Память героя (СИ)

 - Львица, а то, что мы видим Невилла, никак не может повлиять на его работу? - спрашивает парень, внимательно наблюдая за действиями однокурсника.
 - Гарри, я же просила не называть меня так, - поморщилась девушка и продолжила: – Нет, поскольку он не знает, что мы за ним наблюдаем. Невилл видит только четыре стены, котел и ингредиенты. Больше ему, если он действительно зельевар-интуит, и не нужно.
 - А если нет, и его зелье взорвется, то мы сразу это увидим и сможем оказать ему помощь, - задумчиво проговорил парень, доставая из сумки, лежащей рядом с ним, золотое яйцо.
 - Гарри, я тебя очень прошу - не открывай его при мне, - тихо проговорила девушка.
 - Знаю, Герм, знаю, - улыбнулся парень. – Я не стану причинять тебе боли. Просто…
 - Просто ты думаешь о турнире, - уверенно сказала гриффиндорка, внимательно следя за действиями помешивающего зелье Невилла. - О каком задании ты хочешь поговорить, о будущем?
 - Нет, о прошедшем, - заговорил Поттер, рассматривая яйцо. – О первом…
 Вдруг персонажи застыли, превращаясь в недвижимые картинки. Профессор почувствовал, как их с гриффиндорцем руки насильно разъединили.
 - Мистер Поттер, я знаю, что вы здесь, – услышал зельедел знакомый голос из-за дверей, как только пришел в себя от резкого перехода из воспоминаний в действительность. - И в этот раз вам не удастся избежать ответственности.
 часть 14 (83) 
 - Поттер, - зельевар быстро сориентировался в ситуации и приподнял гриффиндорца за подбородок, посмотрев в еще мутные глаза. - Вы выходили из аудитории после того, как пришли на отработку? Отвечайте! Быстро!
 - Нет, сэр, - Национальный герой сразу понял, чем грозит разбирательство без поддержки слизеринцев.
 - В чем вас могут обвинить? - профессор ещё не закончил говорить, как уже пожалел о сказанном. Лицо парня стало похоже на гипсовую маску, не выражавшую никаких эмоций. – Ясно, список обширный.
 Стук в дверь и требование открыть её становились все громче и громче. Профессор прошел за свой стол. Нотт встал возле котла, а Поттер принялся мыть парту.
 - Драко, открывай, - промолвил зельевар, перед которым уже лежала кипа свитков с домашними работами учеников.
 Выполняя распоряжение преподавателя, Малфой открыл двери, и в аудиторию ворвался Министр Магии Корнелиус Фадж со своим бессменным секретарем Перси Уизли. За ними зашли авроры Нимфадора Тонкс и Кингсли Шеклболт. Вслед за ними появилась вездесущая журналистка Рита Скитер со своим любимым Прыткопишущим пером. Снейп, внимательно наблюдавший за вошедшими, с удивлением отметил, что среди визитеров нет Долорес Амбридж, которая всегда старалась присутствовать, если дело касалось Национального героя. Не меньше вопросов вызывало отсутствие Дамблдора.
 - Поттер, - сразу заговорил Министр, и внимательно наблюдающий за гриффиндорцем преподаватель заметил, как блеснули зеленые глаза за очками, когда парень услышал подобное обращение к себе. - Я всегда был снисходителен к вам, закрывая глаза на ваши проступки. Но на этот раз вы перешли все границы. Думаю, что сейчас вы должны чистосердечно сознаться в своем преступлении.
 
 - О чем вы, сэр? Я не понимаю, - тихо произнес студент, оставляя на парте тряпку и отходя от неё. Но по его голосу и движениям стоящий неподалеку Драко понял: парень тянет время, пытаясь понять, что именно знает Министр и как ему выпутаться из сложившейся ситуации.
 - Вы все прекрасно знаете, Поттер, - чопорно произнес Уизли, как и Фадж не сказавший «мистер» в начале обращения. - И не думаю, что Министру Великобритании необходимо повторять своё предложение.
 Гриффиндорец по-прежнему недоумевающе смотрел на говорящих, всем своим видом показывая, что он никак не может быть причастным к каким-то противозаконным событиям.
 - Прошу прощения, господа, - в разговор внезапно вмешался аврор. – Но вы нарушаете процедуру. По закону мистер Поттер имеет право знать, в чем его обвиняют.
 - Хорошо, - резко проговорил Фадж. Было заметно, что он недоволен таким оборотом дел, однако пойти на столь явное нарушение закона в присутствии стольких свидетелей и представителя прессы он не мог. – Итак, этот ученик виноват в том, что его преподаватель попал в больницу.
 Драко почти физически почувствовал удивление, охватившее гриффиндорца, когда тот услышал слова Министра. Однако уже через мгновение в глазах парня мелькнуло понимание.
 - Можно уточнить, - в разговор вмешался Снейп, который тоже заметил, что Поттер, даже не приняв участие в инциденте, тем не менее, в курсе произошедшего, - кто из учителей пострадал?
 - Долорес Амбридж, - произнесла Тонкс, подтвердив тем самым догадки слизеринцев.
 Драко и Тео быстро переглянулись. Поверить в то, что близнецы Уизли сознательно пошли на преступление, которое в лучшем случае грозило им исключением, только ради того, чтобы не допустить инспектора на отработку, они не могли.
 - Мистер Поттер находился здесь на отработке и ни разу не выходил из кабинета. Это могут подтвердить мистер Малфой и мистер Нотт, - для Снейпа было неважно, что там знал гриффиндорец, первоочередной задачей сейчас было доказать его непричастность к делу.
 - Мисс Амбридж уверенно назвала, кто на нее напал. Думаю, что вы не будете утверждать, что преподаватель не узнал своего ученика, - отвечая, Перси смотрел на бывшего учителя с нескрываемым превосходством.
 - Мистер Шеклболт, - профессор, не удостоив секретаря даже взглядом, обратился к аврору, поскольку считал его самым здравомыслящим в этой компании. – Возможно, если вы расскажете подробности произошедшего, то сможете быстрее разобраться в ситуации.
 
 - Сегодня Долорес Амбридж зарегистрировала два новых ученических сообщества, после чего направилась в подземелье, – Кингсли стал говорить, не обращая внимания на недовольные взгляды Фаджа и Уизли. - ПŸо дороге сюда на нее и напали.
 - Какие были применены заклятия? - уточнил Снейп.