Happy Life навсегда!

– В халате? А-а-а, я за шампанским ходила. Потому и в халате. Я душ принимала, а потом решила шампанского выпить, холодненького, после душа, надела халат и пошла, как хорек в ближайший ларек…
Наконец-то я вставила ключ в замок и повернула его.
– Уж не в черном ли «мерседесе», который вас привез, находится этот ларек? – прошипела моя всевидящая соседка.
– Не-е-е, в «мерседесе» Даниил Андреевич, он – лицемер и говнюк, а ларек – на улице, и там шампанское. Во как все хитро устроено, – сказала я, разводя руками.
– Я очень надеюсь, что Олег по достоинству оценит ваши ночные походы за шампанским, – поджала губы Мария Семеновна.
– А супружник мой еще на работе, гы-ы-ы…
Я показала Марии Семеновне язык, открыла дверь и стала шарить рукой по стене в поисках выключателя. Послышалось жалобное мяуканье Матильды, которой я, по всей видимости, наступила на хвост.
– Уйди, кошка, хозяйка напилась, – сказала я, доползла до кровати и плюхнулась на нее, уткнувшись лицом в подушку.
Глава 9
Уникальный продукт
Из дневника Е.Р.
В какую бы сетевую компанию вы ни попали, первое, что сделают ее представители, – убедят вас в уникальности производимого продукта. Если сравнить с десяток чудо-пилюль разных производителей, то выяснится, что все они, плюс-минус, оказывают одно и то же действие – повышают общий тонус организма, а многие принимают это за начало процесса волшебного исцеления. Но рьяные адепты непременно расскажут, что именно их продукт исцеляет лучше других, потому что в его состав входит порошок из оленьих рогов, спиленных в пятницу, тринадцатого, алмазной пилочкой с золотой ручкой. Пилочка, в свою очередь, изготовлена по уникальной технологии тибетских монахов, тайну которой те собирались унести в могилу, но любезно открыли президенту компании. Впрочем, есть среди сеток и весьма полезные, те, которые учат нас не самому плохому качеству – бережливости. Еще бы, одно дело – выдавить на зубную щетку полтюбика пасты за 10 рублей, и совсем другое – купить пасту за 100 баксов и выдавливать по малюсенькой горошине, искренне радуясь тому, как медленно она расходуется.
Утром снова прилетели дятлы. Накинув на плечи халат, я вышла в коридор и робко заглянула в гостиную. Муж сидел перед компьютером и сосредоточенно долбил по клавишам.
– Кажется, я вчера выпила лишнего, – вздохнула я.
– Заметно, – ответил муж, продолжая стучать по клавишам.
– Мне стыдно, я немного не рассчитала свои силы. – Я с тоской посмотрела на мужа, потом низко опустила голову.
– Был повод? – Муж закончил работу, повернулся и окинул меня удивленным взглядом: – Ты купила новый халат?
– Нет, мне его выдали, – ответила я, присела на краешек дивана и рассказала мужу о своих приключениях.
– Ну ты даешь, зачем же было так напиваться? – засмеялся муж.
– Не знаю. Вроде и выпила немного, может, свежий воздух подействовал, может, обстановка? Ты не представляешь, как там было здорово! Необыкновенно здорово! Взрослые люди, а дурачились как дети.
– Хорошо живут, раз так отрываются, – зевнул муж. – Э-эх, мне бы так пожить! Работаешь день и ночь, а конца-края не видать.
– Ты на меня не злишься? – робко спросила я.
– Да нет, но ты впредь не напивайся так, мало ли что может случиться!
– Я уж постараюсь!
Проводив мужа на работу, я выпила чудо-пилюлю, включила ноутбук, открыла файл «Летопись. doc» и, выделив все написанное ранее, удалила к чертям собачьим.
– «Вдали от городской суеты, в живописном уголке, лидеры лучшей в мире компании отдыхают на лоне природы, отринув заботы и проблемы», – манерно произнесла я и, переполняемая впечатлениями, стала набирать текст. На этот раз мне даже не пришлось входить в образ. Слова рождались сами собой и складывались в хвалебную оду компании. За два часа я накатала десять страниц текста. Удовлетворенная работой, я откинулась на спинку стула, закурила сигарету и перечитала текст на предмет наличия ошибок. На экране мобильного телефона загорелась надпись: «Адская баба». Под этим кодовым названием был зашифрован человек, к которому я испытывала самые «нежные» чувства, – моя свекровь.
 
«Чего это вдруг?» – подумала я, неохотно подняла трубку и процедила сквозь зубы:
– Я вас слушаю.
– Здравствуй, деточка, – раздался дружелюбный голос свекрови.
«Ни фига себе», – подумала я и ответила:
– Здравствуйте, Алла Борисовна.
– Я нахожусь недалеко от вашего дома, можно я загляну к тебе на несколько минут? – вкрадчиво поинтересовалась свекровь.
Фраза «можно ли я загляну», прозвучавшая вместо привычного «я иду, ждите», ввергла меня в ступор.
– Можно, конечно, – промямлила я.
– Спасибо, деточка. Буду через пять минут.
Выключив телефон, я подскочила и забегала по квартире, пытаясь хоть как-то подготовиться к визиту свекрови. Перво-наперво запихнула в шкаф все разбросанные вещи, или «вечный бардак», как именовала его свекровь, открыла все балконы и форточки и, размахивая полотенцем, попыталась выветрить запах табака. Раздался звонок в дверь. Я спрятала пачку сигарет и пепельницу в шкаф и побежала открывать. На пороге с букетом ромашек и полной корзинкой малины стояла мать моего мужа.
– Деточка, как я рада тебя видеть! Можно мне войти? – улыбнулась свекровь, обнажив тридцать два вставных зуба.
– Да, конечно, я не ждала гостей, но раз уж пришли… – Вздох досады мне подавить не удалось.
– Я еще раз извиняюсь, что пришла без предупреждения…
«А когда ехидничала, карга старая, то не извинялась», – подумала я и улыбнулась в ответ:
– Ничего страшного. Проходите.
Свекровь переступила порог, о чудо, сняла обувь, которую она никогда не снимала прежде, мотивируя это тем, что пол в моей квартире грязнее, чем асфальт на улице, и вприпрыжку побежала на кухню.
Я закрыла дверь и пошла следом. На кухне свекровь поставила на пол корзину с малиной, присела на стул и достала из кармана платочек.
– Так жарко на улице, – вздохнула она, вытирая испарину со лба.
– Да уж, – ответила я и хлопнула дверцей шкафа, из которого выглядывала пачка сигарет.
Свекровь протянула мне букет ромашек и торжественно произнесла фразу, услышав которую я чуть не упала в обморок:
– Я хотела извиниться перед тобой за свое не очень корректное поведение!
От неожиданности я плюхнулась на стул и обомлела.
Этого момента я ждала четыре года. Прокручивая в голове ситуацию с извинениями, я блаженно улыбалась, представляя, как это будет происходить. Даже целую тираду для такого торжественного случая придумала, которую должна буду надменно произнести, когда свекровь придет ко мне каяться в грехах:
«Алла Борисовна, я рада, что вы осознали свои ошибки. Надеюсь, что впредь вы не будете говорить мне гадости, маскируя их под материнскую любовь. И еще, коль уж вы извинились, считаю своим долгом сказать, что меня жутко раздражают ваши привычки навешивать ярлыки, шарить у меня в спальне, критиковать мою стряпню и заглядывать в шкафы. Помимо всего вышеперечисленного, меня раздражают ваше безграничное ехидство, ваша привычка ковырять в зубах за столом и ваши огурцы-переростки, которыми вы пичкаете меня все лето. Еще меня раздражает то, что вы имеете обыкновение приходить в мой дом, когда вам заблагорассудится, и сидеть на кухне, разглагольствуя о судьбах человечества и тем самым отвлекая меня от работы. И коль уж вы извинились, знайте, что все это раздражало меня настолько, что иногда я готова была огреть вас сковородкой. А теперь давайте дружить, Алла Борисовна!»
Вот такой замечательный монолог я припасла на случай, если свекровь придет с извинениями. И вот теперь, вместо того чтобы произнести его, я выпучила глаза и онемела как рыба.
– Я пришла извиниться и сказать, что очень хочу, чтобы все наши недомолвки остались в прошлом. Держи! – Свекровь резво вскочила со стула, протянула мне букет и чмокнула в щеку.
– Спа-спа-спасибо, – еле вымолвила я, сжимая букет.
– Ты ведь не держишь на меня зла? – поинтересовалась свекровь.