Седрика.
 Не думать об этом. Не думать. Не вспоминать.
 Почему я никогда до четвёртого курса не замечал этого парня? В ту первую встречу перед Чемпионатом по квиддичу, когда нас представили друг другу, я сразу заметил его смеющиеся глаза и губы, которые так быстро складывались в улыбку. Обычный весёлый парень. Кто бы мог подумать, что спустя совсем немного времени мы с этим парнем будут соперниками в Тремудром турнире? Но это было ещё не самое плохое. Хуже всего было то, что мне нравилась девушка, которая встречалась с Седриком…
 Теперь же получилось, что я всё-таки успешней Диггори только по одной причине - мне удалось выжить в ту страшную ночь, а ему - нет. Гермиона права: у нас с Чоу ничего не получится, между нами всегда будет стоять тень Седрика. Я буду вечно думать, не сравнивает ли рэйвенкловка мысленно мои и его поцелуи. Она будет размышлять, как бы всё сложилось, останься он тогда жив. И мы оба будем знать, что по отношению к погибшему парню мы каждый раз совершаем маленькое предательство…
 
 Углубившись в размышления о произошедшем, я не обратил внимания, как в одной из стен появилась небольшая дверь, которая, негромко скрипнув, впустила посетителя. Зная, что войти сейчас сюда смог бы только кто-то из учеников, посвящённых в тайну занятий по боевой магии, я продолжил сидеть на раскиданных по полу подушках, ожидая, что же мне скажет вошедший маг.