Ростки лжи (СИ)
Меня смущало только то, что герцог, ударивший с другой стороны, так и не появился.
— Держите здесь оборону и не дайте никому закрыть ворота. — скомандовал я.
А затем направился на противоположную сторону барбакана.
На левой стороне стен меня ждало прелюбопытное зрелище. Все бойцы герцога были повержены: а сам он, зажимая резаную рану на животе, с ненавистью смотрел на короля, стоя в кольце королевских гвардейцев.
Король взмахнул великолепным полуторным мечом, смахивая с него кровь. В рукояти оружия поблескивала гигантская бирюза, окружённая мелкими сапфирами. Он был одет в лёгкую, переливающуюся кольчужную броню из синей чешуи, на голове сверкала корона из бирюзы и сапфиров.
— Разрубает даже сталь. Отличное оружие, правда? — улыбнулся Элион Ганатра. — Впрочем, тебе всегда недоставало чего-то, брат. Ни мудрости, ни мастерства фехтования… Сдавайся. Всё скоро будет кончено. Я обещаю тебе…
Мощный удар моей булавы прервал монолог короля, расшвыривая ту часть кольца гвардейцев, что стояла ко мне спиной.
— А я обещаю тебе, что сегодня ты перестанешь быть королём. — прогудел я из-под шлема.
Король мгновенно обернулся и посмотрел на меня с неподдельной злостью. Вокруг него немедленно сомкнулась коробочка гвардейцев. Несомненно, он прекрасно понял, что раз я стою здесь, защита на другой стороне барбакана пала, и это значит что сейчас мои воины открывают ворота.
— Твоя крепость вот-вот падёт, король. Ворота уже открыты. — словно вторя в моим словам, из-под барбакана послышались звуки боя. — Сразимся в последний раз за королевский титул, один на один? Или мне придётся победить всех твоих людей до единого, прежде чем сорвать с тебя корону?
Элион скрипнул зубами. На миг мне показалось, что он вот-вот прикажет убить меня на месте: столько злобы и ненависти было в его глазах.
— Я покажу тебе, как сражаются настоящие короли, ничтожество. — холодно произнёс он.
Гвардейцы короля отступили назад, организовывая нам широкое поле на стене. Герцог Шеридан устало присел к одной из зубцов, продолжая зажимать рану, но продолжал крайне внимательно наблюдать за нами. В его глазах светилась надежда.
Я с размаху ударил своей огромной булавой короля, ожидая, что тот будет уклоняться. Однако тот удивил меня: мощным встречным ударом он заставил мой, казалось бы, сокрушительный удар отлететь в сторону! А затем с немыслимой скоростью рванул вперёд, обрушивая на меня удар!
Я едва успел подставить щит. На незыблемом, великолепном, откованном из превосходной стали щите странников появилась глубокая борозда.
Что-то было не так. Человек просто не может двигаться так быстро и бить так сильно. Да северные гиганты были слабее!
Пока я думал эту мысль, я успел пропустить несколько ударов. Король явно не был мастером фехтования, но вот сила и скорость, которую он вкладывал в удары, была просто немыслимой: несмотря на то, что тот бил в самые прочные места моей брони, великолепные латы странников прогибались под ударами, получая глубокие зарубки!
Если так и дальше пойдёт, он меня прямо здесь разрежет на части. Но я уже понял в чём дело.
Король тянул жизнь из всех своих гвардейцев вокруг, и это давало ему немыслимую, невозможную для человека силу, скорость и регенерацию. И пока мои люди не подойдут поближе, он вполне имел все шансы нарезать меня на ломтики. Да и не факт, что присутствие моего войска помогло бы мне: я даже близко не умел усиливать себя жизнью НАСКОЛЬКО. А руки и ноги у меня мёртвые…
Выиграв мгновение путём ещё нескольких зарубок на латах, я отпрянул назад, к башне, и, резко сосредоточившись, ударил тонкими, невесомыми лезвиями сотканными из энергии смерти, со всех сторон от короля.
В воздухе на миг проявилась почти незаметная, едва видимая, черная дымка.
Элион Ганатра на миг споткнулся, промахиваясь очередной атакой. Сработало! Я рассёк нити жизни, что связывали его с его людьми! На восстановление уйдёт время, а это то что мне нужно!
Не теряя больше ни секунды, я обрушил на короля новый удар булавы. Он вновь попытался блокировать его, но в этот раз удар просто выбил меч из его рук.
От нового удара король ушёл перекатом, подхватывая меч вновь, и попытался контратаковать, но относительно его былой силы и скорости это выглядело как жалкие попытки.
Я принялся уверенно теснить его.
— Как ты это сделал мерзавец? — прошипел сквозь зубы король.
Теперь уже я гонял его по площадке, заставляя уклоняться от тяжёлых ударов, что выбивали каменную крошку из зубцов крепостных стен.
— Что именно? — изобразил недоумение я.
Король коротко выругался, понимая, что ответа не получит, и ушёл в глухую оборону. Я понимал, что он пытается сделать: восстановить связь, чтобы вновь получить преимущество. И когда его движения стали вновь ускоряться, я вновь ударил лезвиями смерти вокруг него, рассекая незримые нити жизни. Король тяжело задышал…
Нет, в его глазах не появилось обречённости. Там была лишь мрачная решимость идти до конца, и он отнюдь не намеревался проигрывать.