Ошибки богов. Тетралогия (СИ)
– Сестра! – Грубо прервал ее новый участник дешевой комедии, полупрозрачный образ седого старика, появившийся рядом с ней. – Хватит издеваться над смертными! Стыдись! Заканчивай здесь, тебя ждут твои обязанности. – И исчез.
– Прошу меня извинить за доставленные неудобства! – повернулась ко мне главная комедиантка. – Ричи, чао! Увидимся! – и растворилась. Рыбка тут же умчалась в неизвестном направлении.
Проводив ее взглядом, вся толпа перевела на меня взгляд.
– А что я – то сразу?! – открестился я. – Я не кидался никому в ноги с клятвой верности. – Взгляд перешел на медленно соображающего парня, смотревшего на меня преданным собачьим взглядом…
Мы с Нами и Сирахоси стояли у огромной расщелины. В отдалении от нас стояли остальные Океаниды. Периметр бдительно охраняли Кровавые касатки с цепными мечами наголо. Толпа расступилась, пропустив скорбную процессию, несущую тело Виви. Шесть девушек, поддерживающих невесомые носилки, плавно остановились перед нами. Мы склонили головы, провожая Вивиану в последнее плавание. Она была прекрасна даже в посмертии. Тело обрядили в похоронный саван, скрывший ужасную рану. Русалки безостановочно рыдали. Я сам поднял тело и подошел к краю расщелины.
– Прощай милая Виви. Я был счастлив с тобой, пусть хотя бы всего несколько часов, – прошептал я, чувствуя, как по щеке катится одинокая слеза.
Я осторожно отпустил ее, и утяжеленный саван медленно потащил ее вниз. Последние лучи заходящего солнца дотронулись до ее лица и мне на грани эмпатического фона послышалось:
– Прощай мой милый лорд…
На главной площади процессия остановилась и Нами, выплыв над затихшей толпой, звонко произнесла в общем режиме:
– Морской народ! За несколько дней мы вытерпели ужасные бедствия! Мы потеряли императора! Лучшие из нас пали в бою с Измененными! – Она немного помолчала, собираясь с силами. – Но это не конец! Мы, дочери Императора, завтра же возвращаемся в Элизиум, чтобы выбрать нового Императора! Ваше море очищено от Глаз Тьмы!
– Не полностью. Основные источники выжжены. Но на мелкие пока не хватает, ни времени, ни возможностей. – Прошептала мне Сирахоси, а согласно кивнул ей в ответ.
– Пусть же Вивиана, преданно служившая вам, станет последней жертвой этого противостояния в вашем море! – кричала, надрываясь Нами. – Живите мирно и любите друг друга! Благодарите Избранного, за помощь, ибо он сегодня спас наш народ от сил Зла!
– Ри-чард! Ри-чард! Ри-чард!
– «Нашли козла отпущения!» – нервно думалось мне. Ерзая на кальмаре, я вымученно улыбался, махая толпе рукой, как вдруг одна из русалочек, преодолев границы буйков, рванулась в мою сторону. Стремительно доплыв до меня, она залпом выпалила уже надоевшую мне клятву, падая перед редалертом. Отпустив жестов подлетевших Касаток, я наклонился, приподнимая странно знакомую девушку, почти девочку, но уже начинающую превращаться в привлекательную самочку.
– Так, так, так, так! А вот это мне уже нравится! Я, конечно, не сторонник настолько ранней любви, но это гораздо лучше, чем появляться тут и видеть парня, целующего твои ноги. – Услышав этот, сочащийся сарказмом голос, у меня окончательно сорвало крышу.
– Так, а ну иди сюда! – сказал я, хватая за сотворенную руку духа. – Объясни уже, что за отношение такое к моей персоне? Почему вы веками говорили со своими детьми, как боги, а со мной ведете себя, как старые друзья?
– Полегче, Ричард! Синяки же будут! – возмутилась духиня, покачивая пятым размером, рассмеявшись, когда я автоматически отпустил ее руку.
– Я бы и рада поведать тебе нашу историю, но, к сожалению, это запрещено на высшем уровне. Даже Легат не даст тебе на это прямого ответа.
– Так вы знаете Судью?
– Легата? Естественно! Он теперь называет себя Судьей? Мда, парень всегда страдал манией величия, – усмехнулась она. – Судья, который не может никого засудить. Легат звучало лучше. Так, заболталась я. Иди сюда моя девочка, не бойся, – протягивая руку к русалочке, сказала она. – Ричард, где ты отхватил такое чудо? Она же просто ангелочек с хвостиком. – Привычным жестом поставив метки, она добавила:
– Смотри, потеряешь ее как Виви, я тебе голову оторву. Вот этой рукой. – И тут же продемонстрировала, незаметным глазу движением срезав верх гранитной скалы, стоявшей рядом. Я нервно сглотнул.
– Не волнуйся понапрасну, Рич, я пошутила. – Засмеялась она. – В смерти Виви нет ни капли твоей вины. Наоборот! Я хочу поблагодарить тебя за то, что ты был с ней в последний ее день. Рич, – посерьезнела она. – В морях и океанах ситуация немного другая, чем на суше. У нас побольше мужского населения, да и размножаемся мы быстрее, несмотря на Проклятие. Тем не менее, не отказывай девушкам, претендующих на твое внимание. Ты никому не повредишь этим. – Она приблизилась вплотную. – Может быть, даже ты заслужишь МОЕ внимание, и поверь – оно дорогого стоит.
Рассматривая пузырьки, оставшиеся после ее исчезновения, я размышлял над ее словами. Русалочка, получившая метку, знакомилась с принцессами, а на меня навалилась странная хандра.
Слишком многое на меня свалилось за последнее время. Надо остановиться и передохнуть пару дней.
– «Доберусь до деревни – нажрусь как свинья. Тут не буду. Подводное похмелье штука тонкая, не стоит рисковать!»…
Девочку звали Фиорой. Ее, только – только вошедшую в период становления, приметил Император, изучавший местность на наличие Глаз Тьмы и пригласил во дворец «познакомиться с его дочерьми». Впрочем, сначала все было чинно и спокойно. Фиора обреталась во дворце, пока принцессы отсутствовали в патруле. Но уже на следующий день случилась трагедия с Сирахоси и про нее все забыли. А к вечеру того же дня все кардинально изменилось. Дворец заполонили суровые Кровавые касатки, сам император замкнулся в тронном зале, многие русалки, работавшие на кухне, и следящие за порядком, пропали. Позже их нашли в тронном зале, с ожогами и ранениями различной степени тяжести, после трагедии с Виви.
– «Это моя вина, надо будет их подлечить» – хмуро подумал я, слушая немудреный рассказ девочки.
Уже на следующее утро, когда дошла весть о пропавшей старшей дочери, по слухам, поплывшей просить помощи у сухопутных рас, Кровавые касатки пошли шерстить дворец, обыскивая все закоулки и выцепляя молоденьких русалочек. Позже выяснилось, что Император хотел самолично отвести их в «пещеру с подарками» по его личному приказу.
– «Понятно, что за «пещера с подарками», – подумал я, – «Хорошо хоть я не опоздал в тот день».
Касатки нашли и ее, хотя никто особенно и не прятался. Никто не ожидал от Императора подлостей, несмотря на странности. Но в тот день все изменилось. Император ввел военное положение. Кровавые касатки шныряли по городу, задерживая и бросая в холодные пещеры всех подозрительных. Жители попрятались по домам.
А во дворце творилось неописуемое. Все русалочки были закованы в цепи и ошейники, неподчинение каралось строго и на месте. Их не убивали. Нет. Но двух девушек, выказавших неповиновение, император забрал в свою комнату.
Их крики долго разносились по дворцу, заставим остальных смириться с судьбой. К сожалению, спасти их не удалось, они покончили с собой в тот же день. Что они видели и чем занимались в комнате с Измененным императором (в этом уже не было сомнений) так и осталось страшной тайной. К полудню вернулась Нами, которая, не заплывая во дворец и благополучно пропустившая все перемены, тут же с больной сестрой и небольшим отрядом умчалась на поверхность. Она успела только рассказать об Избранном, спасшем ее от гоблинов и залечившем все ее раны. Когда она ближе к ночи вернулась во дворец с исцеленной Сирахоси, Император казалось, пришел в себя. Хотя всех девушек согнали в одну комнату, никто не издевался над ними. А на следующее утро Виви получила странный приказ схватить и доставить Избранного, несмотря на радостные вести о принцессах. Нами и Сирахоси пропали из дворца. Девушек, частично расковав, разогнали по дворцу заниматься уборкой. Фиоре повезло меньше остальных – ее Император приказал приковать к трону, собираясь заняться лично после приема. Вестей о принцессах больше не было.