Елизавета в Мире Теней (СИ)
- Если единственный способ избавиться от браслета и его рабов - убийство Елизаветы, то мы должны сделать это. Существа, которыми она управляет, создают щит от любой магии, направленной против неё и того места, где она обитает, так что я не могу не узнать чем они занимаются с помощью гадания, ни распознать что за колдун проник к нам, ни повлиять на происходящее. Есть девушка, которая сможет нам помочь в этом.
- Кто?
- Лорана. Каким-то образом она узнала о том, что я здесь и пришла просить снисхождения и помощи в обмен на информацию. Бедняжка помогала всем, кто только просил её и всех потом предавала, так что эта экспедиция у неё будет последней и надёжность этой горничной для нас состоит лишь в том, что по каким-то неведомым причинам она успела ужасно невзлюбить Елизавету. Кажется, Лоране обещали место Госпожи Ведьмы и теперь, когда эти ожидания были обмануты, она хочет поквитаться с теми, кто солгал ей. Видимо изначально она хотела понравиться новой королеве, чтобы позже заручиться её поддержкой и теперь попытается вернуться в замок и напроситься в горничные.
- И ты думаешь, что её примут после всего, да и, кроме того, она может рассказать о твоих планах и тогда тебя снова станут преследовать.
- Поэтому нам придётся подождать, пока под наши знамёна не соберётся достаточное количество сторонников, готовых противостоять столице, прежде чем отправлять её с ядом для моей преемницы. Для этого понадобится несколько месяцев.
- Тогда у королевы родится сын, и ты сможешь править от его имени, как ты делала с его отцом и всё вернётся на круги своя. Ты не отдашь никому власть. - Вся нежность улетучилась после этих слов, Генрих отошёл от Терхенетар и смотрел на неё, повернувшись спиной к камину. Шаманка закусила губу и исподлобья наблюдала за своим советником, затем вскинула голову и, с яростью в голосе, произнесла:
- Фьела - это сердце Мира Теней и если оно бьётся с перебоями, то весь Мир чувствует это, поэтому, несмотря на все различия, мы являемся одним королевством. Оставлять правителем кого попало это обрекать всех на гибель, значит нужно воспитать ответственного короля, который будет любить и уважать ту великую честь, которая выпала на его долю, а не метаться в поисках идеальной возлюбленной, наплевав на наши жизни ради собственного мимолётного удовольствия. Тебе не понять этого чувства, потому что ты такой же и сердечное увлечение значит для тебя больше, чем счастье окружающих, которое ты готов поставить на карту ради обладания своей фантазией. Это и позволило вам договориться, когда вы приговаривали миллионы несчастных на одиночество, утверждая смертную казнь и безвозвратно уродуя природу Мира. Вам не понять, что я дышу им, живу ради него, что он весь - мой дом и моя радость, моё создание, и биение его пульса - это биение моего сердца. Я не уступлю его незваным пришельцам, как не уступила бы своё дитя чужой женщине. Если ты не хочешь помогать мне - скажи, и я найду себе другое пристанище.
- Я буду с тобой столько, сколько ты позволишь мне быть рядом.
- Значит, завтра мы обсудим наши планы. Я рада, что ты по-прежнему рядом.
Ведьма пошла к двери.
- Терхенетар, - негромко окликнул Вёльф и посмотрел в чёрные глаза, вопросительно устремлённые на него, - ты правда умолчала о части пророчества?
- Да, твой преемник не солгал. Спокойной ночи, Генрих.
24.
После того, как туман рассеялся над Миром, и даже Долина открыла взорам людей свою красоту, оставив от скрывавшей её столько веков мглы лишь название, к резиденции стали подтягиваться люди, просившие короля и Госпожу Ведьму помочь в розыске пропавших родственников. И, хотя правители знали о тщетности этих попыток, они всё же разослали всюду людей и всячески способствовали добровольцам в поисках. К неимоверной радости одних и удивлению других в лесу нашли нескольких заблудившихся горожан, совершенно обессилевших, так что розыски длились дольше, чем предполагалось и, несмотря на скромные результаты, удовлетворили жителей, так как все придворные, включая даже беременную королеву, разделяли с подданными тяготы лесных блужданий.
Постепенно жизнь входила в привычное русло. Только погода напоминала о произошедших переменах, да порой заболевали люди. Но болезни их были незначительны и к ним немедленно отправлялись травники из замка и снабжали всем необходимым для лечения, которое поправляло здоровье страждущих в считанные часы. Для того, чтобы вызвать помощь Госпожи Ведьмы нужно было только вывесить красный платок на окне и её осведомители тут же приходили с осмотром и отправлялись в резиденцию с точным описанием симптомов. Разумеется, это было не очень приятное новшество, но в этой части королевства искренне верили, что виной всем несчастьям Терхенетар и её проклятье, насланное на королевство за отставку и, как только её найдут и казнят, всё станет лучше. Подобным слухам в немалой степени способствовал Арчибальд, сочинявший ужасные истории о шаманах из мира людей и пускавший их в народ с помощью своих помощников, которых он завёл себе целый штат. Новый премьер так сумел всех обаять, что большинство придворных, мечтавших покинуть Фьелу, быстро оставили эту идею и снова зажили в Селаркацу с прежним размеренным ритмом и ставшими при Виктории регулярными балами. Новая королева с удовольствием занялась преобразованием дворцовых обычаев, моды и даже переделкой комнат, а так же ввела моду на драгоценности. Благодаря ей в столицу снова стали съезжаться многие покинувшие Фьелу аристократы, заселяясь в свои дома и имения. Частые балы и празднества украшала собой смелая и яркая государыня, пока её положение ещё можно было скрыть под одеждой. И хотя все о нём знали и между собой осуждали подобную раскованность, но тем милее всем была прекрасная Виктория, что умела ещё и подавать повод для сплетен. Илорен чаще всего прятался от этой шумихи в замке, вместе с Елизаветой, которая также весьма редко бывала участницей увеселений. Он учил её писать на общем языке и рассказывал о том, какие края есть в этом Мире. С ними был и Гор, почти всюду сопровождавший Лизу. Король помогал Госпоже Ведьме делать обход гвардейцев, которые хоть и не чувствовали жары и холода своей кожей, но получали удовольствие от ухода за ранами. Арчибальд настаивал на том, что воины должны стоять на своих местах и так для них самих намного лучше. В то утро, которое пришло после свадьбы, Елизавета, наспех одевшись, побежала в Долину, чтобы своими глазами увидеть Башню Ведьмы и заглянуть внутрь. Сомнений в дороге быть не могло, так как протоптана была лишь одна тропинка, но в конце её не было здания, только прогалина, лишённая растительности, а в середине Арчи, задумавшийся о чём то. Увидев Лизу, он радостно приветствовал девушку и сказал:
- Вижу, и тебя в столь ранний час привела сюда тяга к достопримечательностям, но, увы, знаменитой башни больше нет. Наверное, вернулась к хозяйке в старом качестве. Позволь проводить тебя.
Он взял Елизавету под руку и отвёл в замок. С тех пор они много вечеров провели вместе. Арчибальд отвечал на все её вопросы, но, с условием, что никто не узнает об их разговорах. Лиза держала слово, хоть это было и трудно, особенно рядом с Илореном, который всюду окружал её покоем и удобствами. Рядом с ним всё становилось не важным и те сложности, которыми была полна жизнь Арчи, отходили на второй план, а к концу вечера окончательно рассеивались, как морок, в тёплом и ясном свете, исходившем от короля. Иногда к ним присоединялась Виктория, и весь вечер шутила и заряжала всех своим жизнелюбием, рассказывая забавные истории с празднеств. Премьера практически никто не видел, он правил один за всех и только Елизавета понимала, что ему нужно и подолгу молчала, отстраняясь от собеседников, когда вспоминала о связывавшей их тайне. Пользуясь бесхребетностью Совета, отвлечённостью государя, безразличием королевы и молчанием своей сообщницы, Арчи настраивал механизмы, готовые вовремя заработать и превратить этот Мир в послушную машину, которая станет собирать для него необходимые ресурсы.