След паука. Часть первая
Сквозь собственные всхлипы она услышала рычание, разлепила мокрые от слёз ресницы и охнула, увидев прямо перед собой, по-прежнему в полнейшей черноте, своего белого пса. Протянула руку – он ткнулся лбом ей в ладонь и глухо заворчал.
– Я вижу тебя, – прошептала Тайра. – Но… как же? Я ведь теперь слепая.
Пёс рыкнул, мотнул головой и схватил девушку зубами за юбку, потянув куда-то в сторону. Удостоверившись, что она идёт за ним, отпустил ткань и гордо зашагал дальше. Вперёд, в темноту.
С каждым его шагом мир вокруг светлел. Тайра видела, что идёт не по черноте – под ногами у неё трава, а сверху – небо, полное звёзд. И слева, и справа – деревья, а прямо перед ними – светящаяся гладь реки с ярко-белой лунной дорожкой.
Тайра подошла совсем близко, села на корточки и коснулась ладонью прохладной воды. Она видела, как её пальцы погрузились в воду, вода дрогнула, и по ней пошли круги.
– Спасибо, – сказала Тайра тихо и улыбнулась, когда пёс лизнул её щёку. – Ты самый лучший.
Он фыркнул, как ей показалось, довольно, и плюхнулся рядом. Тайра обняла его, прижалась и, закрыв глаза на мгновение, глубоко вздохнула, принюхиваясь.
Собаки – настоящие собаки – пахнут иначе. Её пёс пах человеком. Хорошим табаком, мятой, и совсем немного – молоком.
За прошедшие годы она наизусть выучила этот запах.
На этот раз они вместе плавали в озере, и когда Тайра проснулась, она улыбалась ещё несколько мгновений, вспоминая свой сон. Яркое и жаркое солнце, ощущение гладкой и тёплой воды на коже и жёсткой шерсти пса под ладонью, шелест ветра в кронах окружающих озеро деревьев… Сон был чудесен, как и всегда. И подарил Тайре счастье и покой.
Она перевернулась на другой бок и вздохнула. Ещё пару часов можно поспать, Тайра чувствовала это. Она всегда понимала, сколько времени, и без всяких часов. Эта способность пробудилась в ней после потери зрения.
А потом нужно будет идти в посёлок по делам. Хорошо, что отец освободил её от обязанностей ухаживать за их гостем, сказал, что всё возьмёт на себя. Правда, и не рассердился на его действия, даже наоборот – попросил Тайру не горячиться и не судить слишком строго «раненого мальчика». Это было странно – обычно Моргану очень не нравилось, когда кто-то пытался трогать его дочь. А тут…
Тайра нахмурилась и сжала кулаки. Она ещё не успела сказать отцу, что вспомнила, кем был тот мужчина с жуткими чёрными глазами из предсказания об их госте. Конечно, она никогда его не видела, но много раз слышала о нём. Все слышали об императоре.
Она расскажет то, что вспомнила, утром. Правда, Тайра почему-то не сомневалась, что отец понял всё гораздо раньше, чем она. Более того – он наверняка знает, кто такой этот парень, которого он самолично притащил к ним домой.
***
Он проснулся резко, как от удара, и сразу приподнялся с постели, оглядываясь.
Рядом на табуретке сидел незнакомый мужчина.
– Кто ты? – спросил Риан резко, не понимая, почему не ощущает эмоций ночного визитёра. Тайру он вчера вроде бы чувствовал… или нет? – И что тебе нужно?
– Меня зовут Морган Рид, – ответил собеседник спокойным и тихим голосом. Голос этот шёл вразрез с его внешностью – больше всего на свете Морган Рид напоминал Риану медведя. Большого и косматого медведя. – И ты находишься в моём доме. Тайра – моя дочь.
Парень фыркнул.
– Что, уже нажаловалась?
– Тайра никогда не жалуется. – Морган чуть наклонился, сурово глядя на него, и Риан почему-то слегка испугался. Наверное, потому что до сих пор не очень понимал, в чём дело и что происходит. – Слушай внимательно, мальчик. Тебе нужно сделать выбор: либо ты остаёшься в этом доме, либо его покидаешь.
– Я…
– Я не договорил. Вчера я нашёл тебя недалеко от Геенны, судя по ране, ты столкнулся с демоном.
– Я попал в зону активации…
– Подожди. – Несмотря ни на что, даже сейчас Морган не повысил голос. – Не перебивай, а слушай. Мне не нужны твои объяснения, я и так всё прекрасно понимаю. Я знаю, кто ты, и что делал у Геенны. – Риан вытаращил глаза, и хозяин дома усмехнулся. – Ты далеко не первый, кто пытается скрыться от дознавателей подобным образом. Так вот, мальчик, я принёс тебя сюда, вылечил, а также закрыл возможность для любого поиска. В том числе для кровного.
– Что?! – Риан едва не подпрыгнул. – Но это невозможно!
– Возможно. В настоящий момент никто из твоих родственников, в том числе твой дядя, – на лице мужчины вновь появилась ухмылка, – не сможет тебя найти. Итак, выбирай – либо ты остаёшься здесь под защитой амулета, который я для тебя сделал, либо немедленно уходишь без него и разбираешься со своими проблемами без моей помощи.
Риан смотрел на Моргана с недоумением, не понимая, зачем ему это. Не может же этот человек помогать бескорыстно?
Но вместо того, чтобы спросить «зачем», он поинтересовался:
– А где этот амулет? И… у меня был свой, иллюзорный и защитный. Он где?
– Твой амулет сгорел. Там были хорошие чары, если бы не они, ты бы не выжил, – пояснил мужчина невозмутимо. – Мой амулет вживлённый, поэтому увидеть его ты не сможешь. Но если вдруг убежишь или ещё как-то захочешь одурачить меня, он перестанет работать.
Риан нахмурился.
– Я тебе не верю. Обмануть кровную родовую магию нашей семьи нереально.
– Ты так думаешь? – Морган поднял широкую бровь. Она была полуседой, как и его волосы, и густая борода. – И блокировать твою магию, наверное, тоже нереально, да? Что ж, раз так, попробуй ею воспользоваться.
– Я уже пробовал, – буркнул Риан мрачно. – Эмпатии у меня будто бы нет и не было, и вообще… ничего не чувствую. Так случалось пару раз, когда меня блокировал дядя, но… ты же не он.
– Бесспорно, я не он. Однако, подумав ещё немного, ты поймёшь, что если бы тебя кто-то чувствовал, здесь уже были бы дознаватели. А их нет.
– Может, сегодня прибудут, – возразил парень упрямо. – В конце концов, я у тебя меньше суток…
– Полагаешь, главный дознаватель стал бы настолько медлить?
Риан поморщился. Не меньше, чем дядю Арена, он ненавидел только Гектора Дайда. Безродная и бесцветная псина, а воображает о себе невесть что!
– Ладно, допустим, я тебе верю. Что ты хочешь за помощь?
Морган кивнул, и в его глазах мелькнуло торжество. Эти глаза тоже выбивались из медвежьего образа – несмотря на неяркий свет стоящей на столике немагической лампы, Риан ясно видел, что они ярко-голубые, как лепестки незабудки.
– Я хочу, чтобы ты женился на моей дочери.
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
В понедельник Гектор проснулся задолго до будильника – по браслету связи его вызывал император. Дайду было не привыкать к подобным вызовам со стороны Арена, поэтому он быстро оделся и перенёсся во дворец.
На часах было шесть утра, но здесь уже кипела жизнь. Тихая и практически молчаливая, но отточенная, как обвинительный приговор. Гектор, усмехнувшись возникшему сравнению, кивнул сопровождавшим его охранникам и открыл дверь в кабинет императора.
Арен был здесь, сидел за столом, склонившись над стопкой каких-то документов, и тёр глаза. Выглядел он так, будто не спал несколько ночей – хотя, скорее всего, так оно и было.
– Доброе утро, ваше величество, – поздоровался Гектор, подходя к столу. – Вы сказали, что-то срочное, поэтому я не стал заходить в комитет за материалами по расследованию.
– Потом доложишь, – произнёс император глухо, поднимая голову. Его чёрные глаза казались сейчас мутными. – Придёшь на совещание в десять. А сейчас я хочу поговорить о другом. Со вчерашнего дня я перестал чувствовать Адриана. Это значит, что он умер.
Брови Дайда поползли вверх.
– Неужели оказался в зоне активации Геенны и нарвался на демона?
– Возможно. Но, знаешь, – его величество коснулся ладонью лба, словно у него болела голова, – в последнее время в моей жизни происходят такие события, что я не удивлюсь, если племянник всё-таки жив. Просто кто-то нашёл способ обмануть мою кровную родовую магию.