Город спасения (ЛП)

Лисица точно знает, что делает, смотря на меня сквозь свои густые ресницы. Она — сирена, заманивающая на верную смерть.
— Ты заставишь меня кончить, даже не взяв в рот, — сказал я, вытаскивая пальцы и проводя ими по всей длине ее торса, скользя под пояс шорт. Она резко вдохнула, когда я закружил вокруг ее клитора поверх кружева стрингов.
— Пора заняться настоящим делом, Никки, — ухмыльнулся я. Она облизнула губы, как будто собиралась отведать свое любимое блюдо, и, блять, я надеялся, что так оно и будет. — Я заполню твое горло спермой. Проглотишь, малышка? — спросил я, проводя пальцами по ее скользкой киске.
Она прикусила губу, кивая головой.
— Каждую каплю, Декс. Не нужно недооценивать меня, — насмехалась она, прикусывая мою губу, прокусывая кожу, посасывая ранку.
Я застонал так громко, что люди, наверное, услышали. Нечасто встретишь женщину с таким грязным ротиком, и я хотел знать, на что еще она способна.
Без предупреждения я погрузил в нее пальцы, она уронила голову мне на грудь, тяжело дыша. Она была чертовски готова, у меня даже в груди заурчало от гордости.
— Посмотри, какая ты влажная для меня.
Я умирал от желания снова ощутить ее вкус на своем языке, но не хотел торопиться, поэтому пошел на компромисс.
— Смотри на меня, Никки, — сказал я, ухмыляясь ее протестам, вытаскивая пальцы.
Она наблюдала за мной с восторженным восхищением, прикусывая губу и потирая бедра друг о друга в попытке найти хоть какое-то облегчение, пока я облизывал пальцы.
— Тебе не достанется все веселье, Декс, — сказала она, опускаясь на пол и расстегивая мою ширинку. — Я хорошо выгляжу, стоя на коленях.
Мой член вырвался на свободу, и я застонал так громко, что разбудил бы мертвого, когда она томно дрочила мне, слизывая каплю преякулята.
Я отбросил ее руку, заменив своей.
— Ты всегда хорошо выглядишь, Никки, — выдохнул я. — Но когда стоишь на коленях с моим членом во рту… от этого, блять, захватывает дух.
Я провел членом по изгибу ее губ, она высунула язык навстречу моей головке, но я отодвинулся подальше, наслаждаясь ее хныканьем.
Никки зашипела, когда я схватил ее за подбородок, ее желание было очевидным. Щеки раскраснелись, глаза остекленели, губы припухли от наших поцелуев… Этот образ останется со мной навсегда.
— Попроси по-хорошему.
Никки недоверчиво моргнула, потом ее открытый рот изогнулся в улыбке, и она наклонилась вперед на четвереньках. Одарила мои бедра поцелуями и укусами, смотря на меня сквозь ресницы, потом провела языком по внутренней стороне моего бедра.
Проклятье.
— Декс, — сказала она хриплым голосом. — Милый, пожалуйста, трахни мой рот по самые яйца.
Я застонал, откинув голову назад, смотря в потолок, прося бога спасти мою гребаную душу, потому что сейчас совершу несколько очень греховных поступков.
Моему члену было насрать, что ее слова сочились сарказмом.
Именно это я хотел услышать.
Без предупреждения я вонзился в ее теплый рот, и перед глазами все побелело. Это было похоже на гребаный религиозный опыт, а я еще даже не был внутри ее киски.
Она замурлыкала вокруг моего члена, влажные сосущие звуки заполнили комнату.
— Вот так, злючка, — простонал я, рукой зарываясь в волосы, направляя ее. — Посмотри, как ахуенно сосешь. Принимаешь каждый дюйм, слюни стекают по шее, — я толкнулся, задев заднюю стенку ее горла, застонав, когда она подавилась. Ощущение было божественным, и ее взгляд дал понять, что она тоже в восторге.
Ее рука скользнула вниз по торсу, исчезая из поля моего зрения, но я точно знал, зачем, когда ее веки затрепетали и закрылись. Я чертовски сильно хотел прикоснуться к ней.
Искушение было слишком велико, и я вытащил член, застонав, наблюдая за тянущейся слюной.
— Мне понравилось, — сказала она, изогнув бровь. Рука Никки все еще ласкала клитор, и рычание, вырвавшееся у меня, было скорее животным, чем человеческим.
Мои пальцы сжали ее запястье, останавливая.
— Твои оргазмы принадлежат мне. Будешь кончать на мой член. А теперь иди и встань у кровати.
 
Она сверкнула глазами, в которых плясал вызов, но сделала, как ей было велено. От ее послушания мой член дернулся.
— Раздевайся, наклонись над кроватью и раздвинь ножки. Дай посмотреть, как твоя киска течет по мне.
— Клянусь, я ненавижу тебя, Декс, — выдохнула Никки, снимая шорты, нижнее белье и сбрасывая майку, занимая позицию.
Черт.
— Не правда.
Я смотрел, как она склонилась над кроватью, выставив напоказ свою сочащуюся киску. Картинка была идеальной, ее длинные волосы каскадом ниспадали между лопаток, ложась на сексуальный изгиб спины.
Бесшумно ступая, я двинулся к ней. Шлепнул по попке, и она взвизгнула от боли, потом застонала, когда я погладил.
— Ты была мокрой всю ночь, злючка? — еще шлепнул по ее покрасневшей заднице.
— Да.
Ее ответ прозвучал как нечто среднее между стоном и хныканьем.
От этого звука мой член дернулся в руке, когда я расположился позади нее, восхищаясь идеальной позой.
— Никки, ты принимаешь противозачаточные? — спросил я, водя костяшками пальцев вверх и вниз по ее влажной щелке, потом погружая один палец. Кивнуть — это все, что она смогла сделать. — Хорошо, потому что я наполню тебя своей спермой, и мы с тобой оба не святоши, чтобы пугаться подобного.
Смех, который она издала, перешел в стон, когда я схватил двумя руками ее задницу, вгоняя в киску свой член. Я сразу же потерялся, когда она туго сжалась вокруг меня.
У нее останутся синяки от того, как сильно я сжимал ее бедра и трахал, но эта мысль только подпитывала меня двигаться быстрее.
— Блять… Декс! — закричала она, ее рука запуталась в простынях.
— Тебе приятно, малышка? — прохрипел я. — Потому что я в гребаном раю.
При каждом толчке мой пресс соприкасался с упругой попкой Никки, и я не мог удержаться, чтобы не шлепнуть ее.
Это нереально. Такого удовольствия я никогда раньше не испытывал.
Я мечтал о том, чтобы каждая частичка ее тела была в моем распоряжении. Но каждая фантазия не соответствовала реальности того, как ее киска растягивалась вокруг меня, пока она принимала мои толчки.
Я просто, черт возьми, стоял там в благоговейном страхе, пока она скакала на моем члене.
— Трахай меня, — прошипел я, запуская руки в волосы.
— Да, — дерзко ответила она, оглядываясь на меня через плечо и прикусывая губу. Она, блять, насадилась на мой член до самого конца.
— Ты издеваешься надо мной, — я стоял, загипнотизированный ее задницей. — Повернись, — прорычал я, когда почувствовал, что приближаюсь.
Я едва успел высунуть свой член, а она уже повернулась, и я снова вошел.
— Обхвати меня ногами, малышка.
Затем я глубоко вошел в нее, ударяя тазом по клитору. Она царапала мою спину, расширив глаза, произнося мое имя как мольбу.
— Продолжай. Кончи для меня, малышка, — выдохнул я. Ее вагина начала пульсировать, я протянул руку и ущипнул ее за клитор. И знал, что в ту секунду, когда она кончит, то заберет меня с собой.
— Декс, блять. Вот так. Трахай вот так, — закричала она, ее пятки впивались в мою задницу, она прижимала меня к себе, покрывая своей влагой, терлась клитором.
Мой разум опустел, не зная ничего, кроме гребаной утопии, когда ее стенки сократились вокруг члена, и я извергся в собственном оргазме, наполняя ее своей спермой.
Я как одержимый толкался, продолжая трахать ее до потери сознания, пока мы взлетали и падали вместе.
— Моя. Ты моя, черт побери.
Я ни за что не смогу уйти от нее. Она покорила мое сердце, а я лишь надеялся, что она доверит мне свое.
ГЛАВА 31
ДЕКС
ИЗ-ЗА ЭМОЦИОНАЛЬНОЙ ТРАВМЫ НЕ БУДЕТ МИЛЫХ МОМЕНТОВ
— Это было… черт, — прошептала она мне в грудь. Мы лежали голые в моей постели, наши ноги переплелись.
Я никогда раньше не обнимался с женщиной после секса, и все же я здесь, свернулся калачиком рядом, чертовски очарованный тем, как ее светлые волосы рассыпались по моим рукам и груди.