Красавица и чудовища (СИ)

- Ты наполнила этот дом светом просто появившись здесь, - проговорил Артур, когда мы зашли, - Ремонт лишь финальный штрих.
- Тебе точно нравится?
- Разумеется. Я в восторге от того, как он изменился. Он и я.
В общем, все вроде бы шло по плану. Артур вновь занял свое место в иерархии теневой власти, и постепенно все больше теснил Пороха в тех сферах, где их интересы пересекались попутно расширяя свои. Самого Джейка проинформировали о последствиях «опрометчивых» решений и теперь уже пришло его время защищаться. Мне бы радоваться, а я боялась. Ведь их личные счеты никто не отменял. Ни тот, ни другой не остановятся, пока не останется кто-то один. Причем буквально.
- Милая, все свое я вернул, даже с процентами. И мне достаточно. Если он не станет лезть, я тоже не буду, - сказал Артур, когда я поделилась своими опасениями, - А попробует, пусть пеняет на себя. Закопаю.
В последнем я не сомневалась. Как и в том, что рано или поздно случай это сделать представится. Но понимание насколько теперь все иначе помогало обуздать тревогу. Артур и правда изменился. Сумел до конца поверить наконец, что я действительно с ним. Звучало глупо, учитывая сколько мы уже вместе и сколько всего пережили, однако было правдой. Увы, значительную роль в этом сыграло и чувство вины за то, что из-за сомнений в себе он так легко поверил в наш разрыв, чем подверг меня опасности. И, конечно же то, какую боль причинил мне его жуткий поступок. Но что поделать – уж лучше так, чем вообще никак. Отсутствие страхов и сомнений в самом важном придавало сил и уверенности столь необходимых в той жизни, которую мы вели. Что до меня, постепенно вырывая Артура из замкнутого круга самобичевания я исподволь освободилась и из собственного, в который раз убедившись, как важно суметь простить себя.
****
Столкнуться с Разумовским лично мне довелось на одном из приемов в начале весны. Было забавно наблюдать за тем, как он пресмыкался и высоко держал голову одновременно.
- Наслышан о том, что мне есть за что вас благодарить, - улучив момент, когда я осталась она, сказал он.
- Благодарить за становление на путь исправления очень мудро, - я усмехнулась и отпила шампанского.
- Кто сказал, что я на него стал?
- Прискорбно.
- Ваш супруг ведь тоже на него не спешит, не смотря на ваше влияние.
- У вас имеются доказательства, Владимир Кириллович, или это просто пустые слова?
- Знаете, я восхищен вами, - изменившимся, абсолютно серьезным теперь тоном проговорил министр, - И речь не только об ангельской красоте. Баринов счастливчик. Надеюсь, его благоразумия хватит дабы не потерять такое сокровище из-за жадности.
- Я не советую вам угрожать мне.
- А я не собираюсь этого делать. То, что я сказал лишь совет, не более того. Не каждый кусок нам по зубам – несчастный и отвергнутый Евгений тому пример. Трон под ним шатается настолько, что скоро он с него слетит…, - он замолчал, глядя мне за спину. Даже не оборачиваясь, я знала кто там был. Теплая ладонь легла на мою талию, притягивая к широкой груди Артура.
- Не помешал? – ледяным тоном спросил он, буравя министра взглядом.
- Ну что вы. Я просто взял на себя смелость высказать свое восхищение вашей прелестной супруге. Прошу прощения, - отсалютовав бокалом, Разумовский поспешил ретироваться.
- Что он тебе сказал? – обеспокоенно спросил мужчина.
 
- То же, что я и тебе – чтоб войну не развязывал.
- Его спросить забыл, - сквозь зубы процедил Артур, обнимая меня.
Глава 39
Инстинкт самосохранения есть и у человеческой психики. Именно поэтому нам свойственно со временем забывать плохое, учиться жить со своими страхами или даже побороть их. До последнего мне далеко, но напряжение отступило. Постепенно я перестала вздрагивать от телефонных звонков, вслушиваться в разговоры Артура по телефону, пристально следя за выражением его лица. И мы оба уже почти всегда нормально спали без жутких снов. Но пентхаус вскоре продали, купив другой взамен.
Середина весны в этом году уже больше походила на самое настоящее лето. Температура воздуха приближалась к тридцати градусам по Цельсию, навеивая сожаления о смене климата вместе с каким-то детским предвкушением лета. Будто меня ожидал конец учебного года и три месяца долгожданных каникул.
Ностальгируя о беззаботной юности, я прогуливалась по торговому центру. Обновить гардероб к лету за границей представиться случай только недели через две, потому пришлось «по старой памяти» отправиться на шоппинг здесь. Часа через два безуспешных попыток выбрать хоть что-то я уже мысленно ругала себя за саму затею.
- Элиза? Вот это встре-еча, - в располневшем мужчине в невзрачной футболке и джинсах я не сразу узнала Костю. Охранники тут же преградили ему путь.
- Ребята, все хорошо, это знакомый. Здравствуй, Костя.
- Прямо как первую леди охраняют, - хрюкнул он.
- Положение обязывает. Как дела?
- Да, потихоньку, - замахал руками он, пожирая меня взглядом, - Может, кофе? Если тебе можно, конечно.
- Мне все можно, Костя. Но, честно говоря, мало времени, - у меня не было ни малейшего желания общаться с ним. Не то что бы осталась какая-то обида или же наоборот меня мучала совесть, просто этот мужчина был мне безразличен. А поддаваться любопытству – узнать, как амбициозный и следящий за собой молодой человек мог за четыре года превратиться в того, что стоял передо мной я считала не очень-то хорошим поступком.
Позади него я увидела Вику. Она держала на руках прелестного мальчика примерно лет двух от роду. Сразу после этого бросалось в глаза то, как изменилась и она. Запечатленная в моей памяти красивая девушка превратилась в карикатурный образ затюканной домохозяйки. Я поискала в себе нотки злорадства, но нашла лишь жалость.
- Элиза? Привет, - неловко помялась она.
- Привет, Вика.
- Какая ты стала красавица, - с откровенной завистью проговорила девушка. Слово «стала» улыбнуло, - Как дела-то, расскажи.
- Спасибо, все хорошо.
- А я в заботах вся – дом, ребенок, еще и на работу пришлось выйти. Совсем себя забросила. Этот, - гневно зыркнула на Костю, - год уже дома сидит.
- Я не просто сижу! – взвился Костя, - Я ищу работу, но пока нет подходящих предложений. А абы куда идти такому как я унизительно.
 
- А не унизительно, чтоб твоя жена…
- Ладно, ребята, - перебила я Вику, - была рада вас видеть, но мне нужно идти. До свидания.
- Ой, как жалко, я так пообщаться хотела. Может, созвонимся и…
- Конечно. Обязательно созвонимся, - торопливо бросила, уходя. Позади слышала обрывки фраз в ключе «живут же люди».