Вниз по темной реке

Начальник дал мне добро поговорить с ней с глазу на глаз, поэтому дверь в гостиную я предпочел закрыть — от любопытных ушей.
— Мисс Ливеринг, — начал я, — вы с утра отправили письмо Джейн…
Девушка кивнула.
— Джейн уехала в понедельник вечером — у нее было безотлагательное дело. Почему вы написали подруге лишь через несколько дней? Разве не переживали?
Изабелла вздохнула, прикусив ровными белыми зубками нижнюю губу.
— Вы ведь знаете, куда Джейн направилась из театра, не так ли?
Девушка бросила на меня умоляющий взгляд. Похоже, горела желанием помочь, и в то же время ее сдерживало какое-то обещание, данное подруге.
— Я скажу мисс Дорстоун, что мне пришлось оказать на вас определенное давление, так что она сможет во всем винить меня, а не вас.
Покосившись на дверь, Изабелла еле слышно заговорила:.
— Ей пришла записка от брата. Сидни просил Джейн приехать немедля.
— Куда приехать?
— Думала, вам рассказали, — удивилась Изабелла. — Он… он в здравнице.
— В здравнице… — повторил я. Что ж, во всяком случае, понятно, почему смутился Дорстоун. — И давно он там?
— Чуть больше года, хотя на Рождество приезжал домой.
— Вы считаете, что Джейн не солгала насчет содержания записки?
— Конечно, нет! Она была так обеспокоена и печальна… А если уж у Джейн такое лицо — значит, у Сидни какие-то неприятности.
— Брат часто ей пишет?
Изабелла отвела взгляд.
— Мисс Ливеринг…
— Он присылает письма мне, а я потом передаю их Джейн, — вздохнула девушка.
— В каком заведении лечится Сидни? — спросил я, втайне надеясь, что заведение не слишком далеко.
— «Седдон-холл». Это в Суррее.
Мое сердце екнуло. Я знал это место. Несколько лет назад о нем писали многие газеты. Основал здравницу человек, сделавший состояние на торговле разными лекарствами и мазями. Однажды ему захотелось устроить место отдыха для людей, страдающих туберкулезом и нервными заболеваниями. Полагая, что долина Темзы рождает миазмы, способствующие развитию заболеваний, заведение он построил как можно дальше от реки и все же достаточно близко к Лондону, чтобы до здравницы можно было спокойно добраться поездом. Джейн вполне могла обернуться туда и обратно всего за несколько часов.
— Миссис Дорстоун придет в ярость, — продолжила Изабелла. — Джейн иногда говорила ей, что остается у меня с ночевкой, а сама навещала брата. Кстати, ее тетка Мэри живет в Суррее, совсем недалеко.
— Почему Сидни поместили в лечебное заведение?
Лицо девушки скривилось от боли — значит, причина могла быть только одна.
— Он пытался покончить с собой?
— Сидни вскрыл себе вены, — прошептала Изабелла.
Я тут же вспомнил порезы на запястьях убитых девушек.
— Он писал Джейн в августе, — пробормотала девушка, пряча глаза. — Умолял ее о встрече, однако миссис Дорстоун спрятала его письмо, и Джейн даже не знала, что Сидни его посылал. Так что на этот раз, когда ей передали записку…
— …не поехать она не могла, — закончил я.
— Прошу вас понять, инспектор. Сидни — не сумасшедший. И вовсе не так слаб духом, как говорит миссис Дорстоун. Он просто чрезвычайно много думает.
В этой фразе я услышал слова любящей сестры.
— Джейн его очень любит, верно?
— Конечно! — Мисс Ливеринг сжала руки так, что побелели костяшки пальцев. — Сидни — чудесный человек. Умный, добрый… Он никак не должен был там очутиться!
Ее голос задрожал. Ого, получается, молодого человека любила не только Джейн Дорстоун!
Я ощутил внутренний толчок. Тут есть какая-то связь…
Изабелла смотрела на меня с таким ожиданием, что я не стал останавливаться на забрезжившей было догадке.
— Надолго ли Джейн обычно оставалась у Сидни?
— Самое большее — на пару дней, поэтому я и решила утром, что уже можно написать ей домой.
Вытащив записную книжку, я сделал несколько заметок и поднял глаза на девушку.
— Мисс Дорстоун надевала в театр драгоценности?
Шанс был невелик, однако почему не спросить? Возможно, убийца обратил внимание на девушек именно по этой причине.
— Надевала. Брошь с камеей — она когда-то принадлежала ее бабушке. Собственно, Джейн ее и не снимала.
 
— Но ничего особенно дорогого на ней не было?
— Нет, Джейн равнодушна к драгоценным камням.
— Спасибо, мисс Ливеринг, — сказал я, поднимаясь и закрывая записную книжку. — Благодарю вас за терпение.
— Когда увидите Джейн, скажите, чтобы она приехала ко мне, — попросила девушка, нервно ломая пальцы. — Терпеть не могу оказываться в подобном положении.
Я надел шляпу, скрыв под ней виноватый взгляд — ведь правды от меня Изабелла не услышала, и торопливо попрощался. Направившись в сторону конюшни на Марлтон-юз, еще раз вспомнил весь разговор, останавливаясь на тех фразах, которыми мисс Ливеринг описывала любовь Джейн к своему брату. Наконец удалось уловить связь, которая мелькнула у меня в голове во время визита: Джейн была предана своему брату точно так же, как и Роуз — своей подруге Эдит Харви. Уж не знаю, какой вывод сделал из этого убийца, однако общие черты налицо: погибли две молодые и привлекательные девушки, а пресловутая преданность казалась еще одной тоненькой ниточкой, связывающей Роуз и Джейн.
Имелось и нечто более очевидное: и та, и другая жили в Мейфэре. Кстати, как и миссис Бэкфорд! В ночь побега на ней было красивое платье; возраст почти как у Роуз и Джейн — лишь несколькими годами старше. И Мадлен не менее симпатична, чем погибшие девушки. А если предположить, что убийца и намечал ее в качестве первой жертвы? Правда, миссис Бэкфорд удалось сбежать…
Я замер посреди улицы.
Когда пропала Мадлен? В среду, верно?
Вытащив записную книжку, я принялся лихорадочно листать страницы. Да, точно. В среду. Как раз в тот день, когда Стивен Бэкфорд в компании Спира ходил в клуб и в театр. Я вышел из оцепенения и двинулся дальше. С каждым шагом мысль о связи Мадлен с двумя жертвами убийцы казалась мне все менее заслуживающей доверия. Что у них общего? Сотни женщин в Мейфэре ведут практически один и тот же образ жизни. Мадлен замужем — никаких секретных помолвок, да и покидать дом, судя по словам супруга, ее никто не заставлял. Никто не заманивал в знакомый экипаж. Долгое время до побега женщина находилась в смятенном состоянии ума, чего не скажешь ни о Роуз, ни о Джейн. И как, интересно, сумела бы миссис Бэкфорд сбежать от сильного мужчины, который легко справился с другими девушками?
Я разочарованно почесал в затылке. Явную связь обнаружить в любом случае невозможно, пока миссис Бэкфорд не заговорит.
Ладно. Мне сегодня еще много с кем предстоит встретиться. Например, с Сидни Дорстоуном; возможно, с Мэри — тетушкой Джейн. И все же в первую очередь меня интересовал человек, сидевший на козлах экипажа Дорстоунов.
  
ГЛАВА 22
 
Конюшня в Марлтон-юз вполне могла бы вместить дюжину лошадей и четыре-пять экипажей. Войдя через боковую дверь, я обнаружил внутри четверых картежников за колченогим деревянным столом. Под левой рукой каждый из них держал кучку монет; у правой руки стояло по кружке эля. Наверняка за пивом игроки бегали в ближайший паб.
Я представился и сказал:
— Есть несколько вопросов касательно экипажа Дорстоунов. В понедельник вечером он пропал из конюшни.
Мужчины переглянулись и уставились на меня.
— Мы ничего об этом не знаем, — ответил один. — Мы тут ни при чем.
— Мне всего лишь хотелось бы понять: когда именно экипаж уехал, и когда его вернули на место. Сможете помочь?
Игроки погрузились в молчание, разглядывая карты. Втиснувшись между двумя из них, я положил руки на стол.
— Думаю, никому из вас не повредит, если человек из Скотланд-Ярда будет у вас в долгу. Кстати, с меня четыре пинты эля.
Худой русый мужчина наконец оторвал взгляд от карт.
— Я отвозил мистера Суэйлза к Юстону. Вернулся к половине десятого. Экипажа Дорстоунов уже не было.