Мой темный Ромео (ЛП)

Он никогда раньше меня так не называл.
Даже когда я пихала свои гениталии ему в лицо, требуя удовлетворения, что происходило ежедневно.
Ромео, которого я знала, не считал сексуально раскрепощенных женщин греховными. Что-то спровоцировало его.
 Или, может быть, ты пытаешься оправдать его токсичную мужественность. 
Выражение его лица оставалось таким же жестким и неумолимым, как и его плечи. 
— Это было твоим намерением, не так ли?
Я ненавидела, что мой аргумент умер, не успев созреть, отрастить конечности и задушить его до смерти. Честно говоря, я видела, как порнозвезды облачались в нижнее белье, в котором было больше ткани, чем в моем платье.
Если бы ветер дул не в ту сторону, каждый мужчина поблизости наслаждался бы открытым видом на мою грудь.
А мужчин рядом было много.
Ветра тоже много.
— Отлично. Если ты хочешь, чтобы я обращался с тобой как с женщиной, поздравляю. Я позволю тебе быть моей маленькой шлюшкой.
Я оторвалась от него, раненная и лихорадочная. Даже на пике нашей ненависти он никогда не осмеливался говорить со мной так. В нем всегда присутствовало уважение.
Но не сейчас.
Он приближался, обжигая рукой мою талию, пока я не подумала, что мои кости превратятся в пыль. Его губы скользнули по моей щеке, остановившись на ушной раковине.
— Встань на колени, достань мой член и дрочи мне, пока я не кончу на весь твой "наряд". Давай. Сделай это.
Мое левое колено инстинктивно подогнулось, но я заставила себя оставаться в вертикальном положении.
Свирепый ветер хлестал нас. Кудри, над которыми я так усердно работала, крутились вокруг нас, как лезвия блендера.
Я отчетливо осознавала, что единственное, что удерживает мои соски от глаз каждого мужчины, это нервный пот, который приклеил крошечный лоскут, покрывающий их, к моей коже.
Если бы только у меня хватило смелости, я бы приняла его блеф. Опуститься на колени. Взять его в рот на глазах у всех его сотрудников.
Но я этого не сделала.
Вместо этого я приросла к земле, боясь упасть, если двинусь, но зная, что Ромео никогда не позволит мне упасть.
— Я так и думал, Печенька, — его пальцы скользнули прямо под мое платье, впиваясь в мое бедро. — Я собираюсь сжечь этот наряд дотла, вместе со всем остальным, что я нахожу неподходящим, как только приду домой сегодня вечером. Думаю, ты в конце концов освободишься от меня.
— Освобожусь? — у меня пересохло во рту. Я совсем этого не хотела. Наоборот. — Куда ты идешь?
— В тюрьму.
— Что?
— Где еще я окажусь после того, как вырву глаза каждому мужчине, который использовал их, чтобы раздеть тебя?
 Исследуя его лицо в поисках сарказма, я нашла только четкую пустоту и предупреждение о том, что должно было произойти.
На асфальте машина манила меня, приглашая бежать. Но я не хотела терять лицо перед его отцом и коллегами. Я никогда не дам Ромео такого удовольствия.
— Оу, — я стряхнула невидимую ворсинку с его костюма. — Боишься, что я сбегу с настоящим мужчиной? Может быть, с тем, у кого нет проблем с отцом размером с Вьетнам? — я проигнорировала его жесткий взгляд. — Разве я сказала Вьетнам? Слишком маленький. Я имела в виду Китай.
— Следи за своим ртом, — он зарылся пальцами в мои волосы, что издалека могло показаться нежной лаской, но в его рывке было явное предупреждение, — или сегодня вечером я трахну его так сильно, что ты не сможешь есть неделю.
Его слова не должны были намочить мои трусики.
Тем не менее они это сделали.
Больше всего на свете я была патетически рада, что он еще не закончил со мной.
Я наклеила улыбку. 
— Попробуй засунуть свой член мне в рот, малыш. Я откушу его и исполню твое желание никогда не иметь детей в этой жизни.
— Даллас, милая, — старший махнул рукой, приглашая меня присоединиться к нему, — ну давай же. Мы собираемся начать тренировку. Ты не захочешь пропустить эту красоту.
Я поспешила к нему, главным образом для того, чтобы убежать от Ромео, прежде чем я потеряю его.
Когда я подошла к старшему, он поцеловал меня в щеку, протягивая мне пластиковые очки.
 
— Надеюсь, мой сын не доставит тебе слишком много хлопот.
Брюс раскошелился на наушники с шумоподавлением. 
— Младший может быть немного незрелым.
Я отвернулась, пытаясь сосредоточиться на «Хаммере». Цвета хаки, с колесами, достаточно большими, чтобы сровнять торговый центр, и, вероятно, оплаченный моими налоговыми долларами.
Ну, налоговые доллары Ромео.
Плюсы безработицы.
Старший указал на машину. 
— Мы являемся единственными подрядчиками восьми прототипов «Хамви» для армии США. Это наше последнее творение, — он положил руку на предплечье Брюса для равновесия. — Мы производим более двадцати тысяч «Хамви» в год, но ни один из них не уступает этому малышу вполовину. «HMWWV3».
Я могла бы придумать более броское название, но, вероятно, не мне было предлагать капитальный ремонт маркетинга. Кроме того, оружие, как правило, продавалось без помощи пиарщиков и радиорекламы.
Я кивнула и уставилась на пулеметную установку, направляя все свои усилия на игнорирование предыдущей схватки. Я никогда не была так унижена, как сегодня.
И именно тогда, когда мы приблизились к какому-то перемирию.
Я заставила себя сосредоточиться, отказываясь искать Ромео. 
— Что в нем такого особенного?
— Рад, что ты спросила, — старший переплел свою руку с моей и подошел к кевларовой двери неровными и слабыми шагами. — Боевое стекло достаточно прочное, чтобы выдержать прямое попадание. Он также легкий. Наш самый быстрый «Humvee» на сегодняшний день. Он может нести в три раза больше военной техники, чем наши конкуренты, и включает в себя амортизаторы, способные противостоять большинству баллистических ракет.
— О.
 Прекрасный вклад, Дал. Что дальше? Диссертация? 
Что я действительно хотела знать, так это то, куда делся Ромео. Мне показалось странным, что он упускал любую возможность растоптать Брюса перед его отцом.
Мы остановились перед шеренгой мужчин, одетых в черную униформу, защитные очки и каски. Все четверо моргнули в ответ, как будто я только что нанесла им визит прямо из космоса.
Возможно, я немного переборщила с одеждой.
И все же вспышка Ромео была совершенно неуместной.
Старший указал на человека, стоящего ближе всего к «Хаммеру». 
— Это Мэтью Красински, один из наших лучших инженеров. Мэтт, это моя невестка – Даллас.
Мэтт потянулся к моей руке. 
— Очень приятно.
Я пожала ее, снова бегая глазами в поисках Ромео. Я нигде не могла найти его. Меня охватила паника.
Было ли это той соломинкой, которая сломала спину верблюда? После всего, через что мы прошли? Глупое мини-платье «La Perla» собиралось отправить нас к адвокату подписать бумаги о разводе?
Потом меня поразило.
То, что я знал в глубине души уже несколько недель, но отказывалась сформулировать в уме – я не хотела развода.
Я хотела противоположного разводу. И мои старые трюки – нажимать на его кнопки своим грязным, ленивым, неапологетически шокирующим поведением – не работали. Я не привлекала его ближе.
Я отталкивала его.
Мэтт указал на чудовищный резервуар. 
— Готовы ли вы увидеть этого малыша в действии?
 Нисколько. 
— Конечно.
Но «Хамви» не двигался.
Как и мужчины вокруг него.
Наконец, старший покачал головой, усмехнувшись. 
— Ладно, я вижу, что все немного растеряны. Давай дадим им немного пространства, Даллас, хорошо?
Он положил руку мне на спину, ведя меня к вертолету, пока Брюс шел за нами.
Я окинула взглядом асфальт. 
— Куда делся Ромео?
Брюс устроился с другой стороны от меня. 
— Наверное, пошел дуться. Младший часто так делает. Он не выносит, когда люди хорошо относятся к его отцу. Это неподобающая черта для того, кто должен унаследовать лидерство.