Идеальные
Алабама испытала легкое разочарование из-за того, что кассирша ее не узнала, хотя она, конечно, чуток пополнела, да и волосы теперь были темнее. «Зато как она будет потрясена, посмотрев позднее новости», – хмыкнула про себя Алабама, представив, как она рассказывает репортерам о неожиданной стычке, и ее лицо становится все серей и серьезней.
Коварство загадочного исчезновения, – пришла к выводу Алабама, – заключалось в вопросах, оставшихся без ответов. Да, именно вопросы в ряде случаев делали историю легендой. Но легенды возникали разными путями, в зависимости от ситуаций, и не все из них содержали в себе тайну.
Разве кто-нибудь стал бы переживать за Черную Орхидею [5], если бы не знал, как именно она умрет?
Алабама сознавала риски того, что задумала сделать. Холли могла не клюнуть на наживку. Черт, она могла действительно измениться! Хотя нет. Алабама так не думала. По своему опыту она знала: большинство людей остаются такими же. Натуру не изменишь.
И настоящая Холли – та Холли, что была не на виду у людей, а старательно таилась – той ночью на кухне схватилась за хлебный нож. Та, истинная Холли, пусть и на короткий миг, но была готова убить.
Она думает, что можно скрыть свою натуру от людей. Она думает, что может просто так разгуливать по городу, как обычный человек, и никто не узнает, какая она в действительности. Это же недопустимо! Это просто оскорбительно. И для нее, для Алабамы, и для всех остальных, кто всегда считал Холли идеальной. При этой мысли кровь в жилах Алабамы взбурлила.
«Интересно, а меня тоже окрестят, когда все закончится? Дадут ли мне какое-нибудь эффектное прозвище, как Черной Орхидее?» – подумала Алабама. Ее история, конечно, будет другой. Она, Алабама, не будет убита. Только атакована. И, в отличие от несчастной Орхидеи, все сразу узнают, кто это сделал – кто именно напал на нее с ножом. С такой жестокостью, с такой злобой! По спине Алабамы даже пробежали мурашки. От ее истории все будут в шоке. Алабама Вуд жива! Воскресла, как сам Иисус! Только монстр – а не человек! – способен напасть на Иисуса средь бела дня. Только отпетая злодейка – не женщина! – может ударить Иисуса ножом. И Холли сможет. Она увидит ее, Алабаму, и схватит оружие. Алабама в этом не сомневалась. Потому что Холли один раз уже сделала это.
Нужно было только слегка ее подтолкнуть.