Не привлекай внимания
– Лусиан, ты точно ничего не перепутал? Он говорил, что хуже этого кафе только помойка с бродячими котами!
– Не знаю, что он там говорил тебе, но мне сообщил, что завтра в кафе будут очень высокие гости.
Лусиан вытаращил глаза и показал пальцем наверх. Выглядел при этом настолько по-холопски, что я скривилась и раздраженно спросила:
– Баскетболисты что ли?
– Хватит тебе, – бармен недовольно поправил очки на переносице. – Радовалась бы лучше: больше гостей – больше чаевых.
– Мне от завтрашнего банкета ни жарко ни холодно, – напомнила я. – Завтра смена Клариссы, а у нас с Марком годовщина свадьбы.
Лусиан довольным не выглядел – Кларисса работала совсем недавно и до сих пор даже меню не выучила, так что проблем с ней было гораздо больше, чем со мной, но жертвовать возможностью провести первую годовщину с мужем я не могла.
Для людей по ночам был организован специальный транспорт, чтобы потенциальная еда не шастала по улицам, а потом не обращалась в Совет с жалобами. Владельцы тех заведений, в которых работникам приходилось задерживаться допоздна, регулярно подавали заявки на время закрытия, и нам с Лусианом обычно даже ждать не приходилось.
Но сегодня автобус опаздывал. Кафе мы уже закрыли, а потому стояли в темноте, испуганно жались друг к другу и с надеждой смотрели вдаль, ожидая, когда же загорятся фары приближающегося транспорта. В моем рюкзаке лежал перцовый баллончик против незадачливых маньяков, но, как правило, в темноте гораздо легче встретиться с вампиром, а против него баллончик будет бесполезен. Все будет бесполезно, кроме, возможно, топора, но носить его на спине неудобно.
Автобус нас вез через центр ночного города – забирал работников одного из магазинов. Я приоткрыла глаза как раз, когда мы проезжали через главную улицу: меня ослепил свет разноцветных огней на огромных вывесках. Именно сейчас некоторые заведения начинали свою работу и зазывали к себе посетителей. Множество дорогих автомобилей припаркованы были у клубов; высокие прекрасные вампиры стояли, облокотившись о капоты, гуляли по тротуарам и проезжей части, затрудняя проезд транспорту, но были в своем праве. Они хозяева жизни, а мы всего лишь ее составляющая.
Наш город красив: нет высотных домов, узкие улочки пребывают в обрамлении старинных построек, кое-где разбавленных роскошными жилищами вампиров. Кровососы не живут в коммуналках да и квартирам предпочитают частные дома с большой территорией. Как шутит Марк, чтобы было где прятать трупы.
Я отвернулась от окна, чтобы ненароком не обратить на себя чье-то внимание, и удобно устроилась на плече Лусиана, проспав на нем до самого дома.
***
Окно нашей единственной комнаты, оформленное старыми шторами, горело тусклым светом единственной лампочки, так что я спешила домой сильнее обычного – Марк при свете спать не может, а значит, ждет меня. Коридор коммунальной квартиры был темен – освещение его непозволительная роскошь, вполне можно пару метров пройти на ощупь, так что неудивительно, что я споткнулась о чью-то старую обувь. Но все это не могло испортить моего настроения.
Марк рисовал. Холст его был натянут на грубый мольберт, который мой муж сколотил самостоятельно, краски Марк смешивал не на палитре, а на стеклянном осколке. Моего возвращения он даже не заметил – вдохновение захватило столь сильно, что оторваться от холста было попросту невозможно. Комнату освещала всего одна настольная лампа, и в ее неровном свете крупные мазки казались сумрачными и пугающими.
– Привет, – я наклонилась и выдохнула прямо в ухо Марку. Он вздрогнул, но кисточку не положил.
– Странно, уже ночь?
– Да, неожиданно быстро, правда? – я принялась переодеваться. Даже не надеялась, что Марк обратит внимание на то, что я обнажена, – в состоянии вдохновения он не испытывал ни одного плотского желания. – Ты обедал?
Марк дернул плечами, не желая отвечать, и я нахмурилась.
– Ужинал хотя бы?
– Некогда было готовить, – пробурчал муж, а я демонстративно открыла холодильник.
– Я все приготовила, разложила по контейнерам и подписала: Обед, Полдник, Ужин. Нужно было просто разогреть.
– Марика… – громко вздохнул Марк, но этот тон я уже знала и замолчала. – Ты отвлекаешь меня бытом. В таком состоянии творить невозможно.
– Ну хорошо, – я подошла и облокотилась на спинку стула, на котором сидел мой муж. – Новая картина? Что это? Мрачновато как-то.
– Тоска по свободе. Видишь, сквозь мрачные краски пробивается свет. Мы все верим в приход свободы и знаем, что она уже близко.
– Вряд ли, – фыркнула я. – В центре города куча богатеньких вампиров и свое место они нам уступать не собираются.
– Ты ничего не понимаешь в живописи, – как обычно расстроился Марк, но я отмахнулась:
– Зато я отлично понимаю, что тебе нужно питаться и спать, чтобы дожить до того момента, как картина будет закончена. Бытом я тебя уже отвлекла, так что откладывай кисти быстро.
Вдохновение Марка при моем появлении часто сбегало в ужасе, так что муж не стал препираться, а встал со стула.
С Марком мы встречались еще со школы. Девочка-отличница и творческий мальчик, которого часто пытались обидеть. Он был отличен ото всех, не похож на всех этих мальчишек, которые хотели походить на наглых вампиров. Утонченный, мягкий, но при этом твердый – Марк покорил меня внимательным отношением и желанием поддерживать всегда и везде. Именно с ним мы игнорировали обязанность сдавать кровь, подвергались насильным приводам в местный Банк питания и выслушивали лекции о недопустимости такого поведения. Все это было в детстве – глупый юношеский максимализм, от которого принудительно пришлось избавиться, когда почти одновременно мы с Марком остались сиротами и поженились, чтобы не остаться в этом мире одиночками.
Денег на университет у нас не имелось, да и неоткуда им было взяться, так что я в срочном порядке принялась искать работу. Это же пытался сделать и Марк, но демонстрировал такой низкий уровень вовлеченности в процесс, что несколько работодателей мигом занесли его в черный список. Грубая мужская работа моему мужу не под силу – он умеет лишь рисовать, а на умственный труд у нас не хватало образования, так что мы решили, что каждый должен заниматься своим делом: я – зарабатывать деньги на жизнь, а Марк – творчески развиваться, чтобы привести нас к безбедному существованию. Потому основную статью наших расходов составляли все необходимые моему гениальному художнику вещи, и понятно, что эти расходы на себя взяла я.
– Как прошел день? – близоруко щурясь, спросил муж. Я поймала себя на том, что уже довольно долго задумчиво смотрю в тарелку и, спохватившись, улыбнулась.
– Как обычно. Чаевых только мало, так что отложить ничего не получится.
– Даже не думай об этом, – через наш маленький стол Марку даже наклоняться не нужно было – протянул руку и коснулся моей щеки. – У меня крупный заказ на оформление тематического кафетерия, так что у нас будут деньги! Я смогу заработать.