Зона Питер. На одной волне

– Ну, что, разведал? – ухмыльнулся Боцман, но увидел его лицо и посерьезнел. – Что случилось, Котэ?
– Потом, Боцман, все потом. Что тут у вас?
– У нас Дивнов, который разрывается между приказом и нежеланием нас задерживать. Это мне Сычев шепнул по большому секрету.
– Не надейся, полковник и так сделал для меня слишком много. А что Мина?
– Мина не появлялась, но она жива, я до последнего слышал выстрелы с крыши. Тут девчонку пытались накрыть из РПГ, но с ее же помощью гранатометчик пальнул не туда и обрушил на своих товарищей много железобетона.
– Осталась сущая ерунда – разобраться с вопросами, которые имеет к нам «Фронт».
– И вопросов все больше, – сказал Дивнов, подходя к ним. – А желания их задавать нет.
– И все же слушаем, товарищ полковник. Скрывать что-либо тоже желания мало.
– Попробуй ответить на такой вопрос: что же нам с вами делать?
– Это философский вопрос. То есть – хрен его знает.
– Если бы все было так просто. Боюсь, командование «Фронта» не сильно` в философии.
– Вы имеете в виду, нас будут судить? Товарищ полковник, со всей серьезностью заявляю, что ни я, ни мои друзья не имеем отношения к известным вам преступлениям.
– Я – это не весь «Фронт», Котэ. От того, во что я верю, мало толка. А где Мина? Хотя, я так понимаю, она скрывается.
– Она не скрывается, поглядите-ка туда, – указал Котэ направление. Фигурка девушки на крыше показательно поставила винтовку на край крыши и помахала рукой.
– Мда, а я-то думал, кто там такой ловкий помогает. Ну, что ж, еще одно очко в вашу пользу, девушка могла перещелкать нас, как семечки, в любой момент.
– Могла, если бы захотела! – жестко ответил Боцман. – Эта девчонка, не колеблясь, бросилась спасать ваши шкуры защитного цвета, полковник! А могла бы сидеть и смотреть, как вас добивают снайперы «свидетелей», пока вы мечетесь, как стадо овцеморфов.
– Если ты думаешь, что мне нравится обвинять Мину в убийствах, то очень ошибаешься, – холодно произнес Дивнов. Невдалеке лейтенант тревожно всматривался в лица спорщиков, не имея возможности услышать разговор.
– Тогда заставь своих командиров поверить в ее невиновность! Пусть еще спасибо скажут, что мы им претензий не предъявляем! И Котэ заставили по Зоне от вас бегать! В Дубогорск вон сунулся, лишь бы отстали!
– Да поди объясни, – с горечью мотнул головой Дивнов. – Очень их личность Мины заинтересовала, а еще больше – ее работодатели.
После того как полковник выложил все, что он знает по поводу Мины, даже Боцман утратил злой энтузиазм. Крыть было нечем. Котэ махнул Мине рукой, и через пару минут девушка присоединилась к команде. Фронтмены косились на нее, но ничего не предпринимали. Сычев поглядывал с нескрываемой симпатией.
Пока проходило это тягостное совещание, к напарнику подобрался Кондуктор.
«По-моему, нам надо прятаться. Скоро Всплеск».
Котэ сделал вид, что присматривается к небу. И хотя никаких признаков приближающегося катаклизма он не углядел, все же нахмурился, извлек из рюкзака ПДА, покопался в нем и вынес вердикт:
– Всплеск близится, надо искать убежище.
– С чего ты взял? – недоуменно глянул на друга Боцман. – Я пока не вижу ничего, да и на коммуникаторе нет сообщения.
«Ты прав, в воздухе ощущается что-то неприятное. Чувствую нарастающий гул в голове, как волна звука накатывает издалека», – мысленно отозвалась Мина.
– Когда я тебя обманывал, Боцман? – попенял ветерану сталкер. – Не первый год в Зоне, научился уже определять.
Мысленно попросив у него прощения, Котэ стал собираться и кивнул Дивнову. Тот моментально снарядил лейтенанта строить людей, через пару минут отряд двигался по направлению к квартире-убежищу, намереваясь переждать в крепком подвале дома. Оставалось пройти совсем немного, они обогнули детский сад и вышли на площадку перед домом…
Почти вышли. Мина толкнула Котэ обратно за здание и прыгнула следом, он налетел на Боцмана, в которого уперлись остальные. Место, где девушка только что стояла, покрылось фонтанчиками земли от выстрелов.
– Не высовываться, впереди мракобесы! – закричал Котэ. В ответ сектанты открыли огонь, от стен детского сада отлетали целые куски кирпича и штукатурки.
– Отходим, быстрее! – командовал полковник.
Боцман отобрал дымовые гранаты у молодого бойца и метнул сразу две штуки за угол. Пелена дыма постепенно густела. Отряд отошел за дом, вдоль которого намеревался добраться до убежища.
– Чтоб этим кликушам мимик попался! Время поджимает, я тоже уже чувствую Всплеск! – гремел Боцман. – Что делать-то будем?
«Котэ, тут недалеко здание, на нем написано “Гигант”, – влился в эфир голос Кондуктора. – Давайте туда, подвал огромный, а в здании пусто».
– Значит, так! – Сталкер достал ПДА. – Прямо по курсу кинотеатр «Гигант», в подвале все поместимся. Двигаем туда!
– Мимо сектантов не пройти, придется с боем прорываться! – прокричал Сычев. Его подопечные отбивали атаку зонопоклонников, выплескивающихся с обеих сторон дома, за которым укрылся отряд.
– Подави тех, кто у нас на пути! Остальные прикрывают отход!
Пулеметчики заставили сектантов бросить несколько изрешеченных тел и отступить, команда двинулась вперед, за ней следовали остатки отряда, не давая висевшим на хвосте врагам открыть прицельную стрельбу. Уже несколько бойцов «Фронта» полегли перед зданием, и остальным кровь из носу следовало поторопиться, выбираясь из клещей «Свидетелей Зоны».
Пулеметчик дал очередь, выставив оружейный ствол за угол дома. Котэ высунулся и прицельно прижал сектантов к земле, навсегда утихомирив парочку врагов. Над ним заработал АК, начал косить ряды противника. Сталкер оглянулся и увидел, что это Трубадур неспешно прореживает «свидетелей». Довершил отстрел Боцман, послав в растерявшихся врагов гранату и заставив их отступить окончательно. Воспользовавшись возникшей паузой, отряд преодолел расстояние между капитальными постройками. Но враг опомнился слишком быстро, шедшие последними два фронтмена упали, сраженные очередями.
«Давай быстрее, Котэ, Всплеск приближается!» – встревоженно предупредил Кондуктор.
– Как там в «Гиганте?» Сектантов нет?
«Нет, тут пусто. Живей, шевелитесь!»
Вокруг стремительно темнело, гул знакомо вливался в голову, неприятно зудело в черепе. Небеса на глазах наливались красно-зеленым, и ноги становились ватными, дышать было все труднее, будто воздух наполнялся ядом.
«Свидетели» уже не докучали отряду, видимо, отвлекшись на поиски своего убежища, и люди сломя голову бежали к зданию кинотеатра. Наждак с Домовым присели на колени возле входа, где со старой афиши скалился нарисованный Кинг-Конг, и прикрывали остальных. Близящийся Всплеск надавил на затылок, его заломило так, что пришлось стиснуть зубы и только стонать.