Ростки лжи (СИ)
Настоящее эхо из зловещего шипения словно набатом ударило в виски, отозвавшийся в них сильной болью. Едва удержавшись от стона, я предпринял более осторожную попытку сосредоточиться на сенсорике, мягко ощущая мир вокруг, закрыв глаза. Словно множество чёрных вспышек вокруг меня взрывались и пропадали, отзывая эхом в сознании. Мгновением позже я осознал, что это были смерти: смерти живых существ! Но не северных гигантов, нет, это были смерти десятков и сотен змей, которые погибали с немыслимой скоростью!
Попытка дотянуться до этих вспышек отозвалась мощным приливом сил смерти. Серые нити мёртвой плоти на груди налились вновь налились чёрной. Я мерно вдохнул и выдохнул, пытаясь настроиться на медитацию и впитать в себя как можно больше энергии, рассеянной вокруг.
Количество отголосков чужих смертей снижалось. Бой скоротечно затухал, и насколько я мог судить, победа была за нашей эскадрой. Преодолевая лёгкую боль в груди, я решительно поднялся на ноги, слегка пошатнувшись. Возможно, настала пора привыкать к своим новым ногам. Ощущались они странно: наверное, так чувствуют себя те, кто учится ходить на протезах.
Пошатываясь и опираясь рукой на стены, я поднялся на палубу. Запах змеиной крови и поток холодного воздуха ударили в лицо, заставляя поплотнее закутаться в плащ.
Команда “Порыва”, весело переговариваясь, свежевала змеиные туши и сноровисто снимала с них шкуры, кидая большую часть требухи за борт. Несколько воинов разместили прямо на палубе походные коптильни и принялись готовить мясо. Кто-то достал каменную жаровню…
Моё появление заметили, и кто-то послал за Вальгардом. Однако вождь явился ко мне далеко не сразу: похоже, выслушивал отчёт. Ожидая главу северного ветра, я облокотился на борт судна и пересчитал корабли в эскадре: все шестнадцать были цели, и непохоже, что хоть один сильно пострадал. На палубах других кораблей занимались примерно тем же: свежевали и разделывали змей. Хотя и не всех: их было так много, что многие трупы просто бросали за борт, лишь выбивая клыки. Вода вокруг слегка покраснела от змеиной крови…
— Как твоё здоровье? — участливо осведомился Вальгард.
— Прихожу в себя. Хотя потребуется некоторое время, чтобы привыкнуть к новым ногам. Впрочем, закончим эту кампанию — прикажу целителям вырастить новые.
— Твои раны не помешают планам?
— Нет, вряд ли. — отрицательно качнул головой я. — Быть может, даже облегчат: мёртвые ноги не устают и я могу идти на них без отдыха сутками. В бою будет непривычно, конечно, но успех нашей кампании слабо зависит от моих навыков мечника.
— Тебе виднее. — пожал плечами гигант. — У тебя есть какое-то дело или ты просто вышел посмотреть на змеюк?
— Хотелось бы услышать отчёт о потерях. Насколько я вижу, их напало заметно больше. Навскидку пара тысяч…
— Потери? — на лице Вальгарда появилось неподдельное непонимание. — Это всего лишь желтоперки. Их даже дети иногда на побережье ловят, если в реку заплывут. Ребята немного размялись, да и только. Не думаю, что кто-то погиб. На “Порыве” даже никто не ранен, на флагман я брал лучших. Слышал, что на “Вестнике дождя” пара молодых ребят поскользнулась на змеиной крови и свалилась за борт, и теперь над ними все смеются, но вряд ли кто-то погиб. Мне бы доложили.
В эмоциях гиганта было серьёзное изумление. Похоже, смерть сына льда от крупной змеи в его картине мира была событием совершенно невозможным. Впрочем, если так подумать, что змея сделает гиганту? Задушить не сможет, слишком они крупные и прочные. Яд на них почти не действует. Покусает разве что, да вот только вспоминая свой собственный кулачный бой с сыном льда, я понимал, что, вполне возможно, змея может и клыки обломать. Особенно слабая змея, что полагается на свой яд…
— Много их было? — спросил я просто для того, чтобы поддержать диалог.
В моей памяти всё ещё вставало нападение змей на наш одинокий корабль. Больше десятка людей погибло, и если бы не огненный шторм Итема, могло бы и больше. Тогда змея сломала шею Мелайе одним ударом. Дети, значит, ловят…
— Тысячи две точно, может больше. — Вальгард довольно улыбнулся. — Всем хватит на новые сапоги, и ещё останется. Мясо закоптим: деликатесов хватит до конца похода.
Морской ветер усилился, и я съёжился, кутаясь в плащ. Вальгард же стоял безмятежно, не замечая прохлады. Похоже, здесь моя помощь совсем не требовалась.
Следующие две недели пути, прошли почти безмятежно. Я просто отдыхал, затягивал раны и ходил взад-вперёд по палубе, привыкая к новым ногам. Если какие-то проблемы и возникли у эскадры, мне о них не сообщали, считая неважными. Однако когда до выхода из диких земель оставалось около недели пути, Крегорн зашёл ко мне в каюту и разбудил меня на рассвете.
Рыцарь смерти нависал над моей кроватью чёрной громадиной. Его глаза слегка светились во мраке каюты мерным слабым серым светом.
— Остальные пока так и не решили, стоит ли беспокоить вас, но я уверен, что вам стоит на это взглянуть. — глухим голосом пробасил пронзающий мрак.
Я поднялся на палубу, покрутил головой, но так ничего и не обнаружил. Из всех странностей можно было отметить только то, что эскадра кораблей растянулась цепочкой, следуя одним за другим. Присмотревшись, я обнаружил что на каждом корабле вдоль одного из бортов находятся линии лучников.
Подойдя к борту, я обнаружил капитана Зинча, магистра Пикус, Вальгарда и Исгерда стоящих вместе. Они со смешанным чувствами смотрели на стену тумана.
Туман диких земель так и не отпустил нашу эскадру не на миг. Шаманам клана приходилось, сменяя друг-друга постоянно поддерживать над кораблями своеобразные куполы, расталкивающие его в сторону. Но дальше, чем на несколько сотен метров от кораблей видимость была нулевая: плыть приходилось, ориентируясь по берегу. Впрочем, сейчас и его не было почти не видно и создавалось странное, пугающее ощущение, что вокруг лишь открытый океан.