Бездна

Впрочем, нет, я ошибался: спали не все. Кто-то из женщин стоял у родниковой купели и любовался своим отражением в воде. Так, Диана валялась рядом со своим телохранителем, а три девчонки из моей нечаянной свиты предпочли разместиться рядом со мной. Значит…
– Иди ко мне, – сказала Оксана и, не оборачиваясь, поманила рукой.
Точно во сне (чёрт, именно во сне!) я встал и медленно приблизился к девушке. Она, как и прежде, стояла спиной ко мне и продолжала смотреть в воду.
– Смотри, – показала Оксана пальцем. – Видишь?
Сначала я даже не понял, куда нужно смотреть, потому что пытался рассмотреть лицо девушки, скрытое покрывалом чёрных волос. Казалось простой случайностью, что при любом повороте головы они полностью скрывали всё, что я хотел увидеть. И тут до меня дошла одна обескураживающая истина: в тот момент, когда лицо Оксаны должно было показаться, по воздуху словно проходила некая рябь, точно помехи в телевизоре, и статус-кво сохранялся.
– Не занимайся ерундой, – повысила голос ночная гостья, и в этот миг показалось, будто говорит не один, а множество разных людей. – Смотри.
Однако, даже уставившись в нужном направлении, я поначалу не увидел ничего интересного. Всё та же каменная купель, наполненная прозрачной влагой. Только теперь жидкость медленно шла по кругу, точно я видел водоворот. Какие-то мелкие тёмные точки, может обычный мусор, неторопливо вращались вокруг белого жгута, который проявлялся всё отчётливее. Впрочем, чёрные точки… Что-то с ними не так.
Я подошёл ближе и наклонился. Блин, да с ними всё не так! Во-первых, все двигались навстречу потоку, но с той же скоростью; во-вторых, никакого мусора: сквозь чёрные пятнышки просвечивало дно крохотного бассейна. И в-третьих, странные штуковины постоянно меняли форму, напоминая амёб. Короче, я видел что-то живое.
– Что это? – спросил я, заворожённый хороводом непонятных фиговин.
– Души, – очень тихо сказала Оксана, и я вдруг почувствовал космический холод, повеявший от соседки. – Души людей, угодивших в паутину Бездны. Те, кто умер именно здесь. Тени Бездны.
– Так какого же они делают в этой… в этом…
– Знаешь, куда ты сейчас заглядываешь? – негромко хихикнула Оксана. – Откуда вы все пили воду. Это – Зеркало теней. Таких в Бездне очень много, только нужно знать, где искать. Своего рода информационный экран, который показывает состояние оси Чистилища.
– Ну и что? – спросил я, не совсем понимая, зачем мне это рассказывают.
– Душ не очень много, – задумчиво произнесла девушка и коснулась пальцем поверхности Зеркала, отчего по жидкости пошли кольца, скрывшие водоворот, – и повелителям Бездны это не нравится.
– У этой проклятой дыры есть свои повелители? – поинтересовался я, наблюдая за кругами на воде.
В купели вновь не наблюдалось ничего, кроме каменного дна.
– Есть. Как у Рая и Ада. – Оксана запрокинула голову, и мне подумалось: ну вот сейчас я увижу лицо девушки! Ан нет, всё тот же непроницаемый поток чёрных волос. – А знаешь, что есть Рай? Точка посреди абсолютного Ничто. Давным-давно часть ангелов под предводительством Люцифера взбунтовалась, и началась война. Мятежных ангелов низвергли, и, пав, они сотворили Ад. Противовес Рая, другая точка в Ничто. Две вершины двух невообразимых конусов с бесконечной высотой и общим бесконечным основанием. Основание – это наша Вселенная.
Я попытался представить, о чём мне рассказывают, и ощутил, как моя крыша начала медленно дрейфовать в сторону абсолютного Ничто. Бред какой-то. Однако я опасался задавать уточняющие вопросы, догадываясь, что объяснения занесут в такие дебри, откуда не выцарапает и бригада психиатров. Поэтому собеседница беспрепятственно ушла в глубины метафизики.
– Рай, по определению, – бесконечное блаженство, Ад – такое же безграничное мучение. Однако необходимы бесстрастные судьи, способные определять, кому и как воздастся по заслугам. Во время войны остались ангелы, не примкнувшие ни к одной из сторон. Серые. Аггелы. Именно им определили судить души всех разумных существ Вселенной. С этой целью им выделили особое пространство, не принадлежащее Раю, Аду и обычному мирозданию. Чистилище. Бездну.
– Что-то я не наблюдал тут покойников, кроме как тех, что скопытились собственно в Бездне. – Я вспомнил жуткие сновидения из первого путешествия и порадовался, что в этот раз ко мне не торопятся толпы неудачников.
В глубинах чёрной шевелюры блеснул глаз и тут же исчез.
– Ты не способен видеть души умерших вне Бездны, – пояснила девушка, – но это совсем не важно. Слушай. Души служат разменной монетой в грядущей войне Рая и Ада. Две точки уже начали сближение, и, когда они сойдутся, произойдёт столкновение. Чем оно закончится, неизвестно. То ли исчезнут обе, то ли одна поглотит другую. В любом случае Вселенная в том виде, в котором мы её знаем, исчезнет навсегда. Исчезнут и аггелы. За ненадобностью. Когда серые поняли это, то решили принять участие в грядущей битве. Но для этого им кое-что необходимо.
– Души, – кивнул я, радуясь, что хоть до чего-то сумел дойти сам.
– Да, но серые не могут брать обычные души. Им нужны принадлежащие людям, умершим непосредственно здесь.
Я почесал в затылке, пытаясь прикинуть, с какими сложностями нам приходилось сталкиваться всякий раз, когда мы направлялись в Бездну. В первый раз – дикое поле у чёрта на куличках, в мокрой земле которого пришлось ковырять глубокую яму, а после ещё и кормить человеком каменную пасть. В этот, если я всё правильно понял, Утюгу пришлось пошевелить множество связей, чтобы разнести фундамент городского театра.
– Похоже, – констатировал я, – твои повелители сидят на голодном подсосе, и в грядущем мордобитии им светит меньше, чем ничего.
– Душ действительно мало, – согласилась Оксана и вдруг оказалась совсем рядом. Я видел блеск её возбуждённых глаз, но почему-то резко утратил желание рассматривать лицо девушки. Начало казаться, что там и не лицо вовсе. – Об этом уже я говорила. Прежде всё было проще: люди приносили жертвы и достаточно легко проникали в Бездну. Некоторым позволяли остаться в живых и отпускали наружу, наделяя ценными дарами, чтобы привлечь внимание других.
– Ну, в принципе ничего не изменилось, – кивнул я, гадая, когда смогу войти в норму после фармакологических опытов Дианы. – Сначала Теодор, потом я.
– Ты когда-нибудь слышал о козле, ведущем баранов на заклание? – Мне показалось, собеседница резко сменила тему. – Идёт впереди стада, и оно послушно следует за ним до мясокомбината. Возможно, баранам кажется, что козёл – особенный, и если они пойдут за ним, то тоже станут такими же.
– Глупости, – ухмыльнулся я и вдруг почувствовал, как улыбка деревенеет на губах. – Ты хочешь сказать…
– Бездна помечает человека, которого отпускает наружу. – Блеск глаза становился всё ярче и всё безумнее. – Никакого принуждения, но почему-то обстоятельства складываются так, что избранник возвращается. Снова и снова. И каждый раз приводит всё больше баранов. Если с человеком случается несчастье, то Бездна избирает другого и отпускает.